Кто победил: Париж — социалистам, Ницца — правым союзникам

22 марта во Франции прошел второй тур муниципальных выборов в более чем 1,5 тыс. коммунах. Выборы, которые наблюдатели называли «репетицией» президентской гонки 2027 года, дали неоднозначный результат: крайне правое «Национальное объединение» установило исторический рекорд по числу завоеванных мандатов в малых поселениях, но не смогло взять ни один из намеченных крупных городов, в то время как социалистам удалось удержать Париж и Марсель.

Так, главным результатом ночи стала победа социалиста Эммануэля Грегуара на выборах мэра Парижа. Бывший первый заместитель мэра Анн Идальго набрала 50,52% голосов, на 9 пунктов опередив консервативного кандидата Рашиду Дати — бывшего министра культуры от «Республиканцев» (41,52%). Третьей с 7,96% финишировала кандидат ультралевой партии «Непокоренная Франция» (LFI) Софи Шикиру. Грегуар возглавлял объединенный левый список с участием социалистов, «зеленых» и коммунистов, но намеренно отказался от союза с LFI. Париж остается под управлением левых уже 25 лет подряд.

В Марселе, втором по величине городе страны, действующий мэр-социалист Бенуа Паян переизбрался с 54,34% голосов, оставив представителя «Национального объединения» Франка Аллизио на 14 пунктов позади, что стало чувствительным поражением для правых: именно Марсель они считали главным призом выборов. После первого тура кандидат RN шел вровень с Паяном, однако ситуацию переломил выход ультралевой партии LFI из гонки — их кандидат снялся, чтобы не дробить голоса и не отдать город крайне правым.

В Тулоне, еще одном ключевом для RN городе, кандидат партии Лор Лавалет потерпела поражение от правоцентриста Жозе Масси (53,5% против 46,5%) — при том, что после первого тура вела с отрывом в 13 пунктов. Схожая картина сложилась в Ниме.

Главный успех для крайне правых пришел из Ниццы: пятый по величине город Франции достался Эрику Сьотти — бывшему лидеру «Республиканцев», который в 2024 году разорвал связь с партией и перешел на сторону RN, создав собственную партийную структуру — Союз правых и центра (UDR). Он набрал 48,54% против 37,2% у действующего мэра Кристиана Эстрози. Помимо Ниццы, RN подтвердило позиции в Перпиньяне и взяло десятки малых городов — прежде всего на юге страны, где прежде у объединения не было ни одного мэра.

Среди других значимых итогов — победа центриста Эдуара Филиппа в Гавре. Бывший премьер-министр и один из главных претендентов на президентский пост в 2027 году переизбрался с комфортным результатом. Социалисты также выиграли мэрию По, победив бывшего премьер-министра страны Франсуа Байру с перевесом в 344 голоса.

Репетиция перед уходом Макрона: почему выборы мэров стали главным тестом для кандидатов в президенты Франции

С июня 2024 года во Франции тлеет политический кризис. Страна не имеет стабильного правительства с июня 2024 года, когда президент страны Эммануэль Макрон объявил досрочные парламентские выборы после поражения его партии на выборах в Европарламент. С тех пор сменилось четыре премьер-министра. Сейчас у руля — Себастьян Лекорню, которому удалось выжить по итогам нескольких вотумов недоверия, но управлять раздробленным Национальным собранием по-прежнему крайне сложно. Рейтинг Макрона упал до исторического минимума, сам он баллотироваться в 2027 году не может по конституции.

На этом фоне выборы мэров более 35 тыс. коммун превратились в первую крупную электоральную проверку политических сил перед президентской гонкой. Партии использовали их как площадку для тестирования альянсов, предвыборных нарративов и президентских кандидатур.

Чтобы разобраться в результатах, полезно понять, кто есть кто на французской политической сцене.

По данным большинства национальных опросов, RN и его союзники до выборов шли в лидерах: Ле Пен, которой могут запретить участие в политической жизни страны на фоне коррупционного скандала, или Бардела возглавляли рейтинги кандидатов в президенты в течение почти года.

Партия явно рассчитывала использовать выборы мэров для создания «политического импульса»: взяв управление над крупными городами, они могли показать, что действительно способны эффективно управлять страной и выполнять свои предвыборные обещания. Именно поэтому Марсель, Тулон и Ним были выбраны в качестве ключевых целей электоральной кампании партии. Потеряв все три, RN столкнулось с тем, что французские политологи назвали отсутствием «трофеев, необходимых для разгона президентской кампании».

Параллельно выборы обнажили внутренний разлом левого лагеря. Социалисты одержали победы именно там, где отказались объединяться с LFI: Париж, Марсель, Лилль. Там же, где союз с «Непокоренными» все же состоялся — Клермон-Ферран (город, которым социалисты управляли без перерыва с 1919 года), Лимож, Пуатье, — правые выиграли. Генеральный секретарь PS Пьер Жуве заявил, что «Непокоренная Франция делает нас проигравшими».

