Трамп говорит о коммунизме почти каждую неделю

На пресс-конференции по итогам саммита НАТО в Анкаре президента США спросили, что он хотел бы сказать людям, живущим при социализме. Трамп ответил, что коммунизм легко продать и что сам он стал бы «величайшим коммунистом в истории, на одном уровне с Лениным». Тут же, впрочем, добавил, чем эта затея обычно заканчивается.

Бесплатная аренда до конца жизни! Но они не говорят, что через 12 месяцев вы будете жить в нищете. 

Дональд Трамп
президент США

Затем он назвал коммунизм «доказанной тысячелетиями катастрофой» с «убийствами повсюду». По подсчетам Reuters, за 2 недели после серии побед демократических социалистов на праймериз Трамп упомянул слово «коммунизм» 81 раз, а по данным TIME, сказал это слово не менее 94 раз с конца июня. В одной только получасовой речи у горы Рашмор в честь 250-летия США о коммунизме было упомянуто 14 раз. К слову, в секретном докладе Никиты Хрущева «О культе личности» Иосифа Сталина это слово используется лишь 5 раз.

«Безбожных коммунистов» Трамп не жалует и называет угрозой, которую нужно «вырезать, как раковую опухоль». По его словам, коммунизм является «самой серьезной угрозой США наравне с Первой и Второй мировыми войнами и терактами 11 сентября».

Почему коммунизм так и не прижился среди американских рабочих

Вопрос, почему в самой богатой капиталистической стране мира не возникло сильного социалистического движения, задавали и до Трампа. Наркоминдел СССР Вячеслав Молотов считал, что только в США возможна настоящая социалистическая революция, потому что там капитализм созрел до необходимой стадии.

США — самая удобная страна для социализма. Коммунизм там наступит быстрее, чем в других странах. 

Вячеслав Молотов
Наркоминдел СССР

Однако от европейских социалистических революций Соединенные Штаты спасла «американская мечта»: рабочий завода верил, что однажды сможет стать крупным капиталистом. А большому капиталисту не нужны большие налоги и соцпомощь.

После Октябрьской революции 1917 года тогдашние американские консерваторы стали пугать граждан «красной угрозой», которая погубит «американскую мечту».

Тем не менее часть интеллектуального сообщества советским гражданам сочувствовала. Джон Стейнбек, например, гордился тем, что посетил СССР, а в книге «Русский дневник» выросший на ранчо в американской глубинке парень описывал прелести страны Советов.

Так что левые идеи все же настигли США. Когда в 1930-х в стране наступила «Великая депрессия» и тысячи людей лишились работы, президент-демократ Франклин Делано Рузвельт решил перенять элементы командной экономики у Москвы: появились государственные стройки, фонды и прочие инструменты, позволяющие стабилизировать ситуацию в стране.

Постепенно демократы возьмут на вооружение наиболее умеренные левые идеи. Рост благополучия после Второй мировой войны окончательно убьет «революционное рабочее движение».

А вот настоящим коммунистам в это время сладко не было. Компартию США душили дважды: сначала палмеровскими рейдами после революции 1917 года в России, а затем «маккартизмом». По закону Смита федеральные власти в 1949–1958 годах осудили больше сотни партийных лидеров, включая генсека Юджина Денниса.

Пока Трамп упоминает коммунистов десятками раз за неделю, найти хотя бы одного живого американского сторонника мировой революции сегодня не так просто. По словам сопредседателя Компартии США Джо Симса, сегодня в организации состоит около 20 тыс. человек. Лишь трое из них заседают в местных советах Итаки в Нью-Йорке, школьного округа Кембриджа в Массачусетсе и городского совета Бангора в штате Мэн.

Их боялись даже однопартийцы: откуда в Демпартии появились соцдемы

Организация «Демократические социалисты Америки» (DSA) была основана в 1982 году на волне недовольства общества «рейганомикой» с ее рыночными методами и сокращениями госпомощи. Следующие 30 лет движение, скорее, вымирало: к 2012 году в нем оставалось около 6,5 тыс. членов, а средний возраст участника достигал 67 лет.

Перелом случился после того, как кандидат от соцдемов Берни Сандерс занял второе место по итогам праймериз Демократической партии на президентских выборах 2016 года. В 2018-м его сторонница, бывшая официантка Александрия Окасио-Кортес, обыграла на праймериз влиятельного центристского конгрессмена Джо Краули и попала в Конгресс.

Сегодня DSA насчитывает больше 100 тыс. членов, а сама Окасио-Кортес выросла в фигуру, которую социологическая служба YouGov ставит на пятое место по популярности среди всех демократов. А аналитики называют ее возможным кандидатом в президенты от Демократической партии на выборах в 2028 году.

Что именно предлагают американские соцдемы, которых Трамп и называет коммунистами, лучше всего видно на примере мэра Нью-Йорка Зохрана Мамдани. В ходе предвыборной гонки 2025-го он обещал заморозить аренду, ввести в городе бесплатные автобусы, уход за детьми и сеть из пяти городских продуктовых магазинов, в которых товары продавались бы по себестоимости. Спонсировать социальные программы он предлагает за счет повышения налогов на корпорации и состоятельных горожан.

Сама Окасио-Кортес после победы Мамдани определила демократический социализм в США как «радикальную идею о том, что у трудящихся людей есть экономические права», включая право на жилье, здравоохранение и достойную зарплату.

Если исходить из логики Трампа о том, что американские соцдемы являются коммунистами, то Россия с бесплатными дошкольным образованием и системой ОМС является государством победившего пролетариата. Бесплатные детские сады также давно работают в Северной и части Западной Европы. А вот полностью бесплатный общественный транспорт в масштабах целой страны сумел ввести только крошечный Люксембург. Заморозку аренды на 5 лет пытались организовать в Берлине, но Верховный суд Германии в итоге признал закон неконституционным, хотя более мягкая версия законопроекта действует в ФРГ до сих пор.

Соцдемы набирают популярность в больших городах, где проблема социального неравенства стоит наиболее остро: в Нью-Йорке, Сиэтле, Денвере. Попытка выйти за пределы случилась в Мэне, где ветеран морской пехоты и совладелец устричной фермы Грэм Платнер обошел умеренного однопартийца на праймериз с помощью левой повестки, но выбыл из гонки после обвинений в изнасиловании, так и не дав ответа, сработала бы эта модель против республиканца на выборах в Сенат.

У центристского крыла партии есть встречный набор побед, причем в куда более сложной для демократов местности. Осенью 2025 года губернаторы Нью-Джерси Мики Шеррилл и Вирджинии Эбигейл Спэнбергер выиграли в своих штатах, обращаясь к умеренным республиканцам и независимым избирателям.

Итоги праймериз покажут, какая ставка в итоге оказалась популярнее. Так, в «колеблющемся» Мичигане на праймериз с отрывом в 1 процентный пункт выиграл крайне левый политик Абдул эль-Сайед. Он выступает с критикой Израиля и предлагает ввести налоги на богатство. 

Часть демократов считает, что «подобное лечат подобным»: радикализация поможет им выйти из идейного кризиса после поражения на выборах 2024 года и справиться с радикальными республиканцами вроде движения «Сделаем Америку снова великой» (MAGA). Другие узрели в этом угрозу. Произраильский комитет AIPAC вложил около $30 млн в кампанию центристской соперницы Аль-Сайеда Хейли Стивенс. Умеренные конгрессмены в разговоре с Axios назвали демократических социалистов «людьми, которые бросают бомбы, а не решают проблемы». Существует реальная угроза, что неопределившиеся избиратели или умеренные демократы в итоге перейдут на сторону республиканцев или вовсе не придут голосовать за Аль-Сайеда, что приведет к его поражению и, как следствие, демократы могут остаться без большинства в Сенате по итогам ноябрьских выборов.

Похожие схватки двух лагерей идут в Миннесоте, Айове и Техасе.

Зачем Трампу нужна война с коммунизмом

Колумнист The Guardian Роберт Райх считает, что Трамп заговорил о «красной угрозе», потому что ему больше нечем крыть. Цены на товары растут, а снизить их на фоне продолжающегося ближневосточного конфликта с Ираном и торговых войн со всем миром едва ли возможно.

Пробуждение призрака коммунизма, таким образом, во многом является способом отвлечь избирателя от проблем и заставить его испугаться «красной угрозы».

Играет роль и личная биография: Трамп рос во времена «маккартизма», а его наставником был в прошлом участник антикоммунистических слушаний 1950-х годов Рой Кон.

Фото обложки: Evan Vucci / AP / TASS

Как ИИ впервые создал вирусы

Для ученых синтез вирусных геномов с нуля — не новое явление. Исследователи занимаются этим много лет, чтобы иметь возможность анализировать устройство и работу вирусов, создавать вакцины и противовирусные препараты. В последнее время к этому процессу постепенно подключают большие языковые модели: нейросети помогают биологам, например, создавать принципиально новые белковые структуры, в том числе для лекарств. Но теперь группа американских ученых-генетиков и биоинженеров впервые использовала искусственный интеллект для создания геномов жизнеспособных бактериофагов — вирусов, поражающих бактерии. 

Это важная веха в науке. 

Патрик Кай
биолог из Манчестерского университета (не принимал участия в исследовании) 

Авторы исследования использовали ИИ-модель Evo. Ее разработали сотрудники независимого некоммерческого института Arc Institute совместно со специалистами из ряда крупных американских университетов при поддержке компании Nvidia. Evo — геномная языковая модель. Она работает по принципу ChatGPT, но вместо текста анализирует генетические последовательности. Ее обучили на 9,3 трлн нуклеотидов. 

Поначалу система могла обрабатывать только небольшие последовательности, поэтому ученые решили попробовать создать вирус. Геном человека содержит более 3 млрд пар нуклеотидов, а геномы многих вирусов очень короткие — всего несколько тысяч нуклеотидов. Исследователи провели для Evo еще один раунд обучения — на этот раз по бактериофагу Phi X-174 и 15 тыс. его ближайших «родственников». Это классический простейший вирус, поражающий кишечную палочку. Геномной ИИ-модели поставили задачу: создать его эволюционные аналоги, которых никогда не существовало в природе.

Evo сгенерировала 700 тыс. потенциальных версий. Ученые отобрали только те, которые, по их мнению, имели шансы на успех: на тесты в лабораторию отправили около 300 геномов. Эти ДНК-последовательности синтезировали химическим путем и внедрили в клетки кишечной палочки. В результате выяснилось, что 16 из них — жизнеспособные вирусы: они собирались внутри бактерий и убивали их. Некоторые оказались даже агрессивнее своего природного «предка» — они быстрее размножались и уничтожали колонии бактерий.

Это серьезный научный прорыв — особенно сейчас, когда ученые борются с растущей устойчивостью к лекарствам таких микробов, как кишечная палочка.

Хорди Гарсия Охальво
профессор биологии Университете Помпеу Фабра в Барселоне

Как научное сообщество отреагировало на использование ИИ для создания вирусов

Авторы исследования говорят, что эта технология может стать основой для развития фаготерапии — метода лечения и профилактики бактериальных инфекций с помощью специальных вирусов, которые избирательно поражают и уничтожают определенные виды патогенных бактерий, не затрагивая полезную микрофлору человека. По словам ученых, искусственный интеллект вызвал изменения, которые в естественных условиях заняли бы миллионы лет. В долгосрочной перспективе такое ИИ-проектирование может использоваться для создания новых лекарств и «расширит набор биотехнологических инструментов, доступных современной медицине», говорится в исследовании. 

При этом ученые считают, что их работа поднимает «важные вопросы биобезопасности и биоконтроля». Они призвали коллег, которые занимаются подобными проектами, консультироваться со специалистами по безопасности. Сами авторы исследования отметили, что были «особенно осторожны» еще на этапе обучения Evo — ИИ-модели не предоставили данных о вирусах, поражающих людей, животных, растения и грибы. Поэтому система не способна генерировать геномы, которые могли бы угрожать живым существам. 

Тем не менее в Центре безопасности здоровья Университета Джона Хопкинса уже заявили, что технология создания вирусных геномов требует немедленного пересмотра подходов к биологической защите. Там напомнили: правительства и научные организации не спешат разрабатывать меры предосторожности, несмотря на то, что наука стремительно движется вперед.

Хотя это многообещающее решение для применения в науке, оно также поднимает неотложные вопросы биобезопасности. Возможность составлять вирусные геномы с помощью генеративного ИИ теперь существует, а вот грамотного управления индустрией и мер безопасности — нет. 

заявление Центра безопасности здоровья Университета Джона Хопкинса

В первую очередь эксперты опасаются, что подобные ИИ-инструменты попадут в руки преступников. Это поможет им создавать новые патогены, несущие угрозу для человека. 

Искусственный интеллект действительно может быть использован для создания смертельно опасных патогенов. Ему всегда можно сказать: "Эй, геномная модель, создай мне геном гриппа, который был бы модифицирован так, чтобы сделать его более передаваемым или более смертоносным". 

Мориц Ханке
сотрудник Центра безопасности здоровья Университета Джонса Хопкинса 

Есть и те, кто считает, что угроза от геномных языковых моделей вроде Evo нет так уж и велика — по сравнению с уже существующими технологиями.

ИИ, обученный генетиками, — сильно преувеличенная угроза. Особенно если учесть, что злоумышленникам достаточно просто взять существующие патогены и внести в их геномы функциональные изменения. Это намного проще. 

Том Эллис
профессор Имперского колледжа Лондона

Фото обложки: Samuel H. King