Ольга Дадыкина

Экстатик дэнс

Что это: трезвая танцевальная вечеринка под DJ-сеты.

Эта танцевальная практика позволяет лучше почувствовать контакт со своим телом, где один из главных принципов — полная свобода в проявлении себя через движение. При этом человек выражает заблокированные эмоции, в чем ему помогает определенная музыкальная структура.

В экстатике нет инструкций, как двигаться под музыку, но есть необходимые условия для участия. На протяжении всего процесса нельзя разговаривать: здесь язык — это тело, с помощью которого можно контактировать с другими людьми. При этом необходимо уважать как свои, так и чужие границы. Чтобы окунуться в самоисследование и почувствовать себя «здесь и сейчас», в процессе нельзя пользоваться телефоном. На экстатике также запрещены какие-либо стимуляторы, меняющие сознание. И многие приходят на практику именно за раскрепощением и ощущением легкости без алкоголя.

Для меня экстатик — это возможность прожить маленькую жизнь, состоящую из осознания себя в пространстве, случайных и закономерных встреч с другими людьми, проживания в контакте с ними разных чувств, а в заключение — тишина единства с собой. Все это есть маленькая модель жизни, ведомая вибрациями музыки. Экстатик — это река эмоциональных волн, в которую нельзя войти дважды.

Павел Горбачев
занимается экстатик дэнс 2,5 года

Кому подойдет: тем, кто любит или хочет начать исследовать себя в движении.

Сколько стоит: от 1500 рублей за входной билет.

Где заняться:

• Ecstatic Dance Moscow — аутентичный, классический экстатик дэнс.
• Ecstatic Wild Dance — экспрессивный вид экстатика.

Слэклайн

Что это: хождение по специальной ленте, натянутой между двумя опорами. 

Внешне слэклайн похож на канатоходство, но различий очень много, главное из них — в «снаряде». В слэклайне используется текстильная стропа шириной 2,5 см вместо стального троса, она гораздо дешевле, легче и проще в натяжке. Кроме того, слэклайнер не использует никаких балансиров (шест, веер и т.д.).

Шагание по слабо натянутой ленте не только помогает развить координацию и чувство баланса, но также прокачивает мышцы ног, рук и пресс. А уж исполнение трюков и вовсе задействует все мышцы тела. Тренироваться можно самостоятельно, но придется купить оборудование. А вот проблем с тем, где разместиться, и вовсе нет — натянуть стропу можно даже между деревьями в парке или на даче. 

Кроме обычного слэклайна, выделяют более экстремальные триклайн и хайлайн. По последнему даже установлен рекорд Гиннесса, а в Швейцарии слэклайн официально зарегистрировали как вид спорта.

Для меня это способ поддерживать тело в форме, при этом не лишая себя общения: укрепить мышечный каркас, и в особенности мышцы, отвечающие за стабилизацию тела. Это довольно сложно, новичкам обычно хватает 30 минут – часа, чтобы устать.

Олег Окин
слэклайнер с 6-летним стажем

Кому подойдет: тем, кто хочет развить баланс и держать тело в тонусе.

Сколько стоит: занятие — 400–2000 рублей, самостоятельно — от 3000 рублей за комплект оборудования.

Где заняться: 

• Slacktribe — бесплатные занятия в парках Москвы почти в любое время года.
• GPStudio — лофты для групповых и индивидуальных занятий слэклайном.
• LimeStone — скалодром с тренировками по слэклайну.

Плоггинг

Что это: легкая пробежка, во время которой человек поднимает мусор.

Плоггинг позволяет объединить приятное с полезным — это не только тренировки для поддержания физической формы, но и борьба за экологию. Во время бега дополнительную нагрузку получают спина, ягодицы, подколенные сухожилия, икры — благодаря регулярным наклонам. А с помощью «утяжелителя» в виде мешка с мусором качаются и мышцы рук.

Плоггингом можно заниматься как в одиночку, так и в сообществе — энтузиасты проводят забеги в парках и лесных зонах, откуда выносят тонны отходов. На таких марафонах можно познакомиться с большим количеством неравнодушных людей, которые заботятся не только о своем здоровье, но и делают планету чище.

При этом, чтобы стать плоггером, не обязательно бегать. Можно также собирать мусор, катаясь на лыжах, велосипеде, сапе, сноуборде и даже просто гуляя по улице.

В первую очередь мне хочется компенсировать то, что я беру у природы и радостно пользуюсь ее ресурсами. Я занимаюсь бегом сама, а значит, забочусь о своем здоровье и внешнем виде. Плоггинг — это мое проявление заботы и благодарность природе. К тому же комьюнити дает новые знакомства и прекрасных людей рядом, это очень греет в разные времена.

Юлия Гиняева
занимается плоггингом 3 года

Кому подойдет: тем, кто хочет объединять спортивные тренировки, общение и заботу об окружающей среде.

Сколько стоит: бесплатно.

Где заняться:

• Plogging_russia — комьюнити плоггеров Москвы.
• «Культурный плоггинг» — совместный проект по плоггингу с музеями и усадьбами столицы.

Комнаты ярости

Что это: способ снять напряжение и избавиться от стресса без порчи своего имущества.

Нам с детства запрещали ломать и портить вещи — это правильно, но когда нервы на пределе и хочется все ломать и крушить, лучше это сделать. Для этого придумали комнаты ярости, где под динамичную музыку можно снять стресс и выплеснуть негатив без вреда для окружающих. 

В специальных комнатах под горячую руку могут попасть офисная техника, мебель, посуда — все, что можно разбить и разнести в щепки. Некоторые компании предлагают манекен для выплеска негативных эмоций. Для борьбы со стрессом своими руками предоставляют целый арсенал орудий: кувалды, бейсбольные биты и строительные инструменты. Выразить гнев обязательно безопасно и для себя: в защитном костюме, каске, очках и перчатках.