О чем говорят итоги местных выборов во Франции в преддверии президентской гонки 

Результаты не дают однозначного победителя, но демонстрируют растущий уровень поляризации в стране.

Для RN это одновременно прогресс и разочарование. Партия установила исторический рекорд по числу избранных представителей на местном уровне, закрепилась на Юге страны и доказала, что способна расширяться.

Однако даже высокие рейтинги не позволили ей нарушить устоявшийся механизм «республиканского фронта», когда соперничающие правоцентристские и левые партии объединяются во втором туре против RN.

Для социалистов победы в Париже и Марселе — неожиданно убедительный сигнал: партия жива и способна побеждать без LFI. Это укрепляет позиции тех внутри PS, кто выступает за самостоятельное выдвижение на президентских выборах, однако рычагов для победы на общенациональном уровне у социалистов по-прежнему недостаточно, так как их поддержка за пределами крупных городов невелика.

Центристский лагерь Макрона получил скромное утешение: символичное возвращение Бордо после 6 лет под управлением «зеленых». Но в целом его позиции продолжают сжиматься между двумя полюсами. Больше всех укрепил свои президентские позиции Эдуар Филипп — центрист, которому удается апеллировать к умеренным избирателям и справа, и слева. Его победа в Гавре воспринимается как заявка: правый центр еще не сдался, и у него есть шанс стать следующим президентом после Макрона.

Интрига на левом фланге теперь касается Меланшона. Лидер LFI провалился с союзными кандидатами в большинстве городских центров, но выиграл Рубе и ряд пригородов. Он по-прежнему намерен баллотироваться в президенты в четвертый раз — и его цель, по оценкам аналитиков FT, состояла не в победе на муниципальных выборах, а в демонстрации того, что PS без него тоже слаба. Выборы эту стратегию опровергли.

В итоге муниципальные выборы 2026 года демонстрируют рост политической фрагментации в стране, которая, вероятнее всего, сохранится и во время президентской гонки, сделав ее исход куда менее предсказуемым.

Фото обложки: Zuma / TASS

Кто лидирует после первого тура муниципальных выборов во Франции

15 марта во Франции прошел первый тур муниципальных выборов. Голосование состоялось в более чем 35 тыс. коммун по всей стране. Явка составила около 56%, что выше уровня 2020 года, но ниже доковидного показателя 2014 года (63 %).

Результаты первого тура показали серьезные изменения в политическом ландшафте страны. Традиционно лидирующие партии республиканцев и социалистов начали терять позиции. В то же время усилилось влияние крайне правой партии «Национальное объединение» (фр. — Rassemblement national, RN) под руководством Марин Ле Пен, выступающей за сокращение иммиграции, и радикально левых кандидатов из партии «Непокоренная Франция» (фр. — La France insoumise, LFI), критикующих олигархические элиты.

На данный момент RN лидирует в 60 коммунах, тогда как в 2020 году партия была сильна только в 11. Она по традиции лидировала в наиболее бедных, южных регионах Франции, где остро стоит проблема нелегальной иммиграции из Африки и победила в Фрежюсе, Перпиньяне и Энен-Бомоне и лидирует в Тулоне (41,9 %) и Ницце (42,6 %). В Марселе, с традиционно левым электоратом, кандидат RN Франк Аллизио уступает действующему мэру Бенуа Пайяну всего 2%, что показывает рост поддержки ультраправых даже в левом городе.

Ветер перемен дует над Марселем ... Это больше, чем счет, это обещание, что завтра Марсель станет новым французским примером.

Франк Аллизио

В ряде городов северных и центральных регионов сильные результаты показала «Непокоренная Франция» (фр. — La France insoumise, LFI). В частности, партия готовится к победе в Рубе и парижском пригороде Сен-Дени. Также радикальные левые кандидаты добились заметного роста поддержки в Лилле и Тулузе, особенно среди молодых избирателей. 

В Париже с 38 % голосов лидирует социалист Эмманюэль Грегуар, кандидат объединенных левых — коалиции социалистов, зеленых и коммунистов. На втором месте — правый кандидат Рашида Дати, представляющая центристско‑правую коалицию.

Расклад сил перед вторым туром

Поскольку ни в Париже, ни в большинстве крупных городов никто не набрал абсолютного большинства, все ключевые гонки переходят в второй тур, который состоится 22 марта. Его итог зависит не только от лидеров первого раунда, но и от коалиций, которые могут существенно изменить результат. Например, иногда партия не выдвигает своего кандидата в округах, где больше шансов у представителя союзного альянса.

