США и Иран вновь обменялись ударами

США и Иран вновь обменялись ударами в районе Ормузского пролива. Новая серия инцидентов началась 26 мая, когда Центральное командование США провело «оборонительные удары» в южном Иране, поразив ракетные позиции и суда, пытавшиеся заминировать акваторию пролива.

На следующий день Корпус стражей исламской революции (КСИР) сообщил о перехвате американского беспилотника и обстреле самолета, нарушившего воздушное пространство Ирана, и заявил о «законном и неизбежном» праве на ответные меры. В ту же ночь у берегов иранского военно-морского порта Бендер-Аббас прозвучали три взрыва. По данным The Hill, силы США сбили четыре иранских беспилотника, атаковавших коммерческое судно в районе Ормузского пролива, и нанесли удар по наземному пункту управления, с которого готовился к запуску пятый дрон.

Как позже отметило иранское агентство Tasnim, иранские военные вынудили американский танкер покинуть пролив. В качестве ответной меры КСИР объявил об ударе по американской авиабазе, которую назвал источником атаки. Примерно тогда же силы ПВО Кувейта сообщили о начале перехвата «враждебных» ракет и беспилотников, происхождение которых не установлено.

Эскалация произошла в день заседания администрации Дональда Трампа в Белом доме. Президент заявил, что Иран «очень хочет» подписать соглашение, однако пока американской стороне «не нравятся» поступающие предложения.

«Либо они [дадут нам то, что необходимо], либо нам придется закончить начатое», — сказал Трамп, добавив, что Иран «ведет переговоры на последнем издыхании», поскольку «их флот уничтожен, авиация уничтожена, а экономика находится в свободном падении».

Незадолго до заседания иранское государственное телевидение опубликовало документ, который, по его утверждению, является черновиком рамочной сделки о перемирии: в нем США снимают блокаду иранских портов и выводят войска из региона в обмен на восстановление судоходства в Ормузском проливе до довоенного уровня в течение месяца. Белый дом назвал публикацию «полной фальсификацией» и призвал не доверять иранским государственным СМИ. Госсекретарь Марко Рубио лишь осторожно отметил, что в рамках диалога «достигнут определенный прогресс» и «в ближайшие часы и дни» станет ясно, удастся ли его развить.

Что известно об американо-иранских переговорах по будущему Ормузского пролива

С первых дней американо-иранской войны Тегеран перекрыл движение по Ормузскому проливу, через который в мирное время проходит около 20% мировых поставок нефти и природного газа. При посредничестве Пакистана 8 апреля между сторонами было достигнуто перемирие, однако ситуация на воде фактически не изменилась: Иран сохранил контроль над судоходством, а США 12–13 апреля ввели блокаду иранских портов.

5 мая Тегеран учредил Управление по делам Персидского залива (PGSA), наделив его полномочиями выдавать иностранным судам разрешения на транзит в обмен на информацию о происхождении груза и пункте назначения. По имеющимся у СМИ данным, право прохода через пролив стоит от $1 млн до $2 млн. Минфин США 27 мая ввел санкции против PGSA.

Решение Минфина поставило судовладельцев перед дилеммой: не координируясь с иранскими властями, их корабли рискуют быть остановленными или задержанными, однако, выполняя иранские требования, компании нарушают американские санкции.

Публичные позиции сторон о будущем пролива расходятся. Иран отказывается открывать пролив до снятия американской блокады и добивается закрепления права на управление судоходством, в том числе через систему транзитных сборов.

США настаивают на полностью свободном и беспошлинном транзите без иранского контроля. Рубио ранее назвал любой план введения сборов «неприемлемым, полностью незаконным и угрозой для всего мира».

Глава комитета по национальной безопасности иранского парламента Эбрахим Азизи тем временем заявил, что право на управление Ормузским проливом входит в число иранских «красных линий», которые риторика Трампа не заставит пересмотреть. Переговорный процесс, таким образом, остается в тупике: стороны наращивают рычаги давления, продолжая вести диалог через посредников.

За что Трамп пообещал «взорвать» Оман

21 мая посол Ирана во Франции Мохаммад Амин-Неджад рассказал изданию Bloomberg, что Тегеран ведет с Маскатом переговоры о создании совместной постоянной системы сборов за транзит:

Иран и Оман должны мобилизовать все свои ресурсы для обеспечения безопасности и управления навигацией. Это влечет затраты, и те, кто хочет пользоваться этим маршрутом, должны взять на себя свою долю расходов. 

Мохаммад Амин-Неджад
посол Ирана во Франции

На заседании кабинета Трамп пригрозил стране военным ударом:

Оман будет вести себя как все остальные, а иначе нам придется его взорвать. Они это понимают. С ними все будет в порядке. 

Дональд Трамп
президент США

Государственный департамент растиражировал высказывание президента в социальных сетях.

Обеспокоенность позицией Ирана выразил арабский регион. Глава государственной нефтяной компании ОАЭ Султан Аль Джабер предупредил: «Как только вы принимаете, что одна страна может держать в заложниках важнейший морской путь в мире, свобода судоходства в привычном нам виде заканчивается».

Оман — давний американский союзник, расположенный на южном берегу Ормузского пролива. На протяжении десятилетий Маскат служил посредником между Вашингтоном и Тегераном, в том числе на переговорах по иранской ядерной программе. Посольство Омана в Вашингтоне не прокомментировало ситуацию: в момент заявлений оно было закрыто по случаю Курбан-Байрама.

Иран встал на сторону Маската. Представитель иранского МИД Эсмаил Багаи осудил «угрозы американских официальных лиц» в адрес Омана и одновременно призвал вернуть Ирану все замороженные за рубежом активы.

Фото обложки: Amirhosein Khorgooi / AP / TASS

Великобритания и Польша подписали оборонный договор

27 мая в Лондоне премьер-министр Великобритании Кир Стармер и его польский коллега Дональд Туск подписали договор о безопасности и обороне. Новое соглашение строится на более ранних договорах 2017 и 2023 годов, однако существенно расширяет их рамки. Если прежние документы касались преимущественно военной подготовки и киберзащиты, то теперь стороны договорились о совместном производстве зенитных ракет средней дальности нового поколения, совместном использовании беспилотных систем на восточном фланге НАТО, а также об углублении сотрудничества в сфере энергетической безопасности, организованной преступности и нелегальной миграции.

Подписанный документ отдельно касается военной промышленности: стороны намерены выровнять экспортные стратегии, наладить совместные закупки и минимизировать барьеры для двусторонних оборонных программ. По данным британского правительства, сотрудничество оборонных отраслей двух стран уже принесло Лондону около £8 млрд за последние 3 года.

Главной угрозой в тексте договора названа Россия. Туск подчеркнул, что обе страны рассматривают ее как долгосрочный стратегический вызов для НАТО. Также польская сторона особо указала, что участие Варшавы в транзите военной помощи Украине якобы сделало страну приоритетной целью для российских кибератак, поджогов и дезинформационных кампаний.

Соглашение следует за аналогичными договорами Лондона с Парижем и Берлином и вписывается в более широкую стратегию Стармера: после Brexit выстроить систему двусторонних соглашений с европейскими партнерами взамен утраченного институционального членства в ЕС.

Как польская армия становится сильнейшей в Европе

В августе 1939 года Великобритания и Польша подписали договор о взаимопомощи: Лондон обязался выступить на защиту Варшавы в случае нападения «европейской державы», под которой в секретном протоколе понималась Германия. Через несколько недель после вторжения вермахта польское государство перестало существовать, а Великобритания и Франция, хотя и объявили войну Берлину, так и не вступили с ним в бой. Конфликт вошел в историю как «странная война».

Варшава, в распоряжении которой были старые французские танки, рассчитывала на помощь Лондона с его мощным флотом и современной военной техникой, но так ее и не получила. Сегодня ситуация перевернулась. Польша наращивает военную мощь такими темпами, которых Западная Европа не видела со времен холодной войны. По данным SIPRI, в 2024 году польские военные расходы выросли на 31% и достигли $38 млрд — 4,2% ВВП. В 2025 году показатель поднялся до 4,5% ВВП, сделав из Польши абсолютного рекордсмена в НАТО по расходам на оборону. В этом она обогнала даже США.

Министр обороны страны Владислав Косиняк-Камыш в мае 2026 года заявил, что к 2030 году Польша намерена располагать «сильнейшей и наиболее многочисленной армией в Европе»: планируется расширить вооруженные силы до 500 тыс. человек, из которых 300 тыс. составят кадровые военные и 200 тыс. — резервисты высокой готовности.

Военную технику у Варшавы сегодня закупают от Сеула (гаубицы Crab) до Парижа (Франция приняла решение о закупке партии польских ПЗРК Piorun). С Великобританией Польша договорилась о совместном выпуске ракет противовоздушной обороны средней дальности. Более того, «владычица морей» использует польские верфи для строительства своих самых современных фрегатов Type 31.

При этом Лондону похвастаться нечем. Британские оборонные расходы составляют сегодня около 2,3–2,5% ВВП. Правительство планирует довести их до 2,6% к 2027 году и до 3,5% к 2035-му. По доле ВВП Великобритания занимает лишь 12-е место среди членов НАТО, то есть уступает не только Польше, но и ряду других восточноевропейских союзников.

Сможет ли Польша изменить баланс сил в Европе

Польская экономика остается значительно меньше британской, французской или немецкой в абсолютных показателях, а МВФ лишь прогнозирует, что к 2030 году ВВП на душу населения по паритету покупательной способности приблизится к британскому уровню. Ядерный арсенал по-прежнему делает Великобританию ключевым игроком в европейской архитектуре безопасности.

Тем не менее большое население страны — около 38 млн человек — в сочетании с рекордными расходами на оборону и географическим положением на восточном фланге НАТО помогли Варшаве оседлать глобальную волну милитаризации и превратить «угрозу с Востока» в «окно возможностей».

Военная мощь без единого выстрела позволила государству получать финансовую помощь от Европейского союза. Так, еще в 2024 году ЕС заблокировал €137 млрд на развитие Польши, сославшись на недостаточную реализацию судебных реформ.

Но уже в мае 2026 года страна подписала соглашение в рамках европейской оборонной программы SAFE (Security Action for Europe), согласно которому ей были выделены €43,7 млрд низкопроцентных кредитов на развитие оборонного сектора.

Военная мощь позволяет Варшаве открыто говорить о конкуренции с крупнейшими западноевропейскими державами. Польские власти настаивают, что при любом послеконфликтном урегулировании между Европой, Россией и Украиной Польша должна быть представлена «на самом высоком уровне», а формат E3 (Великобритания, Франция, Германия), который управлял Европой на протяжении десятилетий и был дополнительно укреплен договором о сотрудничестве в июле 2025-го, устарел, так как не отвечает современному балансу сил.

И все же одной армии недостаточно, чтобы стать новым лидером такого экономического блока, как ЕС, однако Польша явно попытается использовать сложившиеся обстоятельства, чтобы опровергнуть тезис об «отсталости» Востока Европы.