При этом интересно, что большинство клиентов деструктивного аттракциона — девушки. Они приносят с собой фотографии, вешают их на мебель и разбивают ее кувалдами.

Мне нравится, что в комнате ярости можно себя вести как хочешь и никто тебя не видит в таком состоянии. Дома постоянно сижу с детьми, и их вечные крики держат в напряжении и раздражении — от этого хочется взять тарелку и бахнуть об стену хоть разок. А в таких комнатах это желание можно воплотить в реальность.

Алина Миллер
частая посетительница антистресс-комнат

Кому подойдет: тем, кому нужно отдохнуть и выпустить пар без вреда для здоровья.

Сколько стоит: 700 рублей за дестрой-сеанс посуды, от 3500 рублей за комнату-антистресс.

Где заняться: 

• MyDestroy — покрушить комнату под драйвовую музыку.
• «Бей посуду» на ВДНХ — побить тарелки и бутылки со своими надписями.

Командные VR-игры

Что это: игры в шлемах виртуальной реальности в VR-клубах.

С появлением VR-шлемов можно стать главным героем шутера, симулятора, гонки, приключения или другой игры. Реалистичная графика, звук, 360-градусный видеоконтент и специальные контроллеры позволяют полностью погрузиться в процесс. Кроме того, можно отправиться в виртуальное путешествие — от известных мировых достопримечательностей до равнин Марса и Луны.

Для того чтобы бороться с инопланетянами, захватившими Землю, было веселее, а выживать после зомби-апокалипсиса не приходилось в одиночестве, участники VR-игр объединяются в специальных клубах, которые предоставляют пространство для совместных виртуальных путешествий.

Мы с друзьями оказались в виртуальной реальности все вместе! Мы видели и слышали друг друга, могли ходить и общаться, прямо как в компьютерной игре! Куча эмоций, смеха и страха.

Мария
участница командных VR-игр

Кому подойдет: тем, кто хочет испытать яркие эмоции и получить заряд адреналина в виртуальном пространстве.

Сколько стоит: от 500 рублей за участника.

Где заняться:

• Anvio VR — парк цифровых развлечений в 1000 кв. метров, в том числе с играми собственной разработки.
• «Нереальное место» — VR-клуб с залами в стиле гранж и киберпанк, с администратором на каждых двух гостей.

Геокэшинг 

Что это: игра, где одни участники прячут на местности тайники и размещают информацию о них на специальном сайте, а другие ищут их по координатам.

Как правило, тайник — это контейнер с блокнотом, в котором нашедший его игрок должен записаться. Там же могут лежать призы — обычно что-то недорогое: игрушки, сувениры, вещица, сделанная своими руками, и т.п. При этом существует обязательное правило: взяв содержимое контейнера, необходимо взамен положить что-то равноценное. В некоторых случаях нашедшему нужно правильно ответить на вопрос автора, чтобы подтвердить, что он побывал на месте. 

География тайников — весь мир. Клад может прятаться в городах, в лесу, в горах и даже под водой. Есть такие, которые найти совсем не сложно, а есть те, до которых добраться — целая экспедиция. Для участия в игре нужен только навигатор, поэтому кроме наличия смартфона, расходов на перемещения и сувениров — затрат больше в ней нет.

Мне нравится игра тем, что иногда она заводит в уникальные места! Например, к забытому памятнику посреди леса или в заброшенную деревню, где сохранилась лишь одна церковь. А сколько красивых природных мест я посетила благодаря геокэшингу! Еще у меня появились друзья и знакомые в разных городах нашей огромной страны.

Анжелика
играет в геокэшинг 12 лет

Кому подойдет: тем, кто хочет увидеть новые интересные места страны, одновременно играя. 

Сколько стоит: бесплатно.

Где заняться:

• Геокэшинг — российский сайт геокэшинга с международным охватом.
• Geocaching.com — международный сайт, в том числе с тайниками в России.

Этно-джемы 

Что это: фольклорные встречи, где можно петь песни, танцевать и играть на традиционных музыкальных инструментах. 

Как рассказывают фольклористы, русская народная культура, которую мы привыкли видеть со сцены, отличается от настоящей — той, которая была в деревнях и которую записывали этнографы. Люди, изучающие родные традиции, дают возможность горожанам познакомиться с обычаями на особенных встречах — этно-джемах и «вечорках». На них можно не просто послушать концерт народных песен под аккомпанемент балалайки или гармошки, но и самим поучаствовать в действе или поучиться. Еще москвичам нравится танцевать, кто-то даже водит хороводы в парках почти в любое время года, а некоторые и зимой играют в подвижные игры на коньках.

Совместное пение, пляски и подвижные игры не только сближают незнакомых ранее людей, но и помогают телесно расслабиться, раскрепоститься, энергетически наполниться, переключиться и успокоить ум.

Для меня это еще одна возможность открыто творчески проявляться. Настолько мне нравится, что люди собираются, поют, можно выступить самой. И хоть я не профессиональный музыкант или танцор, но я сознательно выделяю время и деньги на то, чтобы прокачивать свои скиллы и просто собираться с единомышленниками.

Анастасия Левашова
частная посетительница этнических концертов

Кому подойдет: тем, кому интересны традиционная культура, пение и игра на самобытных инструментах. 

Сколько стоит: встречи чаще бесплатно, занятия — 0–1200 рублей.