Во многих городах традиционные левые (социалисты, зеленые) и центристы уже обсуждают совместные списки и договоренности о слиянии, чтобы не дать крайне правым (RN) победить во втором туре. Такая практика называется «республиканский фронт» — объединение против Национального Фронта. Ранее некоторые партии отказывались объединяться с LFI из-за ее слишком радикальной программы, но сейчас стратегическая необходимость заставляет искать компромиссы.

В Марселе исход выборов будет зависеть от того, насколько успешно коалиция действующего мэра Бенуа Пайяна (социалисты и зеленые) сможет договориться с кандидатом LFI Себастьяном Делогу. По данным СМИ, Делогу заявил, что не намерен уходить и уступать Пайяну. Это может сыграть на руку ультраправой RN и ее кандидату Франку Аллизио, который обещает бороться с преступностью в городе.

В Нанте борьба разворачивается между социалисткой Жоанной Роллан (35,4%) и представителем «Республиканцев» Фульком Шомбаром де Ло (33,8%). При это здесь «Непокоренная Франция» провела своего кандидата Вильяма Окана (11,3%) и теперь предлагает Роллан объединиться во втором туре, создав «антифашистский фронт».

В Париже ситуация остается напряженной. По итогам первого тура в регионе лидировал социалист Эмманюэль Грегуар с 38,3 %, за ним шла правый кандидат Рашида Дати с 26 %. Также во второй тур прошли ультралевая София Шикиру (11,3%), центрист Пьер-Ив Бурназель (11,2%) и ультраправая Сара Кнафо (10%). В отличие от других городов, где левые объединяются против правых, в Париже ситуация сложилась наоборот — и Дати призвала создать коалицию из «всех, кто не хочет левых сектантов во власти».

Что означают результаты для будущих президентских выборов

Муниципальные выборы во Франции стали не просто локальным голосованием, а реальным тестом политических сил перед президентской кампанией. Весной 2027 года нынешний президент Эммануэль Макрон завершает второй срок, после чего он не сможет участвовать в выборах из-за конституционных ограничений. Согласно опросам социологического института Ifop, французы ожидают победу ультраправого кандидата — среди них отмечают нынешнего лидера RN Жордана Барделла и главу фракции RN в парламенте Марин Ле Пен.

Успех ультраправых и радикально левых партий отражает рост их влияния на региональном уровне. Выборы продемонстрировали, что эти силы способны мобилизовать сторонников даже в тех регионах, где раньше доминировали центристские партии. Для политических штабов партий это важно: результаты помогают понять настроения общества и дают партиям возможность укреплять свои структуры, которые потом пригодятся в будущих кампаниях.

При этом возможность таких двойных трендов — роста как крайне правых, так и радикально левых голосов — делает политическое поле Франции перед президентскими выборами значительно более непредсказуемым. Традиционные партии, такие как социалисты, давно теряют влияние, а центристские силы Макрона выглядят слабее, отражая общую усталость и недовольство его политикой. При этом их кандидаты, включая бывшего премьер‑министра Эдуара Филиппа, все еще добиваются сильных результатов в отдельных муниципалитетах, например в Гавре, и остаются среди потенциальных претендентов на президентский пост.

Падение поддержки центристских и традиционных партий связано с затяжным политическим кризисом последних лет. После досрочных парламентских выборов 2024 года во Франции сформировался расколотый парламент, где ни одна политическая сила не получила большинства. Это привело к частой смене правительств и сложным договоренностям по любому вопросу.

После назначения Себастьена Лекорню премьер-министром в сентябре 2025 года его главной задачей стало принятие нового государственного бюджета. Однако из-за разделенного парламента обсуждение превратилось в затяжной политический конфликт: правые требовали более жесткого сокращения государственных расходов, а левые — увеличения социальных трат и налогов для богатых. Чтобы провести бюджет и избежать отставки, правительство пошло на уступки социалистам, благодаря чему они отказались поддержать два вотума недоверия правительству Лекорню. Радикальные левые, прежде всего «Непокоренная Франция» расценили это как фактическую поддержку центристской власти, что усилило напряжение внутри и способствовало радикализации части левого электората.

Фото обложки: Abaca / Sipa USA / TASS

Что известно о французской военно-морской миссии на Ближнем Востоке

В начале марта Кипр подвергся серии атак иранскими беспилотниками, запущенными с территории Ливана. Один из дронов поразил ангар британской авиабазы Акротири. Еще несколько беспилотников были перехвачены над островом.

9 марта Макрон прилетел на Кипр, чтобы встретиться с президентом Христодулидисом и премьер-министром Греции Мицотакисом на авиабазе в Пафосе. Выступая на совместной пресс-конференции, он объявил о «беспрецедентном» развертывании французского флота: авианосец «Шарль де Голль», восемь фрегатов и два десантных вертолетоносца типа «Мистраль» будут действовать в зоне, охватывающей Восточное Средиземноморье, Красное море и потенциально Ормузский пролив.

