Операция Йемена против хуситов: что известно

Международно признанное правительство Йемена объявило о начале масштабной военной операции, направленной на возвращение всех территорий страны, контролируемых хуситами («Ансар Аллах»). Глава йеменского Совета президентского руководства Рашад аль-Алими подчеркнул, что это решение принято вслед за «продолжающейся мобилизацией, эскалацией и нападениями» со стороны движения, а также угрозами в отношении гражданских лиц и международных морских путей. 

Я объявляю о начале военной операции, чтобы вернуть контроль над нашими территориями и распространить власть государства и его институтов на всю страну.

Рашад аль-Алими

Местные власти заявили, что будут продолжать наступление «до тех пор, пока страна не будет освобождена от боевиков-террористов», и призвали хуситов сложить оружие. Представитель возглавляемой Саудовской Аравией арабской коалиции в Йемене Турки аль-Малики сообщил, что страна продолжит оказывать «полную оперативную поддержку» союзнику — до тех пор, пока хуситы «не будут ликвидированы». По данным The New York Times, саудиты уже направили в Йемен военных советников для координации наземного наступления правительственных вооруженных сил. 

В конце сентября парламент Йемена одобрил всеобщую мобилизацию для борьбы с хуситами. Al Jazeera писала, что уже 3 октября войска страны при поддержке Саудовской Аравии нанесли удары по столице Сане (находится под контролем хуситов) и усилили атаки по позициям движения в провинции Таиз. Рашад аль-Алими поблагодарил Эр-Рияд за помощь, призвал союзников в регионе и международных партнеров поддержать операцию, а жителей подконтрольных движению районов — сотрудничать с правительственными войсками. Представитель «Ансар Аллах» Мохаммед аль-Бухаити, в свою очередь, заявил: на каждую атаку саудитов на позиции хуситов они будут отвечать ударом по нефтяным объектам королевства.

Йемен, Саудовская Аравия и хуситы: история конфликта

Конфликт в Йемене начался в сентябре 2014 года, когда поддерживаемые Ираном хуситы захватили столицу страны Сану, свергнув президента Абдраббу Мансура Хади. В 2015-м Саудовская Аравия сформировала коалицию арабских государств, выступивших в защиту режима Хади. В нее вошли еще девять стран, в том числе ОАЭ, Катар и Бахрейн. Альянс начал военную кампанию против «Ансар Аллах», но не смог одержать победу над повстанцами, которые де-факто создали собственное государство на севере Йемена. 

По данным Организации Объединенных Наций, к концу 2021 года конфликт унес жизни 377 тыс. человек. Более 150 тыс. из них — жертвы вооруженных действий, остальные погибли от голода и болезней, вызванных гуманитарным кризисом. Перемирие, заключенное при посредничестве ООН в 2022-м, установило хрупкий мир, но в этом году конфликт разгорелся с новой силой. 

В июле хуситы обвинили Саудовскую Аравию в бомбардировке аэропорта Саны, назвали произошедшее «вопиющей агрессией» и заявили, что период деэскалации завершен. В ответ они нанесли удар по аэропорту Абха на территории королевства и объявили о морской блокаде саудовских судов в Красном море. А в сентябре силы «Ансар Аллах» начали наступление на западном побережье Йемена. В частности, взяли под контроль ряд пунктов непосредственно у Баб-эль-Мандебского пролива, а также крупный порт Моха и острова Ханиш. 

4 октября хуситы приблизились к Таизу — третьему по величине городу Йемена с населением в несколько сотен тысяч человек. Там также находятся тысячи правительственных войск, отмечает CNN. Более того, город находится на стратегическом пересечении между удерживаемым хуситами севером, контролируемым правительством югом и побережьем Красного моря, что делает Таиз главной целью для обеих сторон конфликта. Источники The Guardian сообщают, что «Ансар Аллах» постепенно окружает город, боевые действия в этом районе продолжаются. 

Мы по-прежнему боимся, что хуситы могут войти в город. Я впервые вижу, чтобы дети и мои соседи все еще не спали в 3 часа ночи из-за бомбардировок.

Ала
житель Таиза

По данным AFP, за последние сутки в результате боевых действий в окрестностях Таиза погибло порядка 70 человек. Представители «Ансар Аллах» утверждают, что Саудовская Аравия за уже нанесла более 100 ракетных ударов по Сане и другим районам. Информацию о жертвах и ущербе они не раскрывают. В ответ хуситы атаковали баллистическими ракетами и беспилотниками объекты саудовской нефтяной компании Aramco в Эр-Рияде и Хурайсе. 

Что этот конфликт значит для региона

Власти Йемена подчеркивают, что военная операция будет продолжаться «до тех пор, пока страна не будет освобождена». Представитель хуситов Яхья Сари, в свою очередь, заявил: группировка «не прекратит проведение дальнейших операций против саудовского врага». Все это положило конец надеждам на скорое перемирие и еще глубже повергло Ближний Восток в войну, пишет The New York Times. К тому же операция угрожает открыть новый фронт в американо-израильской войне с Ираном: по данным издания, как минимум 200 американских разведчиков и военных аналитиков оказывают поддержку Саудовской Аравии в командных центрах на территории королевства — помогают анализировать и выбирать цели. 

Пока сложно предположить, чем новая саудовско-йеменская кампания будет отличаться от предыдущей, говорят эксперты. За последние несколько лет хуситы существенно укрепили свой военный потенциал, а за последние недели — добились значительных успехов на поле боя. Аналитики, опрошенные The New York Times, констатируют: «Ансар Аллах» «может нанести некоторый ущерб Саудовской Аравии». 

Тем вренемем возобновившееся противостояние уже вынудило десятки тысяч людей покинуть свои дома и угрожает дальнейшим усугублением гуманитарного кризиса. На прошлой неделе Всемирная продовольственная программа ООН опубликовала отчет, из которого следует: три из каждых четырех семей в пострадавших районах Йемена голодают из-за обострения боевых действий.

Фото обложки: YAHYA ARHAB / EPA / TASS

Как прошел первый тур выборов в Бразилии

Около 159 млн бразильцев 4 октября приняли участие в выборах президента страны. После подсчета почти всех бюллетеней правый кандидат Флавиу Болсонару получил около 56,1 млн голосов (47%), а левый президент страны Лула да Силва около 53,8 млн (45%). Остальные участники в сумме набрали примерно 8%.

Согласно Конституции страны, если ни один кандидат не набирает более 50% по итогам первого тура, через три недели проходит второй тур. В этот раз его назначили на 25 октября.

Перед голосованием опросы указывали на небольшой перевес да Силвы. Социологический центр Datafolha давал ему 45% против 42% у Флавиу Болсонару, Quaest — 46% против 45%, AtlasIntel — 47% против 44,1%. Рынки прогнозов, запрещенные в Бразилии, оценивали шансы Болсонару на победу примерно в 60%.

80-летний Лула да Силва является кандидатом от левой Рабочей партии и руководил страной в 2003-2010 годах. После этого он отбыл тюремный срок по делу о коррупции, но вернулся к власти в 2023 году на волне популярности и теперь хочет вновь занять пост главы государства.

Его соперником является сын лидера правой Либеральной партии Жаира Болсонару, который возглавлял Бразилию в 2019-2022 годах. По итогам прошлых президентских выборов да Силва обогнал Болсонару примерно на 2,1 млн голосов, но правый политик поражения не признал, и 8 января 2023 года его сторонники ворвались в здания президентского дворца, Конгресса и Верховного суда. Как станет известно позже, Болсонару готовил указ о чрезвычайном положении, чтобы отменить итоги голосования, но военные не поддержали его затею.

Попытка госпереворота рухнула, и 11 сентября 2025 года Верховный суд приговорил бывшего президента к 27 годам и 3 месяцам тюрьмы, запретив ему участвовать в выборах до 2030 года. В декабре 2025 года Болсонару-старший назвал преемником 45-летнего сына Флавиу Болсонару.

Как закончились выборы в бразильский Конгресс и кто занял посты губернаторов штатов

• Вместе с президентскими выборами прошло голосование в местный двухпалатный Конгресс. По предварительным данным, Либеральная партия получила большинство мест в Сенате и нижней палате.
• На уровне штатов правые взяли не менее 8 губернаторских постов в первом туре: 5 достались Либеральной партии, 3 правым «Республиканцам», в том числе в Сан-Паулу и Минас-Жерайсе.

Почему Болсонару обходит да Силву по итогам первого тура президентских выборов

Аналитики расходятся в оценке результатов первого тура голосования. Лула да Силва из-за преклонного возраста и экономических проблем изначально находился в более слабой позиции. Однако лидера страны «спас» конфликт с президентом США Дональдом Трампом. Глава Белого дома имеет хорошие отношения с Жаиром Болсонару и после вынесения Верховным судом приговора о его заключении ввел 50-процентные пошлины на бразильский импорт. В 2026 году Вашингтон усилил торговое давление.

Правительство Лулы да Силвы обвинило Белый дом во вмешательстве во внутренние дела страны, а семью Болсонару в сговоре с Вашингтоном. В частности, младший сын правого экс-президента просил Трампа ввести тарифы против правительства Лулы, чтобы повлиять на позицию суда в отношении отца. В итоге Рабочая партия вырвалась вперед в опросах на фоне роста националистических настроений.

Однако Флавиу Болсонару сумел мобилизовать и привести на избирательные участки протестный электорат. Для этого он, среди прочего, пообещал снизить преступность, признав действующие в стране банды террористическими организациями и снизить возраст уголовной ответственности до 16 лет.

Чего ожидать от второго тура президентских выборов в Бразилии

Опросы перед первым туром демонстрируют равные шансы кандидатов: AtlasIntel давал Луле 47,6% против 47,4%, Datafolha — 47% против 46%, MDA — 47,3% против 43,1%, а Quaest показывал преимущество Болсонару в 44% против 42%. Политологи говорят, что Болсонару «скорее всего победит во втором туре».

Многое будет зависеть от явки. Чтобы победить, Флавиу Болсонару должен получить голоса избирателей, которые голосовали за проигравших в первом туре правых кандидатов Рональду Каяду, Ренана Сантуса и Аугуста Кури. Да Силве, в свою очередь, необходимо заставить наиболее лояльный электорат вновь прийти на избирательные участки и не потерять поддержку колеблющихся избирателей.

Как бы там ни было, в случае победы Лула да Силва станет «хромой уткой», так как оппозиционный Конгресс будет блокировать его инциативы. Профессор Матиас Спектор считает, что при победе Болсонару Бразилия станет ближе к США и сократит сотрудничество с ЕС, а также Россией и Китаем в рамках БРИКС. Если же победит нынешний президент, Бразилия, как отмечает AP, сохранит дистанцию от Вашингтона и продолжит сближение с Китаем.

Фото обложки: Edmar Barros / AP / TASS; Zuma / TASS

Новая холодная война выглядит не так, как ее представляли

Бывший директор ИСКРАН, академик Сергей Рогов, описывая состояние отношений между ведущими мировыми державами, не раз упоминал термин «холодная война 2.0». По его словам, после распада СССР в 1991 году между Россией, США и Китаем продолжилась гонка вооружений, хотя противостояние и потеряло былую идеологическую и блоковую составляющую.

Рогов говорил, что логика эскалации может наблюдаться на протяжении десятилетий, и оказался прав: после его смерти в 2025 году рухнет договор СНВ-3, после чего США начнут развитие космических систем вооружения в рамках проекта ПРО «Золотой купол». Несмотря на все усилия советского и американского руководства времен «разрядки», Москва, Пекин и Вашингтон не сумели сохранить созданную предшественниками систему контроля над вооружениями. В итоге стороны оказались там же, где находились до Карибского кризиса 1962 года, то есть на пороге ядерной войны.

Более того, к противостоянию в области ядерных вооружений добавилась новая переменная: конкуренция в области искусственного интеллекта (ИИ). В лидеры гонки вырвались обладающие достаточной научной базой и способные вкладывать в развитие алгоритмов миллиарды экономические сверхдержавы — США и Китай. Россия, которая в логике ядерного сдерживания остается полноправной сверхдержавой, в области ИИ пока занимает второстепенные позиции.

На этом фоне в мировых СМИ, речах представителей крупнейших корпораций и политиков все чаще звучит привычный для XX века лексикон. Глава американского ИИ-стартапа Anthropic Дарио Амодеи еще летом 2026 года сравнил мощные модели искусственного интеллекта с ядерными боеголовками: и то, и другое, по его логике, требует международного аудита, так как их бесконтрольное развитие может привести к непредвиденной эскалации. В ответ китайская газета Global Times опубликовала колонку, в которой назвала призывы к сдерживанию лицемерной попыткой Вашингтона развязать «тихую холодную войну ИИ» и удержать технологическую гегемонию под видом заботы о безопасности. Затем бывший глава Microsoft Билл Гейтс написал, что грядущие годы станут одним из самых турбулентных периодов в истории человечества именно потому, что договориться о правилах будет труднее, чем во время советско-американского противостояния XX века. Президент России Владимир Путин, выступая на пленарном заседании Клуба «Валдай», также отметил, что технологии открывают новые возможности, но несут угрозу всеобщего уничтожения из-за риска утраты контроля над ними.

Что нового и старого в холодной войне ИИ

Как бы парадоксально это ни звучало, предотвратить горячую войну между США и СССР в XX веке помогло ядерное оружие: его применение американской армией в Японии, а затем советские испытания водородной бомбы продемонстрировали, что прямое столкновение между двумя сверхдержавами неминуемо станет концом для всего человечества.

В июле 2026-го американская компания-разработчик ИИ OpenAI устроила свою «Хиросиму в мире искусственного интеллекта». Во время тестов ее ИИ-агенты в тайне от разработчиков взломали базу данных платформы Hugging Face. Инцидент был локализован, но продемонстрировал политикам, на что способен искусственный интеллект.

Иными словами, сегодня каждая страна хотела бы иметь технологию, способную взломать секретные базы данных или полностью уничтожить цифровую инфраструктуру противника. Не стоит забывать и об экономической составляющей: чем мощнее модель, тем больше доходов принесет ее использование, и тем больше у нее найдется потенциальных покупателей.

В XX веке вслед за появлением ядерного оружия началось его неконтролируемое наращивание. США и СССР, построив тысячи боеголовок, продолжали увеличивать и модернизировать ядерные арсеналы, хотя уже были способны уничтожить весь мир несколько раз подряд. Остановиться было нельзя, так как промедление было бы воспринято оппонентом как слабость.

Сегодня в этой же фазе находятся Вашингтон и Пекин, которые наращивают мощности своих дата-центров и обучают все более совершенные модели. Вице-президент Джей Ди Вэнс в одном из выступлений сформулировал текущее положение дел не хуже политиков 1950-х: «Если мы возьмем паузу, разве Компартия Китая тоже возьмет паузу? И не окажемся ли мы порабощены ИИ, управляемым КНР?». Амодеи отмечал, что замедление развития искусственного интеллекта имеет смысл, если бы давало миру время справиться с последствиями технологии. Но если пауза позволит менее осторожным игрокам догнать лидеров, то сделает всех менее защищенными.

Притормозить бесконтрольную гонку вооружений смог только Карибский кризис. Оказавшись в шаге от начала ядерной войны, стороны сели за стол переговоров. Остановить противостояние полностью это не помогло, но сделало правила игры понятнее.

Не исключено, что гонка технологий между США и Китаем в итоге приведет к своему «Карибскому кризису». И только тогда, если сторонам удастся избежать катастрофы, диалог Вашингтона и Пекина по данному вопросу станет предметным. А пока нет ничего удивительного, что Дональд Трамп и Си Цзиньпин обошли тему соглашений в области искусственного интеллекта стороной на сентябрьских переговорах в Вашингтоне и продолжают говорить о необходимости вести гонку технологий всеми возможными средствами.

Как может выглядеть «сдерживание» в эпоху ИИ

Даже если стороны захотят договориться, создать рамки для развития ИИ будет не так просто. Ядерная боеголовка — это оружие, которое можно посчитать и оценить по мощности. ИИ тем временем не может навредить человечеству, если использовать его в мирных целях. К тому же не всегда сумма затрат на создание модели равноценна ее итоговой эффективности. Например, китайская компания DeepSeek стала конкурентом передовым американским стартапам при куда более меньших вложениях в свое детище.

Стоит отметить на полях, что спасти мир от ядерной войны помогло ограничение количества ядерных держав. Однако потенциальная попытка запретить третьим странам создавать свой искусственный интеллект или остановить его развитие представляется контрпродуктивной, так как приведет к созданию конкурирующих технологических блоков. Уже сегодня США и Китай предпринимают попытки их сформировать, что является опасной тенденцией.

Представители технологической отрасли пишут, что одним из способов предотвратить катастрофу станет создание независимых органов, которые будут иметь доступ к результатам лабораторных исследований ИИ-компаний, чтобы исключить возможность развития намеренно деструктивных технологий. Однако для этого нужно сначала написать международное законодательство в области искусственного интеллекта, которое примут и поддержат все страны. Едва ли это возможно сделать превентивно, но может именно искусственный интеллект и его растущая мощь пригодятся для разрешения этой дилеммы.