Где заняться: 

• «Игрецы» — встречи с подвижными играми, плясками и песнями.
• «FоlkПятачок» — «вечорки» с танцами и песнями под гармошку, балалайку и гусли, зимой с играми на коньках.
• Школа этнического пения.

Гвоздестояние 

Что это: оздоровительная практика, которая подразумевает стояние на дощечках с гвоздями — «досках садху». 

Как бы странно это ни звучало, но суть практики — в расслаблении. Проткнуть ноги на специальной доске невозможно благодаря толщине и частоте размещения гвоздей. Как только мозгу удается справиться с локальным стрессом, неприятные ощущения в стопах исчезают и все тело расслабляется. При этом ресурсы организма мобилизуются, и организм учится противостоять более серьезным угрозам. 

Стоя на гвоздях, человек переживает гамму эмоций, в том числе негативных, благодаря чему он от них освобождается. Расслабление тела способствует проработке зажимов, а концентрация и наблюдение за своими реакциями создают медитативный эффект.

Для многих постановка на гвозди — это крик, боль и страдание, но эти яркие эмоциональные проявления — лишь первый шаг к практике. Более того, для меня практика еще не начинается, пока люди испытывают эту невыносимость.

Паак Дживан
мастер практики гвоздестояния

Кому подойдет: тем, кто хочет работать с эмоциями и снять стресс.

Сколько стоит: от 1800 рублей за занятие в группе.

Где заняться: 

• SadhuRaWays — школа гвоздетерапии с комплексным подходом на пяти уровнях.
• Школа гвоздестояния СадхуМастер — курсы гвоздестояния по авторской методике.
• Samouznavanie — совокупность древних восточных техник с практичностью западного подхода.

Чайные церемонии 

Что это: ритуал заваривания чая и последующего чаепития.

Чаепитие неспроста называется церемонией. Это практика знакомства не только с напитком, но прежде всего с собой, своими вкусами и чувствительностью. Здесь мало разговоров — лишь инструкции и упражнения от мастера, чтобы лучше войти в медитативное состояние. Такое чаепитие не терпит спешки и может длиться часами.

Это так называемый строгий формат чайных церемоний, но есть и вариант открытых, компанейских встреч. Они подразумевают активное общение за завариванием и дегустацией чая. Чаще всего беседы строятся вокруг знакомства с напитком: его географии и истории, чайной культуры стран, которые его культивируют (Китай, Япония, Индия, Непал и т.д.).

На чайных церемониях используются разные форматы заваривания чая от уже популярного метода пролива (церемониальное заваривание) до менее известного крестьянского метода настаивания, или запекания чая на живом огне. 

Неспешный ритуал с потрясающим напитком помогает вернуться к себе. Если пуэр достаточно хорош, то уже после второй пиалы начинаешь чувствовать тонкую гармонию нахождения наедине с собой, даже если вокруг много людей. И это так просто, но позволяет получить такой же терапевтический эффект, как и от медитаций. Кроме того, можно завязать неспешную душевную беседу.

Ольга Самохвалова
любительница чайных церемоний

Кому подойдет: тем, кто хочет познакомиться с культурой чаепития, ищет тихих и глубоких состояний или, наоборот, общения с людьми.

Сколько стоит: 700–2500 рублей.

Где заняться: 

• «Чайных дел мастерская» — чайная с китайскими способами заваривания чая.
• «Дом белого журавля» — чайный клуб, где проводят китайскую, японскую и русскую церемонии чаепития разной степени погружения.
• Alferovtea — чайная с форматом светских встреч и медитативных церемоний.

Роспись грязных машин

Что это: рисование на кузовах немытых грузовиков и других машин.

Наверняка многие видели рисунки на грязных окнах или капотах автомобилей. Да и сами, скорее всего, нет-нет да и рисовали милые картинки на пыльном борту соседской машины или писали «Помой меня!»

Такое невинное увлечение иногда может перерасти в настоящее искусство. Так, в столице своими необычными художественными произведениями прославился художник Никита Голубев. 

За «холстами» ходить далеко не нужно — чаще всего он их находит в своем же районе. Никита изображает на машинах шуточные зарисовки, фрагменты из фильмов, мультяшных персонажей, животных, цитаты. При этом грязь имеет значение — если ее слишком много, то она может отвалиться и испортить рисунок, а если ее, наоборот, мало, то выходит неконтрастно. Грязь — капризный материал: переделать, исправить или перерисовать на ней ничего невозможно. На одну работу у художника уходит в среднем минут сорок. 

Такую живопись называют dirty art, или обратное граффити. Основоположником рисования по грязи на автомобилях считается графический дизайнер американец Скотт Уэйд. Сейчас художник уже не просто развлекается, но и зарабатывает на своем искусстве. Он покрывает автомобиль заказчика специальным гелем, к которому лучше всего пристает грязь, и создает на нем свои картины. 

Возможно, немытые машины на московских улицах совсем скоро прославят на весь мир еще какого-нибудь юного любителя порисовать на капоте.

Бесценный вклад или неоценимая помощь   

По последней опубликованной Минэкономразвития информации, в 2020 году в стране числилось более 7,1 млн волонтеров. А в конце 2021 года Сергей Кириенко рассказал, что число участников благотворительных программ выросло за 7 лет в 5 раз и составляет 15% населения страны.

Чаще всего россияне помогают пожилым людям, детям, инвалидам, животным и участвуют в благоустройстве территорий, сборе мусора. Кроме того, добровольцы активно оказывают медицинскую и юридическую помощь, а также принимают участие в спортивных и культурных мероприятиях.

Очевидно, что добровольчество помогает государству закрывать многие социальные вопросы, поэтому его вклад значителен и с точки зрения экономики. А в чем выгода для самого волонтера?

