Парламентские выборы на Кипре: настроения избирателей, главные проблемные темы 

В воскресенье, 24 мая, на Кипре прошли парламентские выборы, которые стали важным индикатором политических настроений перед президентской кампанией 2028 года. Голосование показало ослабление традиционных партий на фоне усиления новых политических движений и правых сил. 

Парламент Кипра формально состоит из 80 депутатов, однако только 56 из них избираются прямым голосованием сроком на 5 лет. Еще 24 места закреплены за турко-кипрской общиной, но после разделения острова в 1974 году и фактического раскола страны эти мандаты остаются незаполненными. 

Кампания проходила на фоне сразу нескольких внутренних проблем. Среди ключевых тем, беспокоящих избирателей, — рост стоимости жизни, дороговизна жилья и высокие счета за электроэнергию. По данным Европейского института профсоюзов (ETUC), на Кипре сохраняется значительный разрыв между доходами и стоимостью аренды: в Никосии трехкомнатная квартира в центре может стоить около €1450, тогда как средняя чистая зарплата — примерно €1540. Дополнительное напряжение создают перебои с электроснабжением и высокие тарифы на энергию.

Еще одним значимым фактором, повлиявшим на ход кампании, стали коррупционные скандалы и снижение доверия к политическим элитам. Одним из самых заметных эпизодов остается программа «золотых паспортов», действовавшая с 2013 по 2020 год и предусматривавшая предоставление гражданства в обмен на инвестиции. Расследования выявили нарушения при выдаче паспортов, включая случаи получения гражданства людьми с криминальным прошлым и фиктивными вложениями. В результате в отставку ушли спикер парламента Димитрис Силлурис и депутат Христакис Джованис, а к маю 2025 года гражданства были лишены 304 человека.

Еще одной важной темой, создающей напряженность, стала миграционная политика. Кипр остается одной из стран ЕС с наибольшим числом заявок на убежище в пересчете на население, что активно использовали правые партии в своей риторике. По данным Агентства ЕС по предоставлению убежища (EUAA) за 2024 год, на миллион жителей приходилось около 13 тыс. заявлений — заметно выше, чем в Австрии (6,5 тыс.), Греции (6,2 тыс.) и Германии (4 тыс.).

Какие партии прошли в кипрский парламент

Для прохождения в парламент Кипра необходимо преодолеть порог в 3,6% действительных голосов. В выборах участвовали более десяти партий и независимых кандидатов, однако мандаты получили лишь шесть политических сил. При этом ни одна из них не смогла завоевать абсолютного большинства.

• Первое место заняло правоцентристское «Демократическое объединение» (DISY) с результатом 27,1% голосов и 17 мандатами. Партия остается крупнейшей политической силой Кипра с 1970-х годов. DISY традиционно выступает за проевропейский курс, либеральную экономику и тесное сотрудничество с ЕС и США.
• Второе место получила левая «Прогрессивная партия трудового народа» (AKEL) — 23,9% голосов и 15 мест в парламенте. Это одна из старейших политических сил страны, основанная в 1941 году. AKEL опирается на профсоюзы и левый электорат и в кампании делала акцент на борьбе с ростом стоимости жизни, социальной поддержке, доступности жилья и критике экономической политики властей.
• Одним из ключевых итогов выборов стал рост поддержки ультраправого «Национального народного фронта» (ELAM), связанного с греческой ультраправой традицией. Партия получила 10,9% голосов и 8 мандатов против 6,8% на выборах 2021 года, заняв третье место. ELAM строила кампанию на жесткой антимиграционной риторике и выступала против переговоров с турко-киприотской общиной по вопросу разделенного острова.
• Четвертое место заняла центристская Демократическая партия (DIKO) с результатом 10% и 8 мандатами. Она долгое время играет роль «посредника» между левыми и правыми силами, поддерживала президента Никоса Христодулидиса и выступает за компромиссное урегулирование кипрского вопроса и улучшение социально-экономической политики.
• В парламент впервые прошла новая антикоррупционная партия АЛМА (ALMA) — движение за реформы и прозрачность власти. Она получила 5,8% голосов и 4 мандата. Партия позиционирует себя как сила вне традиционного политического истеблишмента и выступает за усиление контроля над государственными институтами.
• Еще одним новым игроком стало движение «Прямая демократия» (Direct Democracy), созданное блогером и инфлюенсером Фидиасом Панайоту. Партия набрала 5,4% голосов и также получила 4 места в парламенте. Ее программа основана на идее цифрового участия граждан в принятии решений и критике традиционной политической системы.

При этом сразу две традиционные партии — DIPA и социал-демократическое EDEK — не смогли преодолеть проходной барьер в 3,6% и впервые за долгое время остались вне парламента.

Выборы 2026 года также стали рекордными по числу женщин-кандидатов. В гонке участвовали 224 женщины — почти 30% от общего числа кандидатов, что стало самым высоким показателем в истории страны. Однако рост числа участниц не привел к заметному увеличению женского представительства в парламенте. По итогам голосования в новый состав парламента прошли 11 женщин-депутатов — около 19,6% от общего числа мест. Это даже ниже показателей выборов 2021 года, когда женщины занимали примерно четверть парламентских кресел (14 мест). 

Как парламентские выборы на Кипре могут повлиять на расклад сил перед президентскими

Хотя Кипр остается президентской республикой, где ключевые полномочия сосредоточены у главы государства, а не у парламента, итоги парламентских выборов традиционно рассматриваются как важный индикатор политических настроений в стране. Их результаты нередко влияют на будущие союзы между партиями, тактику потенциальных кандидатов и общую расстановку сил перед следующими президентскими выборами, которые должны пройти в 2028 году.

Новый состав парламента оказался раздробленным: в законодательный орган прошли шесть партий, однако ни одна из них не получила большинства. Такая конфигурация усложняет создание устойчивых политических блоков и повышает вероятность появления новых союзов в ближайшие годы. 

Еще одной тенденцией выборов стало укрепление новых политических движений. В парламент впервые прошли партии ALMA и «Прямая демократия Кипра», которые прежде не играли заметной роли в национальной политике. Их успех отражает растущее разочарование части общества в традиционных политических силах и запрос на альтернативных игроков.

При этом лидеров новых движений уже рассматривают как возможных участников президентской кампании 2028 года. Основатель партии ALMA Одиссеас Михайлидис уже заявлял о намерении баллотироваться на пост президента, а блогер и лидер «Прямой демократии Кипра» Фидиас Панайоту после успеха на парламентских выборах также может попытаться превратить медийную популярность в полноценный политический ресурс.

Дополнительным фактором становится и усиление ультраправой партии ELAM, значительно улучшившей свой результат по сравнению с предыдущим голосованием.

Фото обложки: George Christoforou / EPA / TASS

Трамп приказал своим переговорщикам «не торопиться» с мирной сделкой по Ирану

Переговоры между Вашингтоном и Тегераном прошли путь от угрозы возобновления взаимных ударов до, казалось бы, готового рамочного соглашения, но затем снова вернулись в состояние неопределенности. Вечером 23 мая Трамп написал, что сделка «в основном согласована» и будет включать открытие Ормузского пролива. Однако уже 24 мая президент США «попросил своих представителей не торопиться» со сделкой, заявив о продолжении блокады иранских портов «пока соглашение не будет достигнуто, подтверждено и подписано». Иранская сторона, в свою очередь, назвала слова Трампа о планах о возобновлении судоходства в Ормузском проливе «несоответствующими реальности».

Еще в начале недели ситуация выглядела иначе. В понедельник, 18 мая, США и Иран, по данным источников, были «в нескольких часах от войны»: Пентагон подготовил пакет военных целей, а Корпус стражей исламской революции (КСИР) пообещал «деактивировать» американские базы в Персидском Заливе, если Белый дом решится на эскалацию.

К середине недели тон сменился. Региональные посредники — Пакистан, Катар, Саудовская Аравия, ОАЭ и Турция — активизировали миротворческие усилия: пакистанский фельдмаршал Асим Мунир, главный медиатор между воюющими сторонами, провел переговоры в Тегеране 22 мая и на следующий день вернулся с заявлением об «обнадеживающем прогрессе».

25 мая Трамп рассказал изданию Axios, что сделка может быть заключена с вероятностью «50 на 50»: либо он подпишет «хорошее» соглашение, либо «разнесет их [Иран. – Прим. ред.] вдребезги». Вечером он собрал своих спецпосланников Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера на совещание и провел переговоры с лидерами Саудовской Аравии, ОАЭ, Катара, Египта, Бахрейна и Турции. Госсекретарь Марко Рубио на этом фоне сказал журналистам, что «возможно, чуть позже будут новости».

Однако обновлений не последовало. К воскресному утру Белый дом сообщил репортерам, что соглашения с Ираном не ожидается: иранская система принятия решений «медленная и непрозрачная», и на получение финального одобрения, в том числе от верховного лидера Моджтабы Хаменеи, может уйти еще несколько дней.

Позже президент США написал большой пост в социальных сетях, в котором предложил ближневосточным странам-участницам переговоров 25 мая подписать Соглашения Авраама о нормализации отношений с Израилем. 

Переговоры с Исламской республикой Иран идут отлично! Это будет либо Великая Сделка для всех, либо вовсе никакой Сделки — возвращение на поле боя и стрельба, но более масштабная и мощная, чем когда-либо прежде. <…> Во время моих обсуждений в субботу <..> я заявил, что после всей проделанной Соединенными Штатами работы, чтобы попытаться собрать эту очень сложную головоломку, должно быть обязательным, чтобы все эти страны как минимум одновременно подписали Соглашения Авраама.

Дональд Трамппрезидент США

Он отметил, что это укрепит будущее потенциальное соглашение с Ираном и также допустил, что Тегеран может стать частью объединения.

Что известно о положениях нового меморандума о перемирии между США и Ираном

По данным СМИ, соглашение предполагает поэтапную структуру. На первом этапе — открытие Ормузского пролива и снятие американской морской блокады иранских портов в течение 30 дней после подписания. Параллельно все стороны, включая Израиль и ливанскую вооруженную группировку «Хезболла», объявляют о прекращении огня на всех фронтах, в том числе в Ливане, хотя именно последний пункт вызывает возражения Тель-Авива. Израиль настаивает на сохранении «свободы действий» против «Хезболлы», Иран — на «устойчивом и долгосрочном» перемирии без оговорок.

На втором этапе, в течение 60-дневного переговорного окна, стороны должны урегулировать ядерный вопрос и санкционный режим. Иран получит право продавать нефть через лицензии, которые будет выдавать американский Минфин. Также предполагается разморозка иранских активов, хранящихся в зарубежных банках. Их передача Тегерану будет связана с выполнением обязательств по мирному соглашению.

По данным AP, Иран согласился на принципиальную готовность к ликвидации запасов высокообогащенного урана — часть может быть разбавлена, остаток передан третьей стране. Также Тегеран в принципе готов обсуждать мораторий на обогащение урана. Однако конкретные сроки и механизмы начнут обсуждаться только на втором этапе.

По ключевым вопросам, не вызывающим принципиальных разногласий, стороны, судя по имеющимся данным, в целом сходятся. Иранская программа по производству баллистических ракет в нынешней версии меморандума не упоминается — это требование тихо ушло с переговорного стола.

Почему иранская ядерная сделка по-прежнему не складывается

Ядерный вопрос остается главным препятствием для достижения устойчивого мира. Расхождения по нему носят не только технический, но и политический характер.

США настаивают на передаче всего запаса высокообогащенного урана с конечной целью полностью демонтировать иранские ядерные объекты в Натанзе, Фордо и Исфахане, которые уже подверглись ударам в июне 2025 года. Предыдущая американская позиция предусматривала 20-летний мораторий на обогащение. Нынешняя, по данным источников Bloomberg, по-прежнему включает требование «значительных обязательств» по отказу от обогащения.

Иран отвергает любые договоренности по ядерной сделке как предварительное условие меморандума и настаивает на том, что ядерные переговоры могут начаться только после того, как соглашение о прекращении огня уже будет подписано.

На данном этапе ядерный вопрос не обсуждается. 

Исмаил Багаи
представитель МИД Ирана

Иранское агентство Fars, аффилированное с КСИР, также опровергло сообщения о том, что Тегеран взял на себя какие-либо обязательства по передаче ядерных запасов или ограничению обогащения.

Помимо содержательных расхождений, Тегеран ссылается на системную проблему: США раз за разом меняют позицию в ходе переговоров, выдвигая новые требования.

Израильский фактор дополнительно усложняет переговорный процесс. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху потребовал от Трампа гарантий, что любое итоговое соглашение «ликвидирует ядерную угрозу в полном объеме», включая демонтаж объектов и вывод обогащенного урана с иранской территории. Израильские официальные лица сообщают о глубокой обеспокоенности условиями нынешней сделки и скептицизме относительно готовности иранского верховного лидера ее ратифицировать.

Фото обложки: Amirhosein Khorgooi / AP / TASS