Еще до визита к берегам острова был переброшен фрегат «Лангедок» и зенитные ракетные комплексы «Мистраль». Авианосец «Шарль де Голль» вышел в Средиземное море и к 9 марта находился в районе Крита.

Задачей миссии названо обеспечение сопровождения торговых судов и танкеров для постепенного возобновления судоходства через Ормузский пролив. Макрон уточнил, что операция начнется «как можно скорее после завершения наиболее интенсивной фазы конфликта».

Наша цель — поддерживать строго оборонительную позицию, стоять рядом со всеми странами, подвергшимися иранским атакам, обеспечить нашу надежность и содействовать региональной деэскалации. 

Эммануэль Макрон
президент Франции

Так, Нидерланды по запросу Парижа направили собственный фрегат; Греция развернула два фрегата и четыре истребителя F-16 на базе в Пафосе. Германия, Италия и Испания также заявили о готовности отправить военные корабли и авиацию в регион. По словам Макрона, также готовность к участию в миссии выразили Индия и ряд других азиатских государств.

Что касается взаимодействия с США, Макрон уклонился от прямого ответа на этот вопрос.

При этом Великобритания в список союзников Франции не вошла. Единственным британским кораблем, направленным в регион, стал эсминец «Дракон», который на момент заявления Макрона еще не покинул Портсмут. Авианосец «Принц Уэльский», переведенный в повышенную готовность за несколько дней до этого, Лондон принял решение отправить на учения НАТО в Арктику.

Почему Франция решила вмешаться в войну США и Ирана

Париж с самого начала конфликта США, Израиля и Ирана 28 февраля стал его активным, но косвенным участником. Именно Франция первой среди членов Совета Безопасности ООН потребовала проведения экстренного заседания. На нем французский представитель призвал к немедленной деэскалации. 

1 марта Франция вместе с Германией и Великобританией опубликовала два заявления: первое осудило американо-израильские удары как проводимые «вне рамок международного права», второе — неизбирательные иранские ракетные атаки на соседей Тегерана. Двойственная позиция — критика и Вашингтона, и Тегерана — стала основой французской линии с первых дней войны.

2 марта глава МИД Жан-Ноэль Барро объявил, что Франция готова защищать государства Персидского залива, а также свои бывшие колонии Ливан и Иорданию. Тогда же Макрон посетил базу ядерных подводных лодок на острове Лонг в Бретани, где представил обновленную ядерную доктрину, согласно которой Пятая республика может распространить действие своего ядерного зонтика на европейских соседей.

Заявления же о начале «оборонительной операции в море» появились после де-факто блокировки Ормузского пролива. Экспорт нефти с Ближнего Востока в Европу остановился, а цены на энергоносители побили рекорды.

В связи с этим для Макрона, последовательно продвигающего концепцию «стратегической автономии» ЕС, кризис стал возможностью подтвердить свои лидерские позиции и закрепить за Францией роль ведущей военной державы континента.

Например, «Шарль де Голль» — единственный в мире неамериканский авианосец с ядерной силовой установкой. На его борту базируются около двадцати истребителей Rafale, два самолета дальнего радиолокационного обнаружения и вертолеты. Его отправка на контрасте с бездействием Великобритании лишь усиливает роль Парижа в европейской безопасности.

Также участие в конфликте вызвано внутриполитическими причинами. По всей Франции цена на бензин и дизельное топливо на некоторых заправках увеличилась до 20 центов за литр. Растущие расходы на топливо являются болезненной темой для французских избирателей.

Например, еще в 2018 году из-за топливного налога начались массовые демонстрации «желтых жилетов», которые значительно ослабили рейтинг Макрона внутри страны. Сейчас внутриполитический расклад для партии президента также оставляет желать лучшего после продолжающегося уже 2 года внутриполитического кризиса, а уже в конце недели в стране пройдут муниципальные выборы, от которых будет зависеть баланс сил на региональном уровне.

Именно поэтому французский президент сразу после начала конфликта пообещал рынкам найти выход из кризиса. Так, в ходе экстренного заседания министров финансов G7 под председательством французского министра Ролана Лескюра было принято решение воздержаться от вскрытия нефтяных резервов, но уже сама возможность такого варианта остановила рост нефтяных котировок.

По данным французских изданий, на 11 марта в Матиньоне была назначена встреча лидеров всех партий и парламентских групп с премьер-министром Себастьяном Лекорню, чтобы уведомить оппозицию о будущих шагах. Решительность и отправка войск демонстрируют избирателям готовность отстаивать их интересы.

К каким последствиям может привести операция Парижа в регионе

Иранская реакция на объявление Макрона оказалась предсказуемо жесткой. Советник верховного лидера Ирана по безопасности Али Ларижани написал в соцсетях, что безопасность в Ормузском проливе «вряд ли достижима», пока продолжается война, тем более с участием стран, которые «не были далеки от поддержки этой войны». Ранее иранская сторона предупреждала, что будет атаковать европейские суда, если те будут помогать США и Израилю.

