Подход к исторической застройке — один из элементов городской идентичности. Есть города-музеи, где сохранение всех старинных домов в их максимально аутентичном виде, отрицание изменений возводится в культ: в мире флагманом консервации памятников стала Венеция, в России такая идентичность сильна в Санкт-Петербурге. Есть города, принципиально делающие ставку на обновление: обычно это промышленные центры, такие как мегаполисы Китая.

Москва, как и другие исторические столицы, исповедует промежуточный подход. Бурное развитие, рост, качественные изменения городской среды не мешают общественному запросу на сохранение исторической застройки. Законодательство о наследии балансирует между этими двумя трендами: как обеспечить сохранность исторической среды, не связывая по рукам и ногам тех, кто готов вкладывать деньги в развитие города.

Система охраны памятников в Москве как будто устоялась к середине 2010-х годов: объекты культурного наследия (ОКН) по заявкам граждан и организаций включались в список выявленных. Затем (но этот процесс был очень медленным) выявленные объекты рассматривались на предмет включения в реестр памятников. Процесс согласования любых работ на объектах наследия всегда был сложным и дорогим, в связи с чем охранный статус стал значительным обременением. С этим и были связаны серьезные изменения в законах об охране наследия, вводимые в середине 2020-х годов. 

Как изменилось законодательство об охране памятников 

В 2026 году в России обновилось законодательство об охране памятников. 10 июня президент Владимир Путин подписал поправки к базовому для этой отрасли закону №73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации». С 1 марта 2027 года вступают в силу несколько принципиально важных для собственников ОКН изменений. 

• На федеральном уровне (Федеральный научно-методический совет по сохранению и госохране ОКН) будут оцениваться проекты реставрации только памятников федерального значения. Сейчас на федеральном методсовете нужно одобрять проекты для ОКН всех уровней (федерального, регионального и местного), если это произведения деревянного зодчества или здания, построенные до 1800 года. 
• Вводятся региональные научно-методические советы по наследию, которые формируются региональными властями. На местном уровне также вводятся муниципальные научно-методические советы по наследию, которые формируются муниципалитетами. Именно эти органы займутся утверждением проектов реставрации ОКН соответствующего уровня. 
• Отменяется государственная историко-культурная экспертиза (ГИКЭ) проектов сохранения наследия.
• Для разработки проектов сохранения ОКН не нужно будет получать особый документ — задание от органа охраны наследия. 
• Раз в 5 лет или при сигнале о плохом состоянии конкретного объекта орган охраны наследия проводит обследование каждого памятника за счет владельца. И направляет владельцу уведомление о необходимости проведения работ с указанием «разумного срока». 
• Задание и разрешение на сами работы по сохранению (то есть реставрации) ОКН сохраняется — получать его надо в совете по наследию соответствующего уровня. Экспертиза ГИКЭ этих проектов отменяется.
• Если за время подготовки проекта состояние объекта ухудшилось, проект придется переделывать. 
• Состав и сроки работ по реставрации будут определяться с учетом не «мнения собственника», как в нынешней редакции закона, а только объективных параметров. 

По действующим правилам собственник должен (пока еще) согласовывать проект реставрации в органе охраны наследия. Для этого существует институт аккредитованных экспертов и выдаваемые ими ГИКЭ. Поправки в закон убирают этот экспертный этап: согласовывать нужно будет только сами работы, а не их проект. И не с экспертами, а с научно-методическим советом при муниципальной, региональной администрации или федеральном Минкульте. 

Что изменилось в московском законодательстве об охране памятников

В Москве в 2025 году вступил в силу новый городской Закон об объектах культурного наследия — заявлялось, что он был принят для более точного соответствия федеральным нормам. Прежний закон, принятый в 2000 году, был составлен без учета не существовавшего еще тогда ФЗ №73. В действующем городском законе есть несколько важных отличий от прежнего документа:

• владелец обязан допускать инспекторов Мосгорнаследия на объект для оценки его технического состояния. Единственное исключение — жилые дома, где допуск внутрь квартир возможен только с согласия собственников;
• введен термин «работы по содержанию памятника» — в это понятие входит ремонт инженерных систем и тому подобное. В отличие от работ по сохранению ОКН (то есть реставрации), работы по содержанию можно не согласовывать с Мосгорнаследием, а проводить в уведомительном порядке, если они не затрагивают предмет охраны (перечисленные в охранном статусе особенности здания);
• выявленные ОКН (они до рассмотрения Мосгорнаследием охраняются законом наравне с внесенными в реестр) имеют такой статус лишь ограниченное время. С этим связано массовое «развыявление» таких объектов, произошедшее 1 июля 2025 года: до этой даты ведомство должно было рассмотреть все имеющиеся выявленные памятники и внести в реестр. Большинство из имевшихся в списке более 1600 выявленных памятников оценить не успели, поэтому их охранный статус обнулился.

Против последнего пункта, лишившего охранного статуса около 1500 выявленных за последние десятилетия памятников, выступили градозащитники — активисты пытаются в судебном порядке отменить этот пункт как несоответствующий федеральному законодательству, рассмотрение дела в кассационной инстанции началось 1 июля и продолжится 8 июля этого года.

Среди выявленных памятников, потерявших охранный статус, по версии градозащитного движения «Архнадзор»:

• шесть палат XVII века, включая палаты Пафнутьев-Боровского подворья в Ипатьевском переулке и палаты Ипата Муханова в Малом Златоустинском переулке;
• более десятка зданий в стиле барокко (палат и дворцов первой половины и середины XVIII в), в том числе дворец московских митрополитов на подворье Троице-Сергиева монастыря (2-й Троицкий переулок);
• свыше 370 могил и надгробий.

Одним из исторических зданий, потерявших в 2025 году статус выявленного памятника, как раз и является комплекс Электрозавода, где начинается редевелопмент. Застройщик анонсирует сохранение узнаваемых элементов фасадов, тогда как в соцсетях обсуждают несколько версий пока не опубликованного официально проекта реконструкции. Одна из версий подразумевает снос неоготических корпусов 1910-х годов постройки. 

Как девелоперы работают с объектами культурного наследия

Отношение девелоперов к историческим зданиям на осваиваемых ими участках меняется с течением времени. В новейшей истории Москвы можно выделить три основных подхода к работе застройщиков с наследием.

Памятник как помеха: ценность имеет прежде всего участок в данной локации, а историческое здание на нем (изношенное и малоэтажное) лишь осложняет проект. Такой подход был популярен в 1990-е и 2000-е годы, но иногда встречается и позже. Даже в зонах регулируемой застройки в центре Москвы девелоперы старались возвести на месте исторических домов современные здания, более объемные и с освоенным подземным пространством. Вопросы сохранения облика Москвы пытаются решить имитацией исторических фасадов.

Наиболее заметные примеры такого подхода: «Военторг» на Воздвиженке, гостиница «Москва», театр «Геликон-опера», застройка Кадашевской и отчасти Софийской набережных.

Сохранение фасада: от здания оставляют только уличный фасад, объем увеличивается до максимально согласованного с городом, подземное пространство при возможности осваивается. Иногда это приводит к тому, что скромный фасад двухэтажного здания «вплетается» в многоэтажный объем новостройки. Это компромисс между запросами застройщиков и требованиями общественности. Достоинство: фасад все-таки сохраняется. Недостатки: общий вид объекта становится еще менее гармоничным, чем при полной замене.

Такой метод популярен при работе со зданиями без охранного статуса, иногда так делают и с памятниками (для этого нужно, чтобы в предмете охраны не было ни интерьеров, ни внутренних конструкций — только фасад с декоративными элементами и объемное решение). Примеры: БЦ «Школа журналистов» на Малой Дмитровке, ЖК «Фантастик Хаус» на ул. Климашкина.

ОКН рекламирует объект: с середины 2010-х годов стал популярным новый подход к памятникам и историческим зданиям без статуса. При редевелопменте целого квартала (например, старой промзоны) исторически ценная застройка реставрируется, чтобы стать имиджевым объектом и местом притяжения жителей, центром районной идентичности. Как правило, такой подход сочетается со значительной высотностью новых корпусов, премиум-категорией на рынке недвижимости: это позволяет сделать проект рентабельным для застройщика.

Примеров такого подхода в последние годы достаточно много. Например, центр «Зотов» — отреставрированный хлебозавод им. Зотова на Ходынской улице — стал смысловым центром высотного ЖК «Пресня-Сити». Исторический комплекс Бадаевского пивзавода сохранен и стал «подножием» одноименного жилого квартала. Судя по заявлениям застройщика, подобная концепция предусмотрена и для Электрозавода.

В некоторых случаях входящие в состав реконструируемого квартала здания выставляются на продажу как непрофильные для девелопера: так, в 2025 году застройщик выставлял на торги магазин-сторожку фабрики Йокиш (усадьбы Михалково). Крохотный кирпичный дом, нуждающийся в реставрации, имеет охранный статус, однако слишком мал для частного особняка или современного магазина, по всей вероятности, он оказался обременением для девелопера. 

Реставрация и только: исторические здания в их исходном виде могут быть не только «украшением», но и сутью проекта. Как правило, речь идет об особняках и усадьбах, четырех- и пятиэтажных доходных домах, которые сохраняют свое изначальное предназначение, становясь особняками, усадьбами и клубными домами). Пример бережной реставрации (один из многих десятков в центре Москвы): усадьба Зубовых – Полежаевых на улице Александра Солженицына, сохранившая не только изначальные планировки, но и своеобразный музей прежних владельцев в антресольном помещении. 

Правда, чаще всего перестройка многоэтажных домов сопровождается утратой исторических интерьеров, перекрытий и планировок: покупателям нужны современные стандарты жилья и офисных помещений. Тем не менее есть проекты, сохраняющие максимум исторического содержимого зданий, например «Дом с атлантами» на Солянке. 

В редких случаях объект полностью реставрируется без заметных новодельных вкраплений, но меняет функцию. Так, частной усадьбой стала бывшая больница Св. Ольги в Орлово-Давыдовском переулке: в отличие от многих городских больниц, изначально построенных как барские усадьбы, этот комплекс строился именно как учреждение здравоохранения, но сейчас конвертирован в частное владение. 

Фото обложки: Дмитрий Белицкий / Агентство «Москва»

Новая экспозиция «Век в лозунгах и красках. Из истории московского плаката» в Музее Москвы рисует образ города в трудные годы революций и двух мировых войн, послевоенного десятилетия, эпохи оттепели и перестройки. Плакаты здесь рассказывают не только о политике, но и о благотворительности, городском строительстве, спорте и культуре.

Вначале была… реклама

Плакат — яркий пример массового тиражного искусства — во все времена выступал голосом эпохи. Он быстрее других жанров реагировал на перемены в государственной политике, обществе, освещал острые темы и, конечно, агитировал. Но поначалу плакат выполнял исключительно рекламную функцию.

В последней трети XIX века, когда появилась возможность печатать красочные крупноформатные листы, коммерсанты стали активно использовать эту возможность для продвижения своих товаров, выставляя в витринах и размещая плакаты на афишных тумбах. На выставке можно увидеть, например, привлекательные рекламные экземпляры «Пиво. Воды. Шаболовский завод "Корнеевъ Гортановъ и Ко. Москва"» из Санкт-Петербурга, а также плакаты «Конфекты „Утиные носы“. Товарищество А. И. Абрикосова сыновей» начала ХХ века и «Мой первый шаг за печеньем Эйнем» того же времени. Товарищество Абрикосовых и «Эйнем», два крупнейших кондитерских концерна, появившиеся еще в XIX веке, конечно, соревновались в рекламе. К примеру, «Эйнем» выпускал открытки, выполненные от руки различными художниками, затем выполненные работы вкладывались в коробки со сладостями.

Маяковский в плакате

В эпоху авангарда, когда деятели культуры верили, что искусство отныне должно служить народу, идеям просвещения и равенства, плакат получил новую функцию — агитировать за советскую власть, в том числе с помощью сатиры. К числу художников присоединился и поэт Владимир Маяковский. Еще во время Первой мировой войны он вместе с Казимиром Малевичем создавал ироничные плакаты — например, «Ну и треск-же, ну и гром-же Был от немцев подле Ломжи!», созданный в 1914 году. Его можно найти в первом зале выставки. Также в разделе «Город в движении» можно увидеть еще один плакат, созданный Владимиром Маяковским, — «Кто против голода, кто за горы хлеба...» 1921 года.

Неоконченный плакат

Работа «Воздушные рейсы „Добролета“» Бориса Борисова, которая расположилась в разделе «Город в движении», была выполнена при помощи хромолитографии — техники многоцветной печати, когда отпечаток создается с помощью окрашенных каменных или металлических пластин. Однако она так и осталась незавершенной: для конечного результата недостает двух цветов. При помощи проекции от партнера выставки, Архангельского краеведческого музея, цвета «реконструировали». Такой инновационный подход позволил нам увидеть завершенную работу — какой ее не видел даже сам автор.

«Окна ТАСС» 

Еще одним ярким примером плаката, оставившего след в истории, стала серия «Окна ТАСС» — это агитационные плакаты с призывами к защите Родины, появившиеся в начале Великой Отечественной войны. Громкими лозунгами они мотивировали население, призывали не сдаваться и идти до конца и быстро реагировали на любые изменения в стране. Им предшествовали «Окна РОСТА» — серия плакатов 1920-х, созданная советскими поэтами и художниками, работавшими в системе Российского телеграфного агентства.

Поскольку физическая и военная подготовка в СССР были тесно связаны, в серии довольно часто встречается и спортивная агитация, например в плакате «Растет здоровая смена» 1945 года — в разделе «Страна на старте» на экспозиции.

Торжественный плакат

Плакат сопровождал и каждый государственный праздник в СССР — он нес идеологический заряд и призывал граждан к единению. Так, к 1 Мая, Дню Победы и Дню Великой Октябрьской социалистической революции их печатали огромными тиражами. 

Кроме общепринятых праздников, плакат отражал и важные городские события. Например, на выставке можно найти работы 1947 года, созданные к 800-летию города, — все они являются настоящим гимном Москве, в котором веселье соседствует с гордым взглядом на ее многовековую историю. Один из них «800 лет. Будем вечно тобою гордиться, будет жить твоя слава в веках, дорогая моя столица! Золотая моя Москва!» отличается яркой рамкой и подробной детализацией городского пейзажа.