Екатерина Борзунова — волонтер со стажем, принимавшая участие в 2017 году более чем в 50 различных мероприятиях, — рассказала, что организаторы часто путают волонтеров с бесплатным временным персоналом. Они могут привлечь добровольцев к работе в гардеробе, в погрузке, раздаче листовок, навигации для болельщиков на стадионе или в качестве массовки. К рабочему труду, а не к волонтерской деятельности, по мнению Екатерины, также относится работа с деньгами, организация питания, доставка, обзвон и моделинг:

Если ни того, ни другого событие не дает, участие может быть интересно человеку в двух случаях: чтобы посмотреть «изнанку» мероприятия или чтобы в следующий раз его пригласили уже как оплачиваемый персонал.

Игра в те и другие ворота

Как рассказал руководитель добровольческого движения «Даниловцы» Юрий Белановский, случаи, когда организаторы мероприятий (в том числе благотворительных) хотят сэкономить на персонале, довольно распространены.

От того, есть ли выгода для организаторов, зависит разница между честным привлечением волонтеров и желанием воспользоваться бесплатной рабочей силой. Во-втором случае ключевой момент — оговорены ли такие условия на берегу. Если принцип добровольности соблюдается, несмотря на отсутствие какой-либо пользы для волонтера, то вопросов к организаторам нет. Здесь главное, что в своих ценностях человек созвучен с целью мероприятия и может в этом реализовать себя:

Екатерина Борзунова придерживается мнения, что обмен в таких случаях будет равноценным, только если организатор предоставит волонтерам какие-либо привилегии (скажем, проходку на матч, если речь о спортивном событии). Но по ее опыту, нередко организаторы рассчитывают на полноценную работу и отдачу (весь день управлять потоками болельщиков, сопровождать спортсменов, помогать в организационных моментах), ничего не предлагая взамен.

В противовес такой практике можно привести примеры крупнейших спортивных мероприятий в стране, когда волонтерское движение переживало наибольший подъем: Олимпийские игры в Сочи 2014 года и чемпионат мира по футболу 2018 года.

Тогда многие хотели побывать в гуще событий, стать частью большой команды, получить профессиональный опыт и возможность проявить себя, в конце концов. Волонтеры проходили многомесячную подготовку и полноценно участвовали в организации: выдавали аккредитации, проверяли билеты, развлекали гостей, работали переводчиками. По мнению Екатерины, в таком случае обмен между «вложениями» волонтера равнозначен пользе.  

По словам Белановского, при правильной организации затраты на волонтеров соизмеримы с оплатой соответствующего персонала. И очевидно, что организаторы не извлекают из этого прибыли: «На спортивных мероприятиях такого масштаба волонтеры привлекаются не для того, чтобы сэкономить. В таких случаях волонтерство — единственный способ показать гостеприимство. Искренних чувств людей, которые мечтают побывать на этих мероприятиях и вживую увидеть любимых спортсменов, за деньги не купишь. Соответственно, такую выгоду и нужно предлагать человеку».

Например, если кто-то очень любит велоспорт, но по каким-то причинам не может участвовать в гонках, он может реализовать себя в качестве волонтера. Одних может интересовать уникальный мерч или получение новых навыков, других — знакомство и общение с интересными людьми, третьим просто хочется заглянуть на «внутреннюю кухню».

Взаимная выгода

«Любой труд должен вознаграждаться. Когда для организации форумов, лекций, мастер-классов нам нужно привлечь волонтеров, мы на самой первой встрече с ними открыто обсуждаем условия и всегда компенсируем это подарками — книгами или мерчем», — рассказали представители бесплатной образовательной онлайн-платформы «Мастера».

На мероприятиях «Мастеров» чаще всего волонтерят студенты, которые сами хотели бы побывать на событии: они могут проходить во все зоны площадок с лекциями и общаться со спикерами, работая 3–4 часа максимум.

Однако если мероприятие коммерческое, где участники делают взносы и организаторы на этом зарабатывают, использование труда волонтеров недопустимо, считает руководитель «Даниловцев» Юрий Белановский. При этом, как рассказала Екатерина Борзунова, есть коммерческие мероприятия, куда очень сложно попасть даже волонтерам — нужно пройти серьезный отбор.

Например, есть бизнес-конференции, на которые волонтер также попадает как полноценный участник: получает доступ ко всем видеозаписям, может слушать выступления, общаться со спикерами. Для организаторов тут дело не в экономии: таким образом они получают более мотивированных и вовлеченных людей, чем те, кто просто работает за деньги.

Приятное с полезным

Число так называемых арт-волонтеров, готовых бескорыстно помогать музеям, театрам и библиотекам, за 2021 год выросло более чем в 2,5 раза, достигнув 190 тыс. человек. И здесь также актуален вопрос, где заканчивается волонтерская помощь и начинается использование бесплатного рабочего труда.

Часто можно встретить объявления, в которых музеи, культурные центры, выставочные пространства, библиотеки приглашают добровольцев для поддержания порядка в фондах, общения с посетителями или в качестве смотрителей и экскурсоводов. Екатерина Борзунова считает, что такие функции можно считать волонтерскими, если помощь ограничивается двумя-тремя эпизодами или же если речь идет о временной выставке, на которую сложно пробиться. В противном случае это опять-таки превратится в неоплачиваемую стажировку.

«Волонтеры — ценный ресурс любого учреждения культуры, но их помощь все равно не заменит труд сотрудника. Например, в библиотечном фонде добровольцы выступают лишь помощниками, но не выполняют обязанности библиотекаря. Волонтерам делегируют задачи, с которыми они могут справиться, не имея профильного образования. Сотрудники библиотек, культурных центров и музеев опираются на помощь добровольцев, делятся знаниями, обучают. Опыт волонтерской деятельности помогает в профессиональном развитии и последующем трудоустройстве в учреждениях культуры», — пояснили в «Мосволонтере».