Эксперты указывают, что европейским флотам предстоит «пройти по очень тонкой линии». Если Тегеран расценит их маневры как агрессивные, он может ударить по европейской коалиции. Если в ходе сопровождения конвоев французские корабли окажутся под иранским огнем, то Париж будет вынужден вступить в конфликт.

Из-за последствия французская военная миссия может быть так и не развернута. Макрон оценил продолжительность «горячей фазы» конфликта в «несколько дней, возможно, несколько недель». Трамп в тот же день назвал войну «практически завершенной» и заявил, что США «опережают график». Расхождение в оценках между Парижем и Вашингтоном само по себе указывает на то, что момент начала французской миссии в Ормузе остается неопределенным.

Фото обложки: French Navy

Президент Франции Эммануэль Макрон выступил 2 марта на военно-морской базе Иль-Лонг в Бретани, где анонсировал изменения в национальной ядерной доктрине.

В частности, Париж намерен увеличить количество ядерных боеголовок. Макрон подчеркнул, что в условиях текущих угроз страна обязана сохранять гарантированную способность к уничтожению противника. При этом, чтобы пресечь любые спекуляции, Елисейский дворец отныне полностью засекречивает точные данные о размерах своего арсенала. По оценкам экспертов, до этого выступления Франция располагала примерно 290 боеголовками и занимала четвертое место в мире.

Также была предложена концепции «передового сдерживания». По словам Макрона, восемь европейских стран — Великобритания, Германия, Польша, Нидерланды, Бельгия, Греция, Швеция и Дания — уже согласились участвовать в инициативе.

Тем не менее президент очертил границы сотрудничества, подчеркнув абсолютный суверенитет Пятой республики над своим ядерным арсеналом. В рамках новой концепции не будет никакого разделения полномочий в принятии окончательного решения о ядерном ударе, его планировании или реализации. Согласно Конституции Франции, это право принадлежит исключительно главе государства. Макрон также добавил, что Париж не будет предоставлять партнерам автоматических гарантий безопасности в строгом смысле этого слова (по аналогии с 5-й статьей Устава НАТО), оставляя определение «жизненно важных интересов» исключительно за собой.

Параллельно с обновлением доктрины Франция проводит технологическое переоснащение своей ядерной триады. Президент анонсировал строительство атомной подводной лодки нового поколения, которая получит имя «Непобедимый» и войдет в строй в 2036 году.

Кроме того, уже завершено оснащение подводного флота новейшими баллистическими ракетами M51.3 с боеголовками, способными преодолевать современные системы ПРО. В авиационной компоненте модернизированы крылатые ракеты ASMPA, а в текущем году стартует разработка маневрирующих гиперзвуковых комплексов для истребителей Rafale и будущего авианосца.

Причиной создания расширения «ядерного зонтика» стало возвращение Дональда Трампа в Белый дом. Угрозы торговых войн, скептическое отношение президента США к обязательствам в рамках НАТО и прекращение действия Договора СНВ-3 подтолкнули европейские страны к разработке собственной системы сдерживания.

Контуры французской инициативы были очерчены в середине февраля на Мюнхенской конференции по безопасности на закрытых переговорах Эммануэля Макрона с канцлером ФРГ Фридрихом Мерцем.

Парламент Франции проголосовал за запрет соцсетей для детей до 15 лет

Французские подростки вслед за австралийскими могут лишиться доступа к социальным сетям. 27 января во Франции депутаты нижней палаты парламента одобрили законопроект, который запрещает детям младше 15 лет пользоваться соцсетями. За документ проголосовали 130 парламентариев и лишь 21 высказались против.  

После одобрения Национальным собранием этот законопроект будет рассмотрен Сенатом (верхней палатой французского парламента) и подписан президентом Эммануэлем Макроном. Ожидается, что это может произойти уже 1 сентября 2026 года. В случае окончательного принятия Франция станет первой европейской страной, установившей возрастной порог для доступа к социальным сетям. 

Закон предусматривает запрет доступа к социальным сетям для всех несовершеннолетних до 15 лет. Пока не уточняется, какие именно платформы попадут под ограничения, однако известно, что проект не затронет образовательные ресурсы и онлайн‑энциклопедии, например «Википедию». Среди прочего предлагается запретить на использование мобильных телефонов в старших классах.

Инициатива активно поддерживается президентом Эммануэлем Макроном, который считает такой шаг важным для защиты психического здоровья детей и борьбы с чрезмерным злоупотреблением гаджетами и соцсетями. Он заявил, что «мозги французских детей не должны подвергаться манипуляциям ни американскими платформами, ни китайскими алгоритмами».

Франция, пионер в регулировании платформ с 2018 года, продолжает лидировать и сегодня, став первой страной в Европе, взявшей на себя это обязательство. 1 сентября наши дети и подростки наконец-то будут защищены. Я это обеспечу.

Эммануэль Макрон президент Франции

Однако не все поддерживают инициативу. Критики называют запрет слишком радикальным и утверждают, что он может ущемлять свободу личности или не решать глубинные проблемы. Некоторые ассоциации по защите детей считают, что вместо запретов нужно усиливать ответственность платформ за безопасность пользователей, а не просто ограничивать доступ.

Почему соцсети вредят подросткам 

Поддержка законопроекта обусловлена растущими опасениями по поводу психического здоровья подростков, связанными с чрезмерным использованием соцсетей. 

Французский национальный орган по здравоохранению ранее отмечал, что платформы оказывают сильное влияние на эмоциональное состояние молодых пользователей. Особенно уязвимы девочки, которые чаще сталкиваются с онлайн‑травлей и давлением из-за стандартов красоты.

При этом тревога о вреде соцсетей проявляется не только в Европе и не ограничивается действиями государственных организаций. Представители поколения Z сами отмечают пагубные последствия чрезмерного увлечения соцсетями: постоянное сравнение с другими, страх пропустить события, тревожность и снижение самооценки.

В США недовольство влиянием соцсетей вылилось в серию громких судебных процессов против продуктов компании Meta*. Первое дело связано с 20-летней женщиной из Калифорнии. Она утверждает, что социальные сети были спроектированы так, чтобы вызывать сильное привыкание, похожее на зависимость от сигарет. По ее словам, это пристрастие началось еще в детстве и со временем привело к серьезным проблемам с психическим здоровьем — постоянной тревоге, депрессии и негативному восприятию собственного тела.

Как живут подростки без социальных сетей в Австралии

Франция решила последовать примеру Австралии. Страна первой в мире запретила детям и подросткам младше 16 лет пользоваться социальными сетями. Ограничения в Австралии вступили в силу 10 декабря 2025 года, а уже 16 января 2026 года офис комиссара по безопасности в интернете сообщил, что платформы заблокировали или удалили 4,7 млн аккаунтов несовершеннолетних.

Закон требует, чтобы крупные сервисы идентифицировали пользователей младше 16 лет и блокировали их аккаунты, а также запрещали создавать новые до достижения разрешенного возраста. Под ограничения попали популярные платформы, включая Instagram*, Facebook*, TikTok, YouTube*, Reddit, Snapchat, Threads, Twitch, X и Kick. При этом ряд сервисов, например Roblox, остался доступным, хотя его часто критикуют за слабую модерацию.

Уже через месяц после вступления закона СМИ провели опрос среди австралийских подростков, чтобы понять, как они приспосабливаются к новым правилам, и выяснили, что эффект оказался разным. Для 14-летней Эми из Сиднея первые дни без привычных приложений оказались испытанием на самообладание. Однако к четвертому тревога сменилась облегчением: девочка стала больше времени уделять пробежкам, чтению и хобби, а экранное время сократилось вдвое. Зато 13-летний Аахил просто переключил внимание на платформы, не подпадающие под запрет, такие как Roblox и Discord.

При этом изначально было ясно, что подростки найдут способы обхода ограничений. Например, 15-летняя Лулу рассказала, что зарегистрировала новые аккаунты, просто указав 16-летний возраст. Эксперты также прогнозировали рост использования VPN среди подростков, однако пока подтвержденных данных об этом нет. 

Как другие страны регулируют доступ к социальным сетям

Австралия и Франция — не единственные страны, где власти занялись регулированием доступа детей к соцсетям. Похожие инициативы рассматриваются в Германии, Италии, Великобритании и США. При этом в ряде стран уже действуют отдельные меры по ограничению доступа несовершеннолетних к соцсетям.

• Германия. Подростки в возрасте от 13 до 16 лет могут пользоваться соцсетями только с разрешения родителей. 
• Италия. Детям младше 14 лет разрешено создавать аккаунты в соцсетях только с согласия родителей.
• Великобритания. В стране действует закон об онлайн-безопасности. Он требует, чтобы платформы следили за тем, что на них появляется, и ограничивали материалы, связанные с порнографией, насилием и разжиганием ненависти, для пользователей младше 18 лет. При этом правительство страны рассматривает возможность введения запрета на социальные сети по аналогии с Австралией. 
• США. Федеральный закон запрещает соцсетям и онлайн-сервисам собирать личные данные детей младше 13 лет без согласия родителей. На практике это означает, что дети этого возраста не могут официально регистрироваться без участия взрослых. При этом отдельные штаты пошли дальше и, например, во Флориде несовершеннолетним до 14 лет вообще нельзя заводить профили в соцсетях.
• Китай. Власти ввели специальный «детский режим» для смартфонов и приложений. Он ограничивает, сколько времени дети могут проводить в интернете, какие сервисы им доступны и в какие часы можно пользоваться устройством. 

