Совсем скоро, осенью 2027 года, исполнится 30 лет с момента изобретения Google — тогда просто еще одной гениальной студенческой поделки, от которой никто не ждал, что она переформатирует информационную сферу. Практически одновременно в России уже не студенты, а вполне взрослые профессионалы Аркадий Волож и Илья Сегалович запустили «Яндекс» — сразу как вполне рыночный продукт. Для России эти два поисковика во многом определили следующие десятилетия. И когда сегодня мы говорим «верните нам 2007-й, ну или хотя бы 2016-й» — это не в последнюю очередь означает «верните нам прежние «Гугл» и «Яндекс».
Потому что в результате многочисленных улучшений и усовершенствований ради блага пользователей (конечно, а для чего ж еще?) интернет-поиск, делавший когда-то Сеть связной и незаменимой для всех работающих с информацией, практически превратился в тыкву. Даже для тех, кто собирается что-то купить (а это и есть основная платежеспособная аудитория поисковиков), поиск стал неудобным, а реклама — слишком навязчивой. Что говорить о широком спектре людей, работающих с текстом и фактами, от медийщиков до историков и от учителей до рекламщиков.
В 1998 году, когда о новеньких «Гугле» и «Яндексе» восторженно говорили прошаренные в компьютерах люди, журналисту интернет-поисковик был нужен прежде всего для того, чтобы мониторить, что творится в «этих самых интернетах». Тогда при редакциях крупных газет состояли интернет-обозреватели, которые, собственно, и рассказывали городу и миру о блестящем сетевом будущем. А большинство газетчиков, как и сами редакции, имели максимум адрес email и — это уж для самых продвинутых — сайт-визитку.
Однако к середине 2000-х интернет не только стал для СМИ главным каналом распространения быстрых новостей, но еще и лишил работы так называемые отделы досье, которые существовали во всех уважающих себя редакциях. Это был, как правило, небольшой кабинет, заваленный (в строгом научном порядке!) справочниками и энциклопедиями, подшивками и вырезками. В нем царили спокойные, неторопливые и часто немолодые люди. Задачей которых было подбирать вспомогательную информацию и историю вопроса (модные журналисты уже научились тогда слову «бэкграунд»). Иногда эти, а иногда отдельные специалисты занимались также проверкой, она же фактчекинг. До легендарных обзвонов спикеров с вопросом «А вы точно говорили это нашему корреспонденту или он приврал?» в российских изданиях практически никогда не доходило. Но перепутанных в спешке Гегеля с Бебелем, а Дубнинскую улицу с Дубининской успешно вылавливали.
А потом этих людей вместе с их справочниками постепенно уволили — по возрасту и общей ненужности. И от платных подписок на ленты новостных агентств в большинстве изданий постепенно отказались. А зачем, если открытые ленты стали почти такими же оперативными; любую историческую справку «широкими мазками» могла дать Википедия? Если новость за любой год отлично искалась поиском по новостям, а любую запись блогера можно было найти поиском по блогам? И если фактические ошибки, опять же, в первом приближении — легко устранялись все тем же «гуглением»?
Смотри, на «корову» — 150 миллионов результатов, а на «карову» — 4 тысячи. Значит, пишем «корова», вопрос закрыт.
Первым «пал» — где-то в начале 2010-х — поиск по блогам: его в «Яндексе» просто закрыли как сервис, а в «Гугле» такого и вовсе не было. Потом чуть ли не каждый год становились строже и строже правила работы с персональными данными — и вот уже большие поисковики перестали выдавать адреса и телефоны (что позволяло в 2000-х тем, кто умел пользоваться поисковиками на продвинутом уровне, добывать многие контакты совершенно бесплатно — сейчас это известно как «пробив» и стало незаконным). Наконец, уже в последние годы рухнул такой столп, как поиск по новостям: сменив владельца, бывшие «Яндекс Новости» теперь чаще всего выдают не сами новости, а их пересказ в соцсетях, а новостной поисковик от «Гугла» для россиян сейчас и вовсе недоступен.
Обычными методами работы с поисковиками не найдешь и большинства архивных материалов: данные 2000-х и начала 2010-х погребены под тоннами более современного контента — и горе тому, кому нужно посмотреть именно прежние страницы. Что, скажем, писали об аномальных осадках в 2005 году? В «золотой век» поисковиков можно было отсортировать запрос «аномальные осадки» по дате, выбрать нужный год и даже месяц — и наслаждаться результатом. Сейчас так не выйдет. То есть формально сортировка по дате сохранена, но вот выбрать отдаленный год не получится. А листать все новости об аномальных осадках на 20 лет назад — это настоящий сюр. Особенно учитывая, что на какой-нибудь 25-й странице что-нибудь обязательно зависнет, сорвется, и начинай сначала.
Еще в копилку потерь — утрата функции «Сохраненная копия страницы». В Гугле этого больше нет, если нужная страница умерла, так уж умерла; в Яндексе эта нужнейшая строчка тоже иногда пропадает. Еще — законодательно оформленное с 2016 года «право на забвение»: ссылки могут быть устранены из поисковиков по запросу фигурантов.
За последнее десятилетие стало крайне сложно виртуально переместиться не только во времени, но и в пространстве.
Например, если хочется узнать, что о тех или иных вещах говорит интернет других стран, — это далеко не так просто, как 20 лет назад. В 2005 году было достаточно задать вопрос на нужном языке. В 2015-м — ввести вместо google.com национальный адрес вроде google.de или google.co.uk. Сейчас эти методы уже не помогают: поисковик по IP-адресу и cookies понимает, откуда пользователь — и делает все для его удобства, то есть исправно поставляет только «родную» информацию.
То есть если у вас автомобиль, официально не представленный на российском рынке, то найти отзывы о нем зарубежных (многочисленных) пользователей будет намного сложнее, чем немногочисленные российские. Та же ситуация, кстати, и с лекарствами: если оно в России назначается редко, то пациент помучается, даже если во Франции оно есть в каждой аптеке, а языкового барьера нет.
Кажется, в 2026 году классические поисковики окончательно добьет ИИ: прежде чем выдать нормальные (хоть и деградировавшие за 20 лет) результаты поиска, сами поисковые гранды предлагают теперь юзеру ИИ-выжимку. Иногда очаровательно нелепую, когда, например, стихи Иосифа Бродского приписывают барду Александру Городницкому — и с полной уверенностью! Возможно, уже в ближайшем будущем те, кто пользуется поиском как конечные пользователи — для себя, а не для работы, — перейдут на ИИ-саммари. Собственно, уже переходят.
А профессионалы открывают для себя новый — а для кого-то и давно забытый — мир закрытых баз контактов, новостных лент, специальных поисковиков. Информация осталась, конечно, вполне доступной — только не всем, и не бесплатно, и надо знать способы. Главная проблема для медийщиков, впрочем, другая: кому понадобится «профессионально» добытая информация, если массовый потребитель уже приучен эпохой больших поисковиков к ее общедоступности? И даже аналитические записки — вот уж профессиональный, по определению, продукт — во многих областях предпочитают генерировать «подешевле».
Фото обложки: Виктория Вотоновская / ТАСС