Практически по всей Евразии летнее солнцестояние — это зажигание костров (и прыгание через них), купание, гадание и даже эротические игрища. Все эти элементы есть и в русских обрядах середины лета, сохранились они и в странах Европы. А в последние полвека почти забытые полуязыческие обряды (адаптированные за много веков к христианству) пополнились новыми, принесенными викканством, йогой и другими нью-эйджевыми культурами.

Сен-Жан, он же Сан-Хуан

Когда к европейским народам пришло христианство, перед церковью встала непростая задача: адаптировать существовавшие у всех народов аграрные праздники (в том числе солярные — связанные с солнцем) к христианскому благочинию. Очевидным ходом было приурочить соответствующие обряды к церковным праздникам. Ближе всего к макушке лета оказалось рождество Иоанна Предтечи — он-то и «приютил» костры и прочее веселье, связанное с летним солнцеворотом.

И обычаи похожие. Да, зажигали костры — причем часто не просто так, а на вершинах холмов, чтобы в самый длинный день в году торжественно встретить восходящее солнце.

И у испанцев, и у кельтских народов Британии можно было еще лет 150 назад увидеть костры на холмах. Да и сейчас — уже в порядке фольклорной реконструкции — так делают, если только экологи и полиция не против.

В некоторых местностях Франции, как писала этнограф Юлия Иванова, считали, что восход солнца утром 24 июня необычен: солнце танцует, качается, трижды подпрыгивает, или восходит три солнечных диска одновременно. А по поверьям итальянцев, солнце, прежде чем взойти над горизонтом, трижды окунается в море.

Еще одна важная черта Иванова дня в Европе — узаконенное собирание лекарственных трав. «У французов есть поверье, что некоторые травы, собранные в ночь на Сен-Жана, действуют как присушка», — писал этнограф Сергей Токарев.

Наконец, какой праздник без трапезы, причем с элементами жертвоприношения. Основными на трапезах были блюда из молока: у финнов молочный суп, жареный сыр, каши из молока и яиц. А в Германии был обычай в Иванов день выливать часть похлебки от праздничной трапезы в огонь, другую часть — в проточную воду, третью часть зарывать в землю.

По краям Европы — там, где христианство было менее укорененным, — сохранились и дохристианские названия праздника. Например, в Латвии солнцеворот называется Лиго, в Ирландии — Белтайн, а у всех восточных славян — как известно, Купало (Купала).

Когда цветет папоротник

Купала — это, конечно, в первую очередь Креститель (то есть, опять же, Иоанн). Но наши первые этнографы — священники и монахи, боровшиеся с языческими пережитками, — выстроили вокруг этого названия целую теорию. Был, дескать, такой языческий идол Купала, вот ему и поклоняются, прыгая через костры и, собственно, купаясь. Та же история, что с Колядой: слово-то происходит от римских «календ», а считалось, что рождественские колядки — это тоже пережиток, от «болвана Коляды», как в «Вечерах на хуторе…» писал Гоголь.

Так или иначе, мэтр фольклористики ХХ века Владимир Пропп перечисляет элементы купальской обрядности — и все они нам уже знакомы. Возжигание огромных костров, поиск целебных и других трав — далее по вкусу.

Так как земля теперь достигла полного развития своих сил, то помогать ей уже не надо. Соответственно, некоторые из обычаев и обрядов теперь носят иной характер, чем в предыдущие праздники: земле не помогают, от нее, наоборот, в тот день стараются взять всё, что она может дать.

В. Я. Пропп«Русские аграрные праздники»

А как же цветок папоротника? Обязательно: как оценивает Пропп, гоголевское описание в «Вечере накануне Ивана Купала» — этнографически точно для Украины (у великороссов и белорусов было примерно то же самое). Смысл этого поверья простой: с одной стороны, все знают, что папоротник не цветет. С другой стороны, все точно так же знают с детства, что цветет всякое растение (ботанику-то в деревне изучали исключительно на живых образцах). Значит, папоротник тоже цветет, только «секретно». И ловить этот цветок, никому обычно не видимый, нужно на Ивана Купалу, когда цветет «вообще всё». Кому удалось — тот молодец, возьми в земле сундук с золотом.

Пропп цитирует средневековые источники и этнографические записи XVIII–XIX веков, когда традиции такого рода были еще много где живы. И мы видим довольно захватывающую картину: «лихие мужики и бабы в глухую полночь снимают с себя рубахи и до утренней зари роют коренья и ищут в заветных местах клады». Церковь пресечь «безобразия» была бессильна, поэтому их «возглавила»: травы, собранные в купальскую ночь, освящали в церкви, после чего они считались целебными. В Белоруссии, как цитирует Пропп этнографа Адама Киркора, их называли «святым янским зельем». Ну а папоротник — что папоротник: может, кто его цветок и находил, да потом молчал.

И вдруг прыжок, и вдруг летим

Все эти походы за травами и разжигание костров — ужасно веселое дело, особенно когда в хорошей компании. «Рощи, берега рек, леса и луга оглашаются веселыми хороводными песнями, и парни и девушки вместе ищут чудодейственной травы, вдали от строгих глаз матерей и отцов», — цитирует Пропп фольклориста Ивана Сахарова. Программа была довольно обширная:

• собрать «12 разных трав», чтобы потом положить под подушку и загадывать на свою судьбу (так делали в Сибири); 
• запастись хоть ненадолго целебной «ивановой росой»: она тоже считалась целебной, ей промывали глаза, протирали кожу от прыщей, а если выставить под «иванову росу» пустые крынки для молока, сливки в них потом будут жирнее; 
• прыгнуть, наконец, через купальский костер, зажженный трением (а не спичками) из отслуживших свое троицких березок. Если парень с девушкой уже по-серьезному встречаются — прыгать надо обязательно вместе: кто сумеет это сделать рука об руку, тот и всю жизнь вместе проживет.

Солнцеворот по-современному

В последние десятилетия обрядов летнего солнцестояния стало намного больше, что и понятно: мода на этническую и духовную экзотику не прекращается. В результате, например, в России о календарных традициях середины лета вспомнили многие народы. В Чувашии — о языческих молениях в полях и обрядовых пирах под вековыми деревьями с кашей и мясом. В Карелии — об «ивановских вениках» из ветвей 27 разных берез, которые должны были «присушивать» парня к девушке. А на Кавказе — о молениях старейшин в священных рощах и почитании женщин в эти дни.

Летний солнцеворот оказался еще и хорошим поводом для фестивалей с этнической спецификой и легким уклоном в бытовую магию. Например, в Омской области 19–22 июня такой фестиваль проходит в селе Окунево, на большой поляне недалеко от деревни Яр. Организаторы подошли серьезно — праздник начинается прямо-таки с добывания огня трением, как положено по учебникам. Затем уже на берегу реки Тары зажигается огромный костер, а ближе к рассвету от него торжественно поджигается специальное деревянное колесо, которое зрелищно катится с обрыва в реку (а участники, конечно, снимают видео). Правда, прыгать здесь предполагается не над пламенем — а то так и обжечься недолго, — а над углями. Тоже бодрит.

А днем — все «родноверские» забавы: и тебе шаманское камлание, и свадьба с похищением невесты. И остальные фестивальные активности — от ярмарки до мастер-классов — в ассортименте.

Похожий фестиваль «Солнцестояние на Бузиме» проходит в Красноярском крае — тоже смотр всех «славянских» досугов и развлечений (а точнее, реконструированных — увы, никаких живых традиций дохристианского времени у нас не сохранилось). Здесь чувствуется близость Китая, Тибета, Бурятии — гостям предлагают не только «забавы», но и «практики», в том числе такие как «дыхание солнца». А плетут не только венки, но и ловцы снов.

Что касается Москвы, то у нас самым ярким мероприятием ко дню летнего солнцеворота окажется... Международный день йоги — его как городской летний фестиваль будут праздновать в парке Царицыно и на других площадках 21 июня. Хотя праздник этот новый (он введен в 2014 году по инициативе индийского лидера Нарендры Моди), под него подвели солидную теоретическую базу: в самый длинный день в году индуисты тоже празднуют начало лета, а добрые дела, которые совершены в этот день, особенно душеполезны.

Наконец, даже те, кто не празднует ни Ивана Купалу, ни якутский Ысыах (он будет 28 июня), ни другие этнические праздники, могут отметить день летнего солнцестояния как время, когда особенно удобно смотреть на звезды: такую программу предлагают в подмосковном «Астроглэмпе». Собственно, почему бы и нет: какое бы ни было у нас тысячелетие на дворе — солнцеворот есть солнцеворот, он вечен и неотменим, потому что — объективная реальность.

Фото обложки: Эрик Романенко / ТАСС