Ограничения вводят и сами платформы: крупные соцсети и онлайн-сервисы — включая TikTok, Facebook* и Snapchat — официально разрешают регистрацию лишь с 13 лет. Формально компании требуют указывать реальный возраст, но на практике эти ограничения можно легко обойти.

Планируют ли ограничивать доступ в соцсети подросткам в России

В России пока не планируют вводить жесткий запрет на доступ детей к соцсетям, однако изредка подобные инициативы обсуждаются. Например, в Общественной палате считают, что полный запрет уместен только для детей младше 10 лет, а для более старшего возраста нужны мягкие меры. При этом депутаты говорят, что таких законопроектов на данный момент в разработке нет.

*Компания Meta признана в России экстремистской и запрещена. Instagram и Facebook — продукты этой компании.

Фото обложки: Freepik

Что известно об апелляции по делу Марин Ле Пен

Коллегия из трех судей парижского апелляционного суда 13 января приступила к рассмотрению апелляции в отношении лидера крайне правой французской партии «Национальное объединение» (RN) Марин Ле Пен и еще 10 подсудимых. Слушания продлятся до 12 февраля, вердикт ожидается летом 2026 года — за год до президентских выборов во Франции.

В первой инстанции 31 марта 2025 года исправительный трибунал Парижа признал Ле Пен виновной в растрате средств Европейского парламента и приговорил ее к 4 годам лишения свободы, из которых 2 года условно. Также Ле Пен запретили занимать любые выборные должности сроком на 5 лет с момента вынесения приговора. Таким образом, решение суда лишило ее права участвовать в президентской гонке 2027 года. Выступая перед судьями, Ле Пен заявила:

Мы не чувствовали, что совершаем какое-либо правонарушение. Европарламент не предупреждал нас о том, что наши действия могут нарушать правила. Мы ничего не скрывали — ни в контрактах, ни в организационных схемах. 

Марин Ле Пен
лидер «Национального объединения»

Защита настаивает, что судебное преследование политически мотивировано и направлено на недопущение Ле Пен к власти. Президент RN Жордан Барделла назвал возможное сохранение приговора «глубоко тревожным для демократии», поскольку лишит избирателей права выбрать кандидата, дважды выходившего во второй тур президентских выборов.

Вероятны три варианта развития событий

• Аппелляционный суд вправе отменить приговор и снять с Ле Пен запрет на выдвижение, полностью оправдав ее. 
• Также он может вновь признать ее вину, но перенести срок исполнения наказания, позволив ей принять участие в выборах.
• Подтвердить первоначальный приговор. 

В случае последнего сценария Ле Пен будет запрещено участвовать в выборах, хотя у нее еще будет возможность обратиться в кассационный суд.

Суд также ускорил график рассмотрения дела, несмотря на огромное количество отложенных слушаний, — обычно для получения даты апелляции требуется от 2 до 3 лет. Прокуратура настаивала на скорейшем рассмотрении, чтобы «максимально отдалить судебные дебаты от ключевой даты выборов».

Почему Марин Ле Пен запретили участвовать в президентских выборах

История началась в 2014 году, когда в Европейское бюро по борьбе с мошенничеством (OLAF) поступило анонимное письмо с обвинениями в адрес соратников Ле Пен. В марте 2015 года тогдашний президент Европарламента Мартин Шульц передал информацию французским властям, заметив, что 20 из 24 помощников депутатов от Национального фронта (ныне — Национальное объединение) числились в организационной структуре партии, а не занимались парламентской работой.

Обвинение утверждает, что с 2004 по 2016 год Ле Пен и ее соратники организовали схему растраты средств Европарламента, используя деньги, предназначенные для оплаты помощников евродепутатов, на финансирование сотрудников партии во Франции. В числе фиктивно оформленных «помощников» числились телохранитель Ле Пен и руководитель ее аппарата.

Суд первой инстанции установил, что Ле Пен находилась «в центре системы» по перенаправлению средств ЕС. Согласно показаниям бывшего главы делегации евродепутатов от Национального фронта Эмерика Шопрада, на встрече 4 июня 2014 года Ле Пен распорядилась, чтобы каждый евродепутат нанимал только одного помощника для парламентской работы, а остальной бюджет на ассистентов она контролировала бы лично.

Общий ущерб составил от €2,9 млн до €4,6 млн в зависимости от оценок. При этом суд признал, что Ле Пен и другие обвиняемые не обогатились лично — средства шли на нужды партии, которая в тот период испытывала серьезные финансовые трудности. В 2014 году Национальный фронт даже взял многомиллионный кредит в российском банке.

Защита настаивает, что помощники евродепутатов неизбежно занимаются национальной политической деятельностью и что Европарламент не возражал против такой практики в те годы. Однако прокуратура подчеркнула, что речь идет о «систематическом характере хищений», а не о единичных нарушениях.

Ле Пен пыталась оспорить конституционность этой меры через Государственный совет, но судьи отклонили ее иск в октябре 2025 года, заявив, что она «создала спор из ничего» для подачи конституционной жалобы.

Почему растет поддержка крайне правых во Франции

Судебный процесс над Ле Пен разворачивается на фоне политического кризиса во Франции. С июня 2024 года, когда президент Эммануэль Макрон объявил досрочные парламентские выборы после поражения на выборах в Европарламент, страна не может сформировать стабильное правительство.

За полтора года сменилось четыре премьер-министра: Габриэль Атталь подал в отставку после выборов, Мишель Барнье продержался всего 3 месяца и был свергнут в декабре 2024 года, Франсуа Байру ушел 8 сентября 2025 года, а Себастьян Лекорню подал в отставку через 14 часов после представления своего кабинета, хотя затем был переназначен и даже пережил вотум недоверия.

Виной всему раздробленный парламент, где ни одна политическая сила не имеет большинства. Левый блок получил 193 места, центристский альянс Макрона — 166, а Национальное объединение — 142 депутатских мандата. Попытки правоцентристских правительств провести бюджет с сокращением дефицита с 5,8% до 4,6% ВВП за счет урезания социальных расходов на €44 млрд провалились из-за объединенного сопротивления левых и крайне правых.

«Национальное объединение» стало крупнейшей партией в Национальном собрании, а поддержка ее идей среди французов выросла с 29% в 2022 году до 42% к началу 2026 года. Аналитики связывают это с разочарованием избирателей в основных парламентских партиях, неспособных справиться с экономическими проблемами.

Может ли «Национальное объединение» победить без Марин Ле Пен

Ключевой вопрос теперь — может ли Национальное объединение победить без Марин Ле Пен. Опросы дают неоднозначный ответ. С одной стороны, Ле Пен более чем за десятилетие лидерства в партии (с 2011 по 2021 год как председатель, затем как лидер парламентской фракции) укрепила доверие избирателей, отмежевавшись от расистской и антисемитской повестки своего отца Жан-Мари Ле Пена, сменив название партии и смягчив риторику.

С другой стороны, ее протеже Жордан Барделла уже показывает результаты, сопоставимые или превосходящие ее показатели. Ноябрьский опрос Odoxa показал, что в первом туре выборов Барделла наберет 35–36%, опережая всех потенциальных соперников. Во втором туре он победит левого Жан-Люка Меланшона с разгромным счетом 74% против 26%, центриста Эдуара Филиппа — 53% против 47% и даже социал-демократа Рафаэля Глюксмана — 58% против 42%.

Опрос Elabe в ноябре 2025 года зафиксировал, что Барделла получил бы 35–37,5% в первом туре, Ле Пен — 34%. Январское исследование Verian для Le Monde показало, что 49% французов считают, что из двух лидеров Национального объединения именно у Барделлы больше шансов выиграть президентские выборы, а 30% полагают, что он станет лучшим президентом, чем Ле Пен.

30-летний Барделла, возглавивший партию в 2022 году, обладает несколькими преимуществами перед своей наставницей. Он воспринимается избирателями как менее радикальный и более бизнес-ориентированный.

Особенно сильны позиции Барделлы среди молодых избирателей. Его аккаунт в социальных сетях насчитывает 1,3 млн подписчиков, его книга «Чего хотят французы» стала бестселлером осени 2025 года с тиражом 200 тыс. экземпляров. Барделле удается привлекать и умеренных консерваторов: около четверти правоцентристских избирателей поддерживают «Национальное объединение».

Критики, впрочем, указывают на слабости Барделлы. Он ни разу не занимал исполнительных должностей, не завершил университетское образование и является продуктом внутрипартийной политики.

Сама Ле Пен заявила в интервью, что Барделла «может победить», но при этом подчеркнула, что пока «уверена и намерена» идти в президенты, если суд позволит. «Я боец и не собираюсь легко сдаваться», — сказала она в понедельник вечером перед началом процесса.

Эксперты прогнозируют, что в любом случае усиление Национального объединения продолжится. При этом сохраняется опасность того, что против правых во втором туре выборов вновь сформируется «республиканский фронт» — коалиция всех сил против крайне правых, которая трижды не позволила Ле Пен победить в президентских выборах. Именно это произошло на парламентских выборах в июле 2024 года, не дав Национальному объединению получить большинство мест. Однако хаос последних полутора лет и растущее разочарование избирателей в традиционных партиях делают повторение такого сценария все менее вероятным.

Фото обложки: Thomas Samson / TASS