Юрий Белановский подчеркнул, что помощь волонтеров в культурных мероприятиях и учреждениях также целесообразна только в случае, если организаторы не имеют личной выгоды: «Например, если мы обращаемся к какой-то социальной категории, которая не может платить за билеты или нуждается в расширенной экскурсии (скажем, большая группа детей, которые приехали издалека), то все это безусловно уместно».

Международный фестиваль современного искусства ARTLIFE FEST, в свою очередь, считает важным поддерживать волонтеров культуры финансово, стремясь развивать кадровый потенциал этой сферы. Организаторы распределяют функции между волонтерами в зависимости от опыта работы, личностных и профессиональных качеств и, конечно, от желания самого волонтера. Помимо стандартных задач, добровольцы выполняют роли координаторов, организуя бесперебойную работу команды.

«Для нас самое главное — качество выполняемой работы. Понятно, что люди получают опыт и им эта работа нравится, но, конечно же, деньги — также стимул работать еще более качественно. Когда ты платишь, ты можешь и полноценно спросить. И в конце концов, я считаю, что любая работа должна оплачиваться. Конечно, есть студенты, готовые для опыта сделать что-то бесплатно и качественно, но таких людей не очень много. Но и почему бы их тоже не поддержать и с материальной точки зрения в том числе», — считает Анастасия Андреева, основатель и куратор фестиваля.

Главное слово в каждой судьбе

Мало кто знает, что дети, помещенные в сиротские учреждения на время по соглашению с родителями, составляют треть всех воспитанников. В домах ребенка — учреждениях для самых маленьких — таких детей подавляющее большинство. Это так называемые социальные сироты — у них живы мама, папа или близкие родственники, но находятся в сложной жизненной ситуации, вплоть до лишения родительских прав. 

Редко когда неблагополучным семьям удается быстро выйти из кризиса и возобновить выполнение своих родительских обязанностей. Тогда пребывание малышей в учреждениях затягивается, и их эмоциональные связи с родными нарушаются. Это приводит к расстройству привязанности, что оказывает серьезное влияние на последующую жизнь.

С самого рождения ребенку нужен человек, который проявляет чувствительность во взаимодействии с ним, дает ему чувство безопасности и эмоциональную поддержку.

Дети, не получившие необходимой эмоциональной связи со значимым взрослым, в дальнейшем испытывают трудности в общении, им сложно построить близкую связь с потенциальными приемными родителями и надежные личные отношения. Им свойственна повышенная тревожность, отсутствие базового доверия к миру, неуверенность в себе и низкая самооценка, психологическая нестабильность и склонность к зависимостям, игнорирование своих чувств и эмоциональная отстраненность. 

Несмотря на то что большинство российских домов ребенка имеют хорошее материальное оснащение и медицинское обслуживание, воспитатели не могут уделять детям достаточно внимания и создавать надежную эмоциональную связь. Персонал мало взаимодействует и разговаривает с детьми, не проявляет чувствительность к потребностям ребенка, не реагирует на плач детей, малыши долгое время предоставлены сами себе.

Так, многочисленные международные исследования, в частности Бухарестский проект раннего вмешательства (BEIP), показали, что жизненный опыт в самые ранние годы оказывает важнейшее влияние на развитие ребенка. У детей в домах ребенка, помимо сниженных физических и умственных показателей (рост, вес, окружность головы, электрическая активность мозга, уровень IQ), также отмечались проблемы с поведением и психическим здоровьем, что проявлялось в неспособности строить отношения с другими детьми, невнимательности, гиперактивности и плохо управляемой импульсивности. 

В свою очередь, большой российско-американский проект «Долгосрочное влияние раннего социально-эмоционального опыта на развитие ребенка», посвященный изучению состояния детей, принятых в замещающие семьи (приемные или семьи усыновителей) из домов ребенка Санкт-Петербурга, продемонстрировал, что они имеют больше проблем с контролем поведения, чем дети без соответствующего опыта.

Лишенные родительской любви, дети в приютах живут в атмосфере агрессии и страха за свою безопасность. По словам социальных сирот — выпускников детдомов, в постоянной надежде вернуться в семью они испытывают затяжную депрессию. 

«Ребенок не может расти в институции — детям обязательно нужен близкий взрослый, который будет с ними, с которым можно выстроить эмоционально близкие отношения. И когда ребенок, особенно в маленьком возрасте, лишается этого — все разрушается», — отметила Марина Аксенова, директор благотворительного фонда «Солнечный город».

А дома лучше

Исследования показывают не только то, что ранняя депривация негативно влияет на развитие, но и что дети, в дальнейшем помещенные в приемные семьи, чувствуют себя лучше, чем оставленные в учреждении.

Дело в том, что семьи обеспечивают потребности ребенка: с детьми доверительно общаются, разговаривают, играют, заботливо держат на руках, занимаются, поощряют их осваивать мир, уважают и любят. И хотя семьи могут различаться по составу, размеру и способности обеспечить такую заботу, большинство из них все-таки в состоянии это сделать лучше в той или иной степени, чем воспитатели в учреждениях.

По словам научного руководителя проекта в Санкт-Петербурге с российской стороны, доктора психологических наук Рифката Мухамедрахимова, для развития и психического здоровья детей младенческого и раннего возраста критически важны чувствительность и постоянство близкого взрослого. То есть чтобы рядом был один и тот же близкий отзывчивый взрослый. 

«Всякое нарушение социально-эмоционального окружения ребенка, где бы он ни находился — в биологической, приемной, профессиональной семье, в доме ребенка, в больнице, — скажется на ребенке. Очень важно следить за ключевыми показателями этого окружения: помимо наличия близкого взрослого — его чувствительность, отзывчивость и постоянство», — подчеркнул Рифкат Мухамедрахимов.

Кроме того, на формирование безопасной привязанности (а также других типов организованной привязанности) оказывает большое влияние возраст выхода ребенка из учреждения, обратно к родителям или в приемную семью. По результатам Бухарестского проекта дети, переведенные в семьи до достижения ими 24 месяцев, имели значительно больше шансов сформировать безопасную привязанность, чем те, которые были помещены туда позже.

В исследовании домов ребенка Санкт-Петербурга критический период проживания в учреждении, после которого у детей, принятых на воспитание в замещающие семьи, наблюдаются значительные нарушения поведения, составил 18 месяцев. Однако, по словам Рифката Мухамедрахимова, даже при более коротком сроке у ребенка резко снижается уровень должного психического здоровья и развития.

Чем раньше ребенок помещается в приемную семью, тем быстрее происходит его восстановление.

Бухарестский проект по раннему вмешательству (BEIP)

Семья для ребенка вместо дома ребенка

Для того чтобы дети в самый чувствительный и важный период развития не находились в учреждениях даже временно, российские некоммерческие организации предлагают планомерно и системно отказаться от таких форм содержания детей-сирот до 4 лет.

Правозащитники подчеркивают, что при малейшей возможности, при живых родителях и родственниках необходимо сделать все возможное, чтобы ребенок не попал в сиротское учреждение, и в первую очередь помогать кровной семье. Таким образом, больше половины случаев размещения детей в учреждениях можно было бы избежать, так как чаще всего дети оказываются в учреждениях из-за алкогольной зависимости матерей, плохих жилищно-бытовых условий, материальных трудностей в семье и специфики работы родителей.

«Дети, попавшие в дома ребенка по заявлению родителей, не могут быть усыновлены или отданы в приемную семью (они не имеют официального статуса сироты или оставшегося без попечения родителей. — Прим. ред.). В результате малыши проводят там месяцы, а иногда и годы. Но современная и правильная помощь семье помогла бы в целом избежать таких ситуаций, в том числе дальнейшего лишения родительских прав», — отметила Юлия Бернова, директор по развитию программ благотворительной организации в помощь детям-сиротам «Детские деревни SOS».

Лучше не допускать социального сиротства, чем потом искать детям новых родителей.

Благотворительная организация «Детские деревни SOS»

Как отметила директор благотворительного фонда «Солнечный город» Марина Аксенова, гораздо эффективнее и дешевле сохранять благополучие в семье, чем потом содержать всю цепочку. По ее словам, средняя цифра ежемесячного содержания ребенка в социально-реабилитационном центре, по данным исследования фонда, в 2020 году составляла 56 тыс. рублей. «И что самое ужасное, это не дает тот результат, на который государство рассчитывает», — подчеркнула специалист.

Если же помочь кровной семье невозможно, для детей, по мнению правозащитников, наилучшей альтернативой будет профессиональная замещающая семья. Туда ребенок может помещаться временно — до его возвращения в родную семью или устройства под постоянную опеку.

По словам Юлии Берновой, для профессионального родителя важно дать возможность ребенку пережить сложный период в теплой семейной атмосфере, помочь справиться с ситуацией, получить опыт принятия и поддержки. Такой человек, в отличие от воспитателя, проживает этот кусок жизни вместе с ребенком, полностью включаясь в его проблемы, переживания и радости.

Стоит отметить, что отдать ребенка на время в замещающую семью уже возможно, правда, исключительно по желанию родителей и с их письменного разрешения, что происходит нечасто. На законодательном уровне это позволяет сделать статья 13 Федерального закона №48-ФЗ. В этом помогает проект «Семьи кризисного размещения» благотворительного фонда «Арифметика добра» при содействии Департамента труда и социальной защиты города Москвы в ТиНАО. 

Ребенка размещают в специально подготовленную семью на срок до 6 месяцев, пока его родная семья решает свои проблемы. При этом он остается близко к постоянному месту жительства, поддерживает общение с семьей и друзьями, посещает привычную школу. В такой семье кризисного размещения есть персональный взрослый, который заботится о ребенке и дает ему чувство защищенности. При этом с кровной семьей работает Таганский детский фонд, задача которого — помощь родителям в разрешении кризисной ситуации для возвращения ребенка в семью.

Инициативу благотворительных организаций поддержала уполномоченный при Президенте РФ по правам ребенка Мария Львова-Белова. В комментарии «Московским новостям» она отметила, что курс на минимизацию случаев, когда требуется нахождение ребенка в условиях учреждений, уже взят. По ее словам, уже в 11 регионах страны разрабатывается пилотный комплекс мер по профилактике социального сиротства детей до 4 лет.

Брендинг Шрёдингера 

Большую часть сегментов основных потребительских товаров — одежды, обуви и косметики — на российском рынке занимала зарубежная продукция. «Если говорить о сегменте фэшн, то импортные бренды составляли 80% рынка, и только 20% таких товаров производится в РФ. С косметикой ситуация чуть хуже – мы делаем не более 15%. Обувь — не более 5%», — говорит президент Magic Group (консультант по ТЦ, создатель универмагов российских дизайнеров SLAVA и «Йармарка») Александр Перемятов.

К сегодняшнему дню многие западные бренды объявили либо о полном уходе с российского рынка, либо об официальной приостановке своей деятельности. Среди тех, кто «хлопнул дверью», следующие компании. 

На практике российские покупатели могли видеть официальный «исход» привычных марок, глядя на закрытые магазины в торговых центрах. Так, к началу апреля, по данным CORE.XP, в московских ТЦ оказались без арендаторов более 55% площадей. 

Аналогичная картина наблюдалась и в региональных торговых центрах. В Knight Frank Russia подсчитали, что в ТЦ (от 60 тыс. кв. метров) западные бренды занимали более 60% площадей, отведенных под магазины одежды, обуви, косметики и парфюмерии. Основными арендаторами, как правило, выступали такие международные гиганты, как Inditex (входят марки Zara, Pull&Bear, Massimo Dutti, Bershka, Stradivarius, Oysho), LPP (Reserved, House, Cropp, Mohito и Sinsay) и H&M Group. Около 20% торговых площадей приходилось на российские марки, а доля продукции из остальных стран занимала около 12%. 

Интересно то, что по факту зарубежные бренды никуда с российского рынка не ушли. На каждую марку вроде демонстративно закрывшей официальные магазины Zara нашлись те, кто на практике решил остаться. 

Бренды, которые закрываются, до конца не уходят. Ритейл возвращается к потребителям под новой вывеской, но на самой одежде лейблы старые. Или же официально Reebok и Adidas на российском рынке отсутствуют, но их спокойно можно купить онлайн . Получается такой «брендинг Шрёдингера» — официально бренды ушли, по факту — они есть. 

Илья Лазученков генеральный директор брендингового агентства Plenum

Например, магазины известного косметического бренда L’Occitane заново открываются под названием «Л’Окситан». Российский бизнес компании LPP (бренды одежды Reserved, Cropp, Sinsay, Mohito, House) выкупил некий китайский консорциум, а российский Reebok приобрел турецкий холдинг FLO Retailing. При этом вместо магазинов Reserved, Cropp, House, Mohito и Sinsay теперь открылись, соответственно, магазины RE, CR, XC, M и CUH. 23 мая выяснилось, что нового покупателя для российского филиала ищет Levi’s. Вариант с продажей российского бизнеса партнеру изучает испанская Zara (холдинг Inditex). Скорее всего, и их магазины откроются под другими вывесками. Однако товары-то в магазины будут поставляться прежние. Каким образом?

«Если крупные игроки решат уйти, то их продукт можно будет приобрести, только используя механизм параллельного импорта. Поэтому они либо останутся как бренд в России, либо лицензионных представителей бренда в стране не будет», — считает Евгения Хакбердиева, региональный директор департамента торговой недвижимости Knight Frank Russia.

При этом, как отмечает Алина Рукосуева, директор и главный бренд-стратег брендингового агентства «Дочери», самое интересное в том, что внушительная часть россиян в целом положительно относятся к уходу известных международных компаний из РФ. Согласно опросу ВЦИОМ, опубликованному в апреле 2022-го, 39% россиян считают, что уход западных компаний не отразится на их жизни, 23% — что скажется умеренно и 21% — слабо.

«Получается, что, с одной стороны, вроде как все должны были очень сильно расстроиться от ухода иностранных компаний, но, с другой стороны, возникает какая-то невероятная вера в чудо, в то, что мы сейчас все сплотимся и сделаем, наконец-то, что-то невероятно хорошее. Эта вера есть не только у потребителей, но и у многих производителей», — отмечает эксперт. 

Санкционные сложности 

По словам Рукосуевой, оптимизму российских брендов не мешают даже текущие проблемы, с которыми они столкнулись на фоне геополитической ситуации. Речь идет об изменении логистических цепочек и о том, что, поскольку через территорию Украины везти больше нельзя, приходится использовать новые маршруты и увеличивать транспортные расходы. 

Кроме того, российские компании столкнулись с тем, что не могут получить необходимые для выпуска собственной продукции товары, которые обычно закупались за рубежом. Например, у части клиентов Рукосуевой контейнеры с заказанной из-за рубежа продукцией остались в портах из-за санкций, и пока ситуация с ними так и не решилась. «Российские бренды зависят от мировых логистических поставок. После того как они нарушились, наши компании пережили настоящий шок, и планы, которые у них были намечены по развитию бизнеса, пока не реализованы», — соглашается Илья Лазученков из агентства Plenum. 

Однако, несмотря на текущие сложности, общий настрой у российского бизнеса позитивный, констатирует Рукосуева. По мнению эксперта, говорить о том, что без импорта нас ждет дефицит товаров 1998 года, не стоит, поскольку за эти годы российский бизнес перешел на новый уровень.

За это время люди научились выкручиваться из разных сложных ситуаций, которых за последние годы было немало, считая все прошлые экономические кризисы. Опыт моих клиентов показывает, что российский бизнес умеет очень быстро находить какие-то решения, пусть даже неожиданные. Именно поэтому сейчас наши компании не падают духом, а пытаются подстраиваться под новые реалии. Это хорошая новость, а плохая новость в том, что для этого необходимо время. 

Алина Рукосуева директор и главный бренд-стратег брендингового агентства «Дочери»

Тренды импортозамещения

Таким образом, с одной стороны, сильных изменений на российском рынке потребительских товаров эксперты не отмечают. Но, с другой, они считают, что происходящее может стать новым толчком для развития импортозамещения в ближайшем будущем.

«У нас есть 140 млн человек, которым надо что-то есть, чем-то мыться, во что-то одеваться», — отмечает Илья Лазученков из агентства Plenum. Он отмечает, что западные производители в России были любимы, люди к ним привыкли. Но после их ухода с российского рынка и до того момента, пока они не вернулись (а так будут действовать те, у кого меньше санкционные риски — например, японские и французские бренды), потребители будут переключаться на новые бренды — в том числе собственные. 

При этом в целом в рамках текущих изменений на рынке эксперты выделяют следующие тренды.

Новая конкурентная среда. Официальный уход зарубежных производителей с российского рынка привел к тому, что в том же секторе одежды российские бренды получили конкурентное преимущество. «Если сравнивать с ситуацией 2014 года, то к сегодняшнему дню в России появились новые производства, новые бренды, которых раньше не было. Кроме того, раньше российские дизайнеры не успевали за агрессивным маркетингом ZARA», — отмечает Илья Лазученков. По его словам, бизнес-модель компании — постоянно обновлять коллекции и продавать по цене масс-маркета — не давала развиваться локальным производителям. Сейчас у них такой проблемы нет. 

О том, что рынок уже оценил эти изменения, говорит маркетинг самих российских производителей. Как отмечает Алина Рукосуева, если раньше Москва и Питер были всегда завешаны постерами ZARA и H&M, то в этом году из-за того, что все маркетинговые бюджеты крупных компаний свернуты, рекламные места остались вакантными, и их тут же заняли российские бренды, такие как SELA. 

Страновой фактор. Борис Овчинников, партнер Data Insight, считает, что одной из актуальных тенденций сейчас можно назвать то, что большинство покупателей не понимают, российский бренд перед ними или нет. На фоне того, что зарубежные марки меняют названия, а российские до этого старались выглядеть как международные — те же Gloria Jeans и Oodji, у последних сложились новые условия работы на рынке. 

Им в данный момент не нужно конкурировать с известными западными марками, что дает больше возможностей локальным участникам рынка. Правда, эти новые условия также актуальны для тех западных брендов, кто решил остаться. 

Аутсорсинг. Помимо этого, на бизнес тех, кто продолжает работать на российском рынке, влияет текущий курс доллара. По словам Бориса Овчинникова, с одной стороны, крепкий рубль делает бизнес в России выгодным для зарубежных брендов. Прежние цены, по которым они продавали товары в РФ, теперь в пересчете на доллары выросли. 

Что касается российских предпринимателей, то рубль выгоден тем, кто только заходит на рынок. «Если кто-то сейчас решит построить новый сильный бренд для российского рынка, то благодаря курсу валюты организовать производство сейчас дешевле в Китае или других азиатских странах», — поясняет эксперт. К тому же там не будет проблем с поставками и закупкой оборудования, поскольку производить их будет локальная компания, на которой не отражаются антироссийские санкции. 

Грядущая конкуренция. При этом эксперты сходятся во мнении: несмотря на то что резких изменений рынок пока не видит, сейчас самое время для российских компаний заняться развитием бизнеса. Это поможет создать конкурентное преимущество для тех, кто придет в Россию взамен ушедших западных компаний. «Я думаю, мы не видели еще даже первой волны ни китайских брендов, ни корейских — последние, например, делают очень качественную одежду», — отмечает Илья Лазученков.

Кроме того, на освобождаемые западными брендами места в ТЦ уже с интересом смотрят те же турецкие, индийские и иранские производители, говорит Надежда Цветкова из Knight Frank Russia. 

Онлайн и офлайн 

Со своей стороны, российские компании постепенно адаптируются к новой реальности. Причем это происходит как в офлайне, так и в онлайне. 

Например, по словам Бориса Овчинникова, производители, которые раньше работали на зарубежные бренды, сейчас задумываются над новым развитием своего бизнеса — выходом в онлайн-ритейл напрямую через маркетплейсы. «Уже заметен рост интереса к тому, чтобы вообще продавать свои товары в интернете, как их продвигать», — говорит эксперт.

Что касается офлайна, то российские бренды присматриваются к торговым площадям, которые освободили зарубежные, — как правило, это были самые «сладкие» локации. Тем более что, по словам экспертов, собственники торговых площадей в моменте стали куда лояльнее, что является весомым доводом для российских производителей. 

Тем не менее российские игроки не торопятся. «Наши бренды сейчас заняли наблюдательную позицию и с осторожностью рассматривают аренду новых площадок под магазины, стараясь отдавать предпочтение только качественным ТЦ или мультибрендовым площадкам/универмагам», — отмечает Евгения Хакбердиева.

Во многом это объясняется тем, что многие западные бренды так и не ушли. Неудивительно, что в условиях такой неопределенности российские производители не спешат вкладывать серьезные инвестиции в расширение торговых площадей своих магазинов. 

Среднесрочная перспектива 

Основная проблема, считает Александр Перемятов, — это не позиционирование брендов, а производство. «Наращивание производственных мощностей — это долгий процесс, требующий прямого вмешательства и помощи государства, как с точки зрения прямого субсидирования отрасли, так и введения дополнительных протекционистских мер, которые бы позволили остановить поток ширпотреба», — говорит он. 

Важным, по словам эксперта, является и продвижение культурного кода «носи российское». 

По его мнению, нужна какая-то идеологическая поддержка, направленная на развитие моды, на сохранение нашей культурной идентичности. «Например, использование их в кино, в социальной рекламе. Важна интеграция в моду и народных промыслов, идея локальности национальных брендов. Страна богатая, с большим количеством регионов и очень богатой этникой — нужно научиться это использовать, развивать», — говорит он. И приводит пример Китая, где еще 10 лет назад ситуация была аналогичной, а уже недавно — буквально до пандемии — на долю иностранных брендов в ТЦ уже приходилось не более 20%. 

В целом, по словам Алины Рукосуевой, при толчке в развитии импортозамещения сегодня настоящий эффект будет виден через 2–3 года. Как поясняет эксперт, только для создания торговой марки потребуется от полугода до года. