США и Иран обмениваются ударами третью ночь подряд

Американская армия 13 июля начала третью подряд волну ночных ударов по Ирану с целью «нанести серьезный урон иранским силам и снизить их способность атаковать гражданские суда в Ормузском проливе». Президент США Дональд Трамп незадолго до этого пообещал в интервью Fox News, что удары будут «очень жесткими», и объявил в Truth Social о возобновлении блокады иранских портов с 23:00 14 июля по Москве. Впервые она была введена еще в апреле и снята 18 июня после подписания меморандума о перемирии.

Американские военные по итогам ночи с 13 на 14 июля отчитались об атаках по югу Ирана, включая города Бушер, Чабахар, Джаск, Конарак, Абу-Муса и Бендер-Аббас. Иранские СМИ сообщили о взрывах в Бендер-Аббасе, на островах Киш и Кешм, а также в провинции Хузестан, где, по данным местных властей, пострадали несколько человек.

Иранская армия заявила, что атаковала ракетами «враждебное» судно США, а также нанесла удары дронами по американским объектам в Кувейте. Корпус стражей исламской революции (КСИР) отчитался об обстреле американских баз в Бахрейне и Иордании. Иран также сбил американский разведывательный дрон MQ-1 над проливом.

Минобороны ОАЭ заявило, что иранские крылатые ракеты поразили два эмиратских танкера, Mombasa и Al Bahiyah, шедших через южный, подконтрольный Оману, коридор Ормузского пролива. Погиб член экипажа, еще восемь человек получили ранения. КСИР ранее заявлял, что вывел из строя два «непослушных» танкера, проигнорировавших предупреждения иранских военных.

По данным аналитической компании Kpler, судоходство через Ормузский пролив с 10 по 12 июля упало примерно на 52%. Нефтяные котировки Brent в понедельник подскочили почти на 9,6% до отметки около $84 за баррель.

Почему Вашингтон и Тегеран возобновили боевые действия

Формально Трамп не объявлял Ирану новую войну. Как сообщило издание Politico, президент направил Конгрессу датированное 10 июля письмо, в котором признал, что боевые действия возобновились еще 7 июля, и получил тем самым дополнительные 60 дней на применение силы без одобрения законодательного органа. В письме Трамп написал, что вооруженные силы США «сохраняют готовность к дальнейшим действиям», чтобы Иран перестал быть угрозой для Вашингтона и его союзников.

Уведомлению предшествовал месяц неустойчивого перемирия. В середине июня США и Иран при посредничестве Пакистана и Омана подписали меморандум о взаимопонимании, который предусматривал 60-дневное прекращение огня, снятие введенной Вашингтоном в апреле блокады иранских портов, открытие Ираном Ормузского пролива. В этот временной промежуток стороны должны были договориться об окончательном урегулировании конфликта, включая будущее иранской ядерной программы.

Текст меморандума с самого начала оставлял неурегулированным вопрос о контроле движения судов по Ормузскому проливу. Иран истолковал формулировку о том, что страна «приложит все усилия» для безопасного прохода судов, как признание своего контроля над акваторией и начал взимать с судовладельцев плату за проводку кораблей вдоль своего побережья. США еще в мае попытались провести танкеры под собственным конвоем в рамках операции Project Freedom, но свернули ее менее чем за двое суток. После этого американские военные начали негласно направлять суда по южному маршруту вдоль побережья Омана.

7 июля Иран атаковал три судна, шедших этим маршрутом, включая танкер с катарским СПГ Al Rekayyat. США, Катар и Саудовская Аравия возложили ответственность на Тегеран, Вашингтон в ответ отозвал лицензию на экспорт иранской нефти и нанес удары по Исламской республике. 8 июля на саммите НАТО в Анкаре Трамп объявил об окончании перемирия, назвав иранское руководство «подонками». 11 июля, несмотря на попытку Омана предложить компромиссный маршрут с двумя отдельными коридорами, КСИР объявил пролив закрытым, что и запустило нынешнюю серию ночных ударов.

В Конгрессе к возобновлению боевых действий отнеслись без энтузиазма. Еще в июне обе палаты проголосовали за символические резолюции о прекращении войны без одобрения парламента: Сенат 50 голосами против 48, Палата представителей 215 против 208, при этом против позиции Трампа в обеих палатах выступили по четыре республиканца. Юридической силы эти резолюции не имеют, но показывают, что поддержка военной кампании в собственной партии президента ослабевает на фоне роста цен на топливо перед промежуточными выборами в Конгресс в ноябре 2026 года.

Зачем Трамп хочет контролировать Ормузский пролив

Дональд Трамп объявил 13 июля, что США становятся «стражем Ормузского пролива» и будут получать 20% от стоимости всего груза, проходящего через него. По подсчетам аналитиков, такой сбор способен более чем удвоить стоимость перевозки нефти, а для крупного танкера с двумя миллионами баррелей на борту сбор превысит $30 млн. Международная морская организация (ИМО) и агентство ООН по судоходству заявили, что не видят правовых оснований для введения обязательных сборов за проход через международный пролив.

Инициатива противоречит собственной позиции администрации: госсекретарь Марко Рубио и вице-президент Джей Ди Вэнс еще в июне настаивали, что ни одна страна не вправе брать плату за проход по международному водному пути. Глава МИД Аббас Арагчи в шутку заявил, что Трамп «абсолютно прав» относительно целесообразности введения сборов. По его словам, 20% — это «слишком много», и Тегеран «будет справедливее» и «всегда был и останется стражем пролива».

До войны через Ормузский пролив проходило около пятой части мировых поставок нефти и до 30% поставок сжиженного газа. Способность Ирана перекрывать пролив минами, ракетными обстрелами оставалась его главным рычагом давления на протяжении всей войны, несмотря на то, что к апрелю, по данным Пентагона, интенсивность иранских ракетных и дронных атак снизилась на 90%. Аналитики отмечают, что Ирану не требуется большой арсенал, чтобы удерживать пролив под контролем, так как судоходные компании могут приостановить рейсы даже в случае сообщениях о единичных ударах.

Серьезность намерений Вашингтона взять пролив под полный контроль пока остается предметом споров среди экспертов. Сам Трамп в интервью Fox News обесценил достигнутое ранее перемирие, назвав его «своего рода проверкой», которую Иран не прошел, и заявив, что меморандумы о взаимопонимании «мало что значат».

Часть аналитиков считает происходящее элементом переговорной тактики, которую Трамп уже применял ранее: жесткое давление с расчетом заставить Иран и посредников вернуться за стол переговоров на более выгодных для Вашингтона условиях. Издание Vox отмечает, что мир адаптировался к закрытию пролива после начала войны, и это могло придать Трампу уверенности в новом раунде давления. При этом сам он не демонстрирует стремления к полномасштабному возобновлению боевых действий.

Опрошенные The New York Times эксперты называют решение о собственных пошлинах Вашингтона шагом, который «лишает легитимности» прежние аргументы США против аналогичных требований Ирана.

Пока неясно, приведет ли нынешняя эскалация к устойчивому контролю США над проливом или снова закончится очередным раундом переговоров и временным перемирием, как это уже происходило в апреле и июне.

Фото обложки: Abedin Taherkenareh / EPA / TASS

Военный потенциал Европы в космосе: главные проблемы

На протяжении многих лет военные опирались на спутники для наблюдения, связи и определения точной геолокации. В последние годы появляются и новые технологии, например космические перехватчики (аппараты с противоракетными средствами) и  спутники-инспекторы, созданные для слежения за другими объектами на орбите. И пока Китай, США и Россия вкладывают миллиарды долларов в развитие своего военного потенциала в космосе, Европа отстает от гонки, пишет Bloomberg. Страны региона проводят фрагментированную политику, сталкиваются с ограниченными бюджетами и страдают от отсутствия важнейшей составляющей успеха — у Европы нет достаточного количества тяжелых ракет-носителей, чтобы каждый год совершать десятки полетов на орбиту. 

Китайская ракета-носитель Long March 5, а также российские «Протон-М» и «Ангара-А5» выводят на орбиту около 25 тыс. кг полезной нагрузки. Сверхтяжелая Falcon Heavy от SpaceX может транспортировать почти 64 тыс. кг. К слову, в 2025 году США с помощью компании Илона Маска осуществляли в среднем более 15 запусков в месяц. Для сравнения: ракета-носитель Ariane 6, разработанная Европейским космическим агентством (ESA) совместно с французской компанией Arianespace, способна доставлять на орбиту около 22 тыс. кг полезного груза и при этом ограничена примерно 10 запусками в год.

Ракеты Arianespace в основном стартуют с космодрома Куру, расположенного во Французской Гвиане. Эта удаленная локация — «далеко не оптимальное» решение в то время, когда Дональд Трамп стремительно расширяет влияние в Западном полушарии, говорят эксперты. При этом самый простой, дешевый и надежный способ вывести спутники на орбиту сегодня — ракеты Илона Маска. Но SpaceX не хватает мощностей и ресурсов для всех желающих. Компания отдает приоритет американским миссиям, а остальные клиенты остаются в очереди. 

Проблема еще и в том, что Европа в целом в значительной степени полагается на США в проведении военно-космических операций. Программа региона по контролю и слежению за космическим пространством (EU SST) остается по своей сути гражданской — она сосредоточена в первую очередь на мониторинге космического мусора и предотвращении столкновений. А вот в разведке и раннем предупреждении о ракетном нападении страны Европы по-прежнему зависят от США как союзника по НАТО.  

Европа может каталогизировать объекты на орбите, но пока не может автономно оперативно генерировать разведданные со скоростью, необходимой для современных конфликтов. Зависимость от союзников или коммерческих провайдеров, включая американскую Starlink (Система спутниковой связи, которой владеет SpaceX. — Прим. ред.), может быть рискованной, особенно если критически важные сторонние сервисы окажутся недоступными во время кризисов. Если Европа серьезно относится к тому, чтобы стать суверенной космической державой, она должна быть в состоянии самостоятельно удовлетворять свои потребности в спутниках. Это базовый принцип. 

Бледдин Боуэн
доцент кафедры астрополитики Даремского университета (Великобритания) 

Как Европа пытается догнать конкурентов в космосе

Одной из самых главных надежд Европы и шансом наверстать упущенное Bloomberg называет космодром Аннёйа (Andøya), который находится на севере Норвегии и эксплуатируется с 1962 года. Там проводят как гражданские, так и военные операции. В общей сложности оттуда стартовало более 1,2 тыс. ракет, но все полеты были суборбитальными. В 2023-м Норвегия открыла орбитальный космопорт — для запуска малых спутников на полярные и солнечно-синхронные орбиты. 

Запуск спутников на орбиту — это возможность, которая важна для Норвегии, для ЕС, для Европы. Речь идет о стратегической автономии, о суверенитете и о европейской независимости.

Кетиль Олсен
главный исполнительный директор аэрокосмической компании Andøya Space

В марте 2025 года на норвежском космодроме испытали первую ракету-носитель Spectrum немецкого стартапа Isar Aerospace. Но полет завершился примерно через 40 секунд после запуска: аппарат разбился о землю недалеко от стартовой площадки. Свою вторую тестовую миссию компания откладывала уже несколько раз. Ожидается, что полезная нагрузка Spectrum составит всего 1 тыс. кг.

Тем временем европейские страны — как индивидуально, так и коллективно — пытаются включиться в гонку. Польша приобрела систему спутниковой разведки у финской аэрокосмической ICEYE, а затем и вовсе выкупила долю в компании. Великобритания выделила €3,7 млрд на развитие космического потенциала. Германия до 2030 года намерена инвестировать €35 млрд в создание архитектуры космической безопасности. 

Спутниковые сети сегодня являются нашей ахиллесовой пятой. Конфликты будущего не будут ограничиваться Землей, они будут происходить на орбите. 

Борис Писториус
министр обороны Германии 

Есть и первые успешные проекты. Так, в мае 2026 года Великобритания опубликовала снимки с военного космического телескопа Noctis-1, предназначенного для слежения за объектами на околоземной орбите. Франция работает над системой «телохранителей»: национальная программа YODA предполагает вывод аппаратов в космос для защиты чувствительных спутников. А немецкая компания Rocket Factory Augsburg получила разрешение на запуск ракеты-носителя RFA One (ее цель — выводить малые спутники массой до 1,3 тыс. кг на низкие полярные и солнечно-синхронные орбиты) с космодрома SaxaVord в Шотландии. Если все пройдет успешно, это будет первый случай вывода спутников на орбиту с территории страны. 

Но эксперты отмечают: европейским странам необходимо не только продумывать национальные планы, которые часто дублируют друг друга, но и работать над совместными программами для устранения наиболее существенных недостатков. И даже в таком случае добиться полной автономности в космосе Европе удастся не ранее 2040 года. 

Как свой военный потенциал в космосе развивают Китай, США и Россия

Первый искусственный спутник Земли (советский «Спутник-1») был запущен в 1957 году. Сегодня на орбите насчитывается более 16 тыс. аппаратов. Около 600 из них, по оценкам экспертов, предназначены для военных нужд и обороны. Например, Россия, по данным зарубежных наблюдателей, проводит испытания спутников-инспекторов — они способны менять орбиту, вести наблюдение за космическими объектами и ремонтировать их при необходимости, а также преследовать чужие аппараты. Аналогичные тесты проводят Китай и США, спутники которых оснащены рентгеновским оборудованием (для проверки «содержимого» других космических аппаратов). 

По подсчетам Bloomberg, за последние годы Россия, Китай и США потратили в общей сложности $200 млрд на выстраивание оборонных и разведывательных возможностей в космосе. Они в том числе испытывают новые наработки. Так, в 2021 году Китай тестировал систему частично-орбитального бомбометания (FOBS). Она способна вывести ядерную боеголовку на орбиту, совершить неполный оборот вокруг Земли и поразить цель — при этом траектория полета не позволяет прогнозировать точку прицеливания. 

Фото обложки: Zuma / TASS