Нетаньяху потребовал «нажать на педаль сильнее» и усилить бомбардировки Ливана

Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху на фоне сообщений о возможной мирной сделке между Вашингтоном и Тегераном 25 мая объявил об интенсификации ударов по вооруженной проиранской группировке «Хезболла» в Ливане.

Мы находимся в состоянии войны с «Хезболлой». Я приказал нажать на педаль еще сильнее. Мы нанесем им сокрушительный удар. 

Биньямин Нетаньяху
премьер-министр Израиля

По его словам, израильские силы за последние недели уничтожили более 600 боевиков группировки, но давление не будет ослаблено: «Мы усилим удары, нарастим огневую мощь и раздавим их».

Непосредственным поводом для заявления израильского премьера стала гибель израильского солдата от беспилотника в Южном Ливане 24 мая. БПЛА также поразил жилой дом в приграничном израильском городе Метул и остановку школьного автобуса в деревне Шомера. За восемь предшествующих дней группировка выпустила по израильским целям более 1 тыс. дронов и 700 ракет.

Вслед за обращением Нетаньяху Армия обороны Израиля (ЦАХАЛ) нанесла удары по позициям «Хезболлы» по всему Ливану, включая командные пункты и склады оружия в районе Тира и в долине Бекаа. «Хезболла» ответила дроновыми и ракетными атаками на израильские позиции.

Почему Израиль не хочет останавливать наступление против «Хезболлы»

За несколько часов до заявления Нетаньяху американский чиновник сообщил The Times of Israel, что Вашингтон, по всей видимости, скоро «даст зеленый свет» более масштабной операции в Ливане, так как «Хезболла» ранее проигнорировала ультиматум прекратить огонь, и Израиль «никогда не должен пассивно реагировать на удары по своим силам и мирным гражданам».

Но дело не только в дроновых атаках. Израиль вместе с США участвует в военной операции против Ирана с 28 февраля 2026 года. 2 марта, когда «Хезболла» начала обстрелы еврейского государства, ЦАХАЛ начал наступление в Южном Ливане. Так в ближневосточном конфликте открылся второй фронт.

Однако несмотря на это, по данным The Guardian, Израиль отстранен от мирных американо-иранских переговоров. По информации NYT, Тель-Авив не получает оперативных обновлений о ходе консультаций Вашингтона и Тегерана и вынужден опираться на данные разведки.

В этой логике эскалация в Ливане может быть попыткой вернуть себя в переговорный процесс. Иран настаивает, что любое мирное соглашение должно включать прекращение огня «на всех фронтах», включая Ливан. Израиль отвергает требования, рассматривая боестолкновения как два отдельных конфликта. Наращивая удары именно в момент, когда Тегеран и Вашингтон приближаются к подписанию мирного меморандума, Нетаньяху повышает цену своего согласия с текстом документа. В частности, на следующий день после объявления американо-иранского перемирия 8 апреля удары Израиля по Ливану чуть не сорвали его.

Выборы в Израиле, которые должны пройти не позднее октября 2026 года, также влияют на ход кампании. На фоне затяжного военного конфликта и изоляции Тель-Авива из переговорного процесса рейтинг одобрения Нетаньяху снижается. Сегодня, по данным опросов, лишь треть израильтян поддерживают его политику. Демонстрация решимости на ливанском фронте должна укрепить позиции премьера среди электората ультраправой части коалиции, без которой Нетаньяху утратит парламентское большинство.

Так, призывы к еще более масштабному наступлению прозвучали и от ультраправых членов коалиции. Министр финансов Бецалель Смотрич потребовал «за каждый взорвавшийся беспилотник уничтожать 10 зданий в Бейруте». Министр национальной безопасности Итамар Бен-Гвир призвал «постучать по столу Трампа» и объявить о возвращении к полномасштабной войне, захватить район Дахие в южных пригородах Бейрута и отключить Ливану электроэнергию.

Три раунда переговоров Израиля с Ливаном так и не привели к миру

США в качестве способа приближения мирной сделки с Ираном заставили Израиль начать мирные переговоры по завершению операции. Однако Израиль отказался садиться за стол с «Хезболлой». Этого не требовали и США, которые считают вооруженную группировку террористической организацией.

В итоге госсекретарь Марко Рубио выстроил схему (при его посредничестве проходили встречи), при которой Израиль ведет переговоры с официальным правительством Ливана. Бейрут должен был взять на себя обязательства по разоружению «Хезболлы» и распространению государственного контроля на юг страны, чтобы изолировать группировку внутри Ливана.

Рубио открыл первый раунд встреч 15 апреля заявлением, что речь идет «о гораздо большем, чем просто о перемирии», а именно о «полном конце 20–30-летнего влияния «Хезболлы» в регионе».

Проблема в том, «Хезболла» является самостоятельной вооруженной силой с собственной армией, банковской системой и политическим представительством в парламенте. Бейрут не может приказать ей разоружиться и не рискует делать это силой из-за угрозы гражданской войны. Поэтому позиция ливанского правительства на всех трех раундах сводилась к тому, чтобы сначала достигнуть перемирия и вывода израильских войск, а затем добиться постепенного разоружения группировки путем убеждения. Израиль настаивал на обратном: сначала разоружение — затем вывод. Единственным конкретным итогом переговоров стало продление перемирия на 45 дней, согласованное 15 мая.

«Хезболла» переговоры саботирует. Лидер организации Наим Касем призвал свергнуть ливанское правительство за участие в них.

Четвертый раунд переговоров Израиля с Ливаном назначен на 2–3 июня в Вашингтоне, а делегации военных двух стран встретятся в Пентагоне 29 мая.

Фото обложки: Ronen Zvulun / EPA / TASS

Парламентские выборы на Кипре: настроения избирателей, главные проблемные темы 

В воскресенье, 24 мая, на Кипре прошли парламентские выборы, которые стали важным индикатором политических настроений перед президентской кампанией 2028 года. Голосование показало ослабление традиционных партий на фоне усиления новых политических движений и правых сил. 

Парламент Кипра формально состоит из 80 депутатов, однако только 56 из них избираются прямым голосованием сроком на 5 лет. Еще 24 места закреплены за турко-кипрской общиной, но после разделения острова в 1974 году и фактического раскола страны эти мандаты остаются незаполненными. 

Кампания проходила на фоне сразу нескольких внутренних проблем. Среди ключевых тем, беспокоящих избирателей, — рост стоимости жизни, дороговизна жилья и высокие счета за электроэнергию. По данным Европейского института профсоюзов (ETUC), на Кипре сохраняется значительный разрыв между доходами и стоимостью аренды: в Никосии трехкомнатная квартира в центре может стоить около €1450, тогда как средняя чистая зарплата — примерно €1540. Дополнительное напряжение создают перебои с электроснабжением и высокие тарифы на энергию.

Еще одним значимым фактором, повлиявшим на ход кампании, стали коррупционные скандалы и снижение доверия к политическим элитам. Одним из самых заметных эпизодов остается программа «золотых паспортов», действовавшая с 2013 по 2020 год и предусматривавшая предоставление гражданства в обмен на инвестиции. Расследования выявили нарушения при выдаче паспортов, включая случаи получения гражданства людьми с криминальным прошлым и фиктивными вложениями. В результате в отставку ушли спикер парламента Димитрис Силлурис и депутат Христакис Джованис, а к маю 2025 года гражданства были лишены 304 человека.

Еще одной важной темой, создающей напряженность, стала миграционная политика. Кипр остается одной из стран ЕС с наибольшим числом заявок на убежище в пересчете на население, что активно использовали правые партии в своей риторике. По данным Агентства ЕС по предоставлению убежища (EUAA) за 2024 год, на миллион жителей приходилось около 13 тыс. заявлений — заметно выше, чем в Австрии (6,5 тыс.), Греции (6,2 тыс.) и Германии (4 тыс.).

Какие партии прошли в кипрский парламент

Для прохождения в парламент Кипра необходимо преодолеть порог в 3,6% действительных голосов. В выборах участвовали более десяти партий и независимых кандидатов, однако мандаты получили лишь шесть политических сил. При этом ни одна из них не смогла завоевать абсолютного большинства.

• Первое место заняло правоцентристское «Демократическое объединение» (DISY) с результатом 27,1% голосов и 17 мандатами. Партия остается крупнейшей политической силой Кипра с 1970-х годов. DISY традиционно выступает за проевропейский курс, либеральную экономику и тесное сотрудничество с ЕС и США.
• Второе место получила левая «Прогрессивная партия трудового народа» (AKEL) — 23,9% голосов и 15 мест в парламенте. Это одна из старейших политических сил страны, основанная в 1941 году. AKEL опирается на профсоюзы и левый электорат и в кампании делала акцент на борьбе с ростом стоимости жизни, социальной поддержке, доступности жилья и критике экономической политики властей.
• Одним из ключевых итогов выборов стал рост поддержки ультраправого «Национального народного фронта» (ELAM), связанного с греческой ультраправой традицией. Партия получила 10,9% голосов и 8 мандатов против 6,8% на выборах 2021 года, заняв третье место. ELAM строила кампанию на жесткой антимиграционной риторике и выступала против переговоров с турко-киприотской общиной по вопросу разделенного острова.
• Четвертое место заняла центристская Демократическая партия (DIKO) с результатом 10% и 8 мандатами. Она долгое время играет роль «посредника» между левыми и правыми силами, поддерживала президента Никоса Христодулидиса и выступает за компромиссное урегулирование кипрского вопроса и улучшение социально-экономической политики.
• В парламент впервые прошла новая антикоррупционная партия АЛМА (ALMA) — движение за реформы и прозрачность власти. Она получила 5,8% голосов и 4 мандата. Партия позиционирует себя как сила вне традиционного политического истеблишмента и выступает за усиление контроля над государственными институтами.
• Еще одним новым игроком стало движение «Прямая демократия» (Direct Democracy), созданное блогером и инфлюенсером Фидиасом Панайоту. Партия набрала 5,4% голосов и также получила 4 места в парламенте. Ее программа основана на идее цифрового участия граждан в принятии решений и критике традиционной политической системы.

При этом сразу две традиционные партии — DIPA и социал-демократическое EDEK — не смогли преодолеть проходной барьер в 3,6% и впервые за долгое время остались вне парламента.

Выборы 2026 года также стали рекордными по числу женщин-кандидатов. В гонке участвовали 224 женщины — почти 30% от общего числа кандидатов, что стало самым высоким показателем в истории страны. Однако рост числа участниц не привел к заметному увеличению женского представительства в парламенте. По итогам голосования в новый состав парламента прошли 11 женщин-депутатов — около 19,6% от общего числа мест. Это даже ниже показателей выборов 2021 года, когда женщины занимали примерно четверть парламентских кресел (14 мест). 

Как парламентские выборы на Кипре могут повлиять на расклад сил перед президентскими

Хотя Кипр остается президентской республикой, где ключевые полномочия сосредоточены у главы государства, а не у парламента, итоги парламентских выборов традиционно рассматриваются как важный индикатор политических настроений в стране. Их результаты нередко влияют на будущие союзы между партиями, тактику потенциальных кандидатов и общую расстановку сил перед следующими президентскими выборами, которые должны пройти в 2028 году.

Новый состав парламента оказался раздробленным: в законодательный орган прошли шесть партий, однако ни одна из них не получила большинства. Такая конфигурация усложняет создание устойчивых политических блоков и повышает вероятность появления новых союзов в ближайшие годы. 

Еще одной тенденцией выборов стало укрепление новых политических движений. В парламент впервые прошли партии ALMA и «Прямая демократия Кипра», которые прежде не играли заметной роли в национальной политике. Их успех отражает растущее разочарование части общества в традиционных политических силах и запрос на альтернативных игроков.

При этом лидеров новых движений уже рассматривают как возможных участников президентской кампании 2028 года. Основатель партии ALMA Одиссеас Михайлидис уже заявлял о намерении баллотироваться на пост президента, а блогер и лидер «Прямой демократии Кипра» Фидиас Панайоту после успеха на парламентских выборах также может попытаться превратить медийную популярность в полноценный политический ресурс.

Дополнительным фактором становится и усиление ультраправой партии ELAM, значительно улучшившей свой результат по сравнению с предыдущим голосованием.

Фото обложки: George Christoforou / EPA / TASS