Япония сняла запрет на экспорт летального оружия: что известно

Власти Японии пересмотрели «три принципа передачи оборонного оборудования и технологий», фактически отменив запрет на экспорт смертоносного оружия — истребителей, ракет, эсминцев и так далее. Эти изменения, одобренные Кабинетом министров и Советом национальной безопасности, демонстрируют серьезный сдвиг в оборонной политике страны, пишет Kyodo News.

На протяжении десятилетий после Второй мировой войны Япония придерживалась пацифистской политики и позиционировала себя как «миролюбивую нацию». Но в последние 10 лет страна последовательно смягчает ограничения на экспорт вооружений. Так, в 2014 году местные власти разрешили поставки военной техники за рубеж, но лишь в пяти нелетальных категориях. Речь про оборудование, которое используется для спасательных операций, транспортировки, наблюдения, разведки и разминирования. Например, Украине отправляли бронежилеты, противогазы и автомобили гражданского назначения, а Филиппинам продавали разведывательные радары. 

Следующее послабление произошло в 2023 году. Тогда правительство Японии легализовало поставки оборудования, произведенного по зарубежным лицензиям, странам-обладателям патентов. Это открыло путь в том числе для продажи Пентагону зенитных ракет Patriot. Еще один пример — крупнейшая в истории Японии сделка по экспорту вооружения после Второй мировой: страна поставит ВМС Австралии три боевых фрегата класса Mogami стоимостью $7 млрд. 

Согласно изменениям, одобренным 21 апреля, Япония сможет продавать летальное оружие 17 странам, которые подписали со страной соглашение о передаче оборонного оборудования и технологий. В этом списке, среди прочих, США, Великобритания, Франция, Германия, Австралия, Индонезия и Филиппины. При этом власти подчеркивают: три базовых принципа экспорта сохранились — «строгая проверка» сделок со стороны правительства, контроль поставок в третьи страны и запрет на экспорт оружия государствам, вовлеченным в конфликт. Правда, последний пункт предполагает исключения «в особых обстоятельствах» — когда это будет «необходимо для национальной безопасности». 

Почему Япония меняет правила экспорта оружия именно сейчас

Reuters называет решение властей Японии «крупнейшим пересмотром правил» экспорта оборонных товаров за последние десятилетия. Associated Press пишет, что это «существенное изменение послевоенной пацифистской политики». А Financial Times и вовсе считает это «историческим поворотом», связанным с тем, что Япония рассматривает текущую обстановку в сфере безопасности как «самую серьезную» со времен Второй мировой.

Правительство Санаэ Такаити — первой женщины-премьера в истории Японии — определило оборонный сектор одной из стратегических областей. Крупные подрядчики местного Министерства обороны, например Mitsubishi Heavy Industries, могут производить передовые системы: подводные лодки, истребители и ракеты. Но на протяжении десятилетий они зависели от одного заказчика — Сил самообороны Японии. Аналитики объясняют: теперь страна стремится укрепить оборонную промышленность и создать широкую сеть союзников и партнеров в Азиатско-Тихоокеанском регионе, поскольку опасается потенциальной агрессии со стороны Китая и Северной Кореи. 

В условиях все более сложной обстановки в сфере безопасности ни одна страна не может в одиночку защитить свою безопасность, и ей нужна взаимная поддержка со стороны стран-партнеров в области оборонной техники. 

Санаэ Такаити 

В Токио рассчитывают, что разрешение на экспорт оружия укрепит промышленную базу страны — за счет снижения себестоимости единицы продукции (особенно в условиях растущего спроса после того, как американские резервы ВПК истощила война на Ближнем Востоке) и наращивания объемов производства, которые пригодятся в случае потенциального конфликта. К тому же это шанс продемонстрировать Китаю и Северной Корее, как Япония выстраивает глобальную цепочку поставок вооружений. Но есть еще одна причина — растущая неопределенность и неуверенность в надежности США, главного партнера страны.

Идея о том, что США будут поддерживать мировой порядок, оказалась своего рода иллюзией. И это очень неудобная реальность. Теперь Япония торопится найти жизнеспособные альтернативы для своей собственной безопасности и обороны. 

Мичито Цуруока
профессор Университета Кэйо в Токио

Кому Япония будет продавать оружие

Постоянный представитель Норвегии при НАТО Анита Нергаард заявила, что изменения политики позволят расширить сотрудничество с Японией в оборонной промышленности и будут «действительно ценными для Европы и всего Североатлантического союза». А посол США в Японии Джордж Гласс счел решение Токио «историческим шагом». 

Этот исторический шаг не только повысит обороноспособность стран, сотрудничающих с японо-американским альянсом, но и укрепит нашу коллективную способность поддерживать мир и еще больше защищать свободу во всем регионе.

Джордж Гласс 
посол США в Японии 

The New York Times пишет, что спрос на японскую военную технику на мировом рынке довольно высок: союзники страны заинтересованы в ее фрегатах и патрульных кораблях, а также в ракетах, боевых самолетах и системах борьбы с беспилотниками. В частности, интерес проявили Юго-Восточная Азия и Европа, отмечает издание. Reuters со ссылкой на источники утверждает, что возможность закупок для модернизации своих вооруженных сил уже изучают страны «от Польши до Филиппин». По данным агентства, одной из первых сделок может стать экспорт японских подержанных кораблей в Манилу. К слову, в филиппинском Минобороны заявили, что снятие ограничений обеспечит доступ к оборонной «продукции высочайшего качества» и «будет способствовать региональной стабильности посредством сдерживания».

Сильно меньше энтузиазма по этому поводу проявили в Китае. В последние месяцы отношения между КНР и Японией обострились. Пекин ввел экономические санкции против Токио после того, как Санаэ Такаити еще в конце 2025 года заявила: возможный вооруженный кризис у берегов Тайваня способен вынудить ее страну прибегнуть к военному вмешательству. 

Китай глубоко обеспокоен [отменой запрета на экспорт смертоносного оружия]. Китай будет сохранять высокую бдительность и решительно противостоять любым безрассудным действиям Японии, направленным на новую форму милитаризма.

Го Цзякунь
официальный представитель МИД КНР

Фото обложки: Aaron Favila / AP / TASS

Тыграй намерен восстановить довоенную администрацию вопреки Преторийским соглашениям

Эфиопия вновь оказалась в центре острого политического кризиса. 20 апреля 2026 года Народный фронт освобождения Тыграя (НФОТ) опубликовал заявление, согласно которому центральный комитет партии принял решение восстановить Ассамблею правительства Тыграя — региональный парламент, приостановивший работу по условиям мирного Преторийского соглашения 2022 года.

В своем заявлении НФОТ обвинил федеральное правительство в систематическом нарушении пунктов договора сразу по нескольким пунктам: провоцировании вооруженных столкновений внутри региона, удержании средств для выплаты жалованья местным чиновникам, а также продлении срока полномочий временного президента в обход консультаций с партией.

Федеральное правительство торопится развязать кровавую войну снова. 

из заявления НФОТ

НФОТ подчеркивает, что Тыграйский государственный совет перестал работать лишь на время как инструмент содействия мирному процессу. Партия также заявила о намерении укреплять связи с народами соседних эфиопских регионов и приграничных государств.

Бывший пресс-секретарь НФОТ и нынешний советник премьер-министра Эфиопии Абия Ахмеда по делам Восточной Африки Гетачью Реда написал, что заявление НФОТ представляет собой «явное отречение» от послевоенного устройства, созданного Преторийским соглашением.

Обострению предшествовали месяцы нарастающей напряженности: с января 2026 года в Тыграе вспыхивали вооруженные столкновения между силами НФОТ и федеральной армией, а также проправительственными формированиями.

В чем суть конфликта в Тыграе

Причины кризиса в Эфиопии кроются в ее территориальном устройстве. Страна с населением более 120 млн человек организована как этническая федерация: 11 регионов сформированы по принципу национального состава и располагают широкой автономией, включая собственные силовые структуры. С начала 1990-х по 2018 год политическую жизнь всей страны определял Народный фронт освобождения Тыграя. Несмотря на то что тыграи составляют лишь около 6% населения, партия доминировала в федеральных органах власти, армии и государственном управлении.

В 2018 году премьер-министром страны стал Абий Ахмед — представитель ородо, крупнейшей этнической группы страны. Он взял курс на централизацию власти и ослабление тыграйского влияния, уволил многих офицеров-тыграев, предъявил ряду руководителей НФОТ обвинения в коррупции. В том же году он подписал мирное соглашение с Эритреей, которая десятилетиями находилась в состоянии войны с Эфиопией под руководством НФОТ и получил за это Нобелевскую премию мира. Для тыграйского политического движения новый курс означал угрозу не только политическому влиянию, но и самой модели этнического федерализма, гарантировавшей тыграям автономию.

Непосредственным поводом к войне стали выборы 2020 года. Абий Ахмед перенес общенациональное голосование на 2021 год, сославшись на пандемию COVID-19. Власти Тыграя провели региональные выборы самостоятельно, но Аддис-Абеба объявила их незаконными. В ноябре 2020 года премьер-министр обвинил Народный фронт освобождения Тыграя в нападении на базу федеральной армии и направил в регион войска.

На стороне федерального правительства воевали региональные ополчения, в том числе соседнего к Тыграю региона Амхара, и вооруженные силы Эритреи, президент которой, Исайяс Афверки, давно вынашивал намерение ослабить НФОТ.

На пике активности войска Народного фронта освобождения Тыграя дошли до окраин Аддис-Абебы осенью 2021 года, и федеральная власть, казалось, висела на волоске. Однако к концу 2022 года федеральная армия восстановила позиции и взяла под контроль ключевые города Тыграя.

По данным Al Jazeera и Reuters, в ходе двухлетнего конфликта погибли не менее 600 тыс. человек, около 5 млн стали беженцами.

2 ноября 2022 года в Претории при посредничестве Африканского союза стороны подписали соглашение о «постоянном прекращении огня».

Преторийское соглашение предусматривало разоружение сил НФОТ, формирование переходной администрации Тыграя на основе консультаций между сторонами, возвращение перемещенных лиц и вывод из региона всех иностранных войск, включая эритрейские. Новым президентом переходной администрации стала приемлемая для Аддис-Абебы фигура Гетачью Реда.

Почему конфликт снова обострился

Реализация соглашения с самого начала шла с трудом. Из примерно 1,6 млн вынужденных переселенцев большинство так и не вернулось домой — особенно из западного Тыграя, который в ходе войны заняли амхарские формирования и который Амхара считает своей исторической территорией. Вопрос о возвращении этих земель стал главным камнем преткновения.

Внутри самого Народного фронта освобождения Тыграя разгорелась борьба за власть. Гетачью Реда, пытавшийся реализовывать условия разоружения, был обвинен соратниками по партии в пораженчестве. В марте 2025 года фракция под руководством председателя НФОТ Дебрецион Гебремикаэля осуществила переворот: сторонники Дебрециона захватили радиостанцию в Мэкэле и вынудили Гетачью уехать в Аддис-Абебу.

Серьезным источником напряженности остается и эритрейско-эфиопская ось. Абий Ахмед начал заявлять об «экзистенциальной необходимости» для Эфиопии получить выход к морю, Эритрея расценила это как угрозу территориальной целостности и приступила к укреплению военного присутствия у границы. Федеральное правительство в свою очередь обвиняет НФОТ в тайном сотрудничестве с Эритреей против Аддис-Абебы. Обе стороны обвинения отрицают.

Ни одна из сторон, по всей видимости, не стремится к эскалации. Однако логика ситуации создает условия, при которых даже локальный инцидент может запустить неуправляемую цепную реакцию. Эфиопия с населением более 120 млн человек и штаб-квартирой Африканского союза в Аддис-Абебе является ключевым государством всего региона Африканского Рога. В связи с чем новая война будет иметь последствия, выходящие далеко за пределы страны.

Фото обложки: Ben Curtis / AP / TASS

К чему привели протесты «поколения Z»

В прошлом году по странам Африки, Латинской Америки и Азии прокатилась волна протестов «поколения Z». Зумеры выступали против коррупции, экономического неравенства и цензуры, публиковали мемы и делились в соцсетях инструкциями по организации сопротивления. В некоторых странах им удалось свергнуть действующие правительства. Но создание жизнеспособной альтернативы до сих пор остается сложной задачей.

Мадагаскар

В сентябре 2025 года на Мадагаскаре начались протесты из-за перебоев с водой и электричеством. На сторону зумеров перешла армия островного государства, после чего президент Андри Радзуэлина сначала объявил о роспуске правительства, а потом и сам бежал из страны. Власть в свои руки взяли военные: сейчас Мадагаскар возглавляет президент переходного периода, полковник Микаэль Рандрианирина. Он пообещал бороться с коррупцией, обеспечить доступ населению к воде и электричеству, а также провести выборы и референдум по проекту новой конституции. 

Но Мадагаскар все еще находится в глубоком кризисе. В марте Рандрианирина отправил в отставку премьер-министра и правительство из-за обвинений в коррупции. Выборы, анонсированные во время переворота, ожидаются не ранее 2027 года. А методика изменения конституции и дата начала общественных консультаций по этому вопросу все еще не назначены. 

Многие ликовали, когда Радзуэлина бежал. Но переходное правительство на данный момент не провело никаких реальных реформ. Возможно, именно поэтому все так расстроены, потому что мы не видим ничего ясного и заметного. 

Эллиот Рандриамандрато
лидер одной из протестных групп Gen Z Madagasikara

На этом фоне молодые мадагаскарцы вновь выходят на протесты — на этот раз с требованием назначить точную дату выборов. Четверых активистов арестовали 12 апреля, еще двоих — вечером 15 апреля. Среди местных это порождает опасения, что временный режим ничуть не лучше свергнутого, пишет The Guardian. 

Аресты вызывают серьезные опасения по поводу соблюдения основных свобод. Это модель, которую мы наблюдали при предыдущей администрации, и многие надеялись, что она будет нарушена с переходом власти. Нынешние протесты — испытание для этого режима, и он их провалил. 

политолог и правозащитник с Мадагаскара

Непал 

Одна из самых мощных «революций поколения Z» произошла осенью 2025-го в Непале. Все началось с демонстраций против блокировки соцсетей (Facebook*, WhatsApp*, YouTube и других) и быстро переросло в борьбу зумеров за отставку правительства, которое они считали коррумпированным. Протестующие поджигали машины и административные здания, а полиция для разгона толпы применяла водометы, дубинки и резиновые пули. В ходе столкновений погибли как минимум 72 человека, еще 2,1 тыс. получили ранения. Премьер-министр К. П. Шарма Оли ушел в отставку. 

В начале марта историческую победу на парламентских выборах в Непале одержала партия 35-летнего рэпера и бывшего мэра Катманду Балендры Шаха, популярного среди молодых избирателей. Он поддерживал протесты, критиковал прежнего премьера и пообещал искоренить коррупцию. Но это не гарантирует серьезных долговечных политических изменений, говорят эксперты, опрошенные The New York Times. Шах до сих пор не выдвинул четкого плана по восстановлению экономики Непала, перераспределению ресурсов и обеспечению открытости правительства.  

Он дает не так уж много интервью — в этом смысле он не вызывает особого доверия. Ему действительно нужно разработать очень четкий план действий относительно того, что он собирается делать для решения таких конкретных проблем, как кризис безработицы, который заставляет почти 2 тыс. непальцев каждый день покидать страну, чтобы работать за границей. 

Фейзи Исмаил
преподаватель глобальной политики в Университете Goldsmiths в Лондоне 

Марокко 

Протесты в сентябре 2025 года спровоцировал кризис здравоохранения: зумеры критиковали правительство за наращивание государственных расходов на подготовку к чемпионату мира по футболу – 2030 в ущерб критически важным сферам жизни общества. Демонстранты применили холодное оружие, камни и газовые баллоны. Полиция отреагировала запретом акций и силовым разгоном протестующих, в результате чего погибли три человека и десятки получили ранения. Под арестом оказалось около 1 тыс. марокканцев, уголовные дела возбудили в отношении 270 протестующих. 

France 24 со ссылкой на источники пишет, что активисты марокканского «поколения Z» подверглись преследованиям — участников протестного движения задерживают и весной 2026 года. Представители центральной силы GenZ 212 насчитали в общей сложности более 5 тыс. арестов. Правозащитники говорят, что протестное движение «находится в состоянии клинической смерти». Молодые жители Марокко тем временем все еще ожидают, что правительство выполнит обещания, данные после трех недель протестов: увеличение социальных расходов, открытие новых медицинских центров и ремонт 90 больниц.  

Кения 

Летом 2025 года в Кении возобновились протесты 2024-го против ужесточения налоговой политики. У активистов появились новые «боли» — рост стоимости жизни, коррупция, безработица среди молодежи. Местные власти провозгласили акции «терроризмом под видом инакомыслия», полиция жестко подавила выступления. По всей стране погибли по меньшей мере 100 человек, десятки пропали без вести. Против сотен задержанных выдвинули обвинения по статьям о терроризме, поджогах и отмывании денег. 

Теперь в преддверии президентских выборов 2027 года активисты «поколения Z» проводят кампанию по мобилизации молодых избирателей. В соцсетях она получила название #NikoKadi, что в переводе означает «зарегистрироваться для голосования». Кенийцы снимают обзоры на карточки избирателей и призывают участвовать в политической жизни страны. На всеобщих выборах 2022-го явка составила 65%, пятью годами ранее этот показатель держался на уровне 78%.  

Мы хотим улучшить систему. Мы хотим отстранить всех членов правительства от должностей. И политическая апатия — одно из главных препятствий. 

Адемба Алланс
активист из Кении

Перу

В сентябре 2025 года молодые перуанцы вышли на улицы в знак протеста против деятельности непопулярного президента (рейтинг Дины Болуарте на тот момент составлял менее 5%) и Конгресса республики на фоне роста преступности. Болуарте объявили импичмент, но протесты продолжились — уже против нового временного президента Хосе Хери. В феврале 2026-го и его отправили в отставку: в отношении Хери на тот момент велось расследование о коррупции и злоупотреблении властью. Новым временным лидером стал Хосе Балькасар — уже восьмой президент Перу за последние 10 лет. Сейчас страна проходит через очередные выборы (сообщается о задержках с подсчетом голосов и фальсификациях), второй тур намечен на начало июня.

Бангладеш 

Первым крупным «протестом поколения Z» стала революция в Бангладеш в 2024 году, поводом для которой стала правительственная система квот на рабочие места. Демонстрации переросли в общенациональное восстание: в августе 2024-го премьер-министр страны Шейх Хасина подала в отставку и бежала в Индию. К власти в Бангладеш пришло временное правительство во главе с нобелевским лауреатом Мухаммадом Юнусом. 

Первые выборы после революции зумеров прошли в феврале 2026-го. Это голосование называли самым конкурентным более чем за 10 лет: за 300 мест в парламенте боролись более 50 партий и почти 2 тыс. кандидатов. Победу одержала Националистическая партия Бангладеш (BNP). 

Результаты выборов в феврале 2026 года свидетельствуют о том, что, хотя протесты изменили политическую повестку дня, авторитетные политические деятели сохранили преимущества на электоральной арене. Высокие показатели такой авторитетной партии, как BNP, говорят о доверии избирателей к деятелям, обладающим организационным опытом и управленческими способностями. 

Имран Ахмед
научный сотрудник Национального университета Сингапура

А вот в Индонезии и на Филиппинах, где молодые люди выступали против льгот для законодателей, роста цен и безработицы, протесты фактически ничего не изменили: правящие элиты остаются у власти в условиях прогрессирующего социального неравенства, отмечает The New York Times.  

Фото обложки: Zuma / TASS

*Компания Meta признана в России экстремистской. Facebook и WhatsApp — продукты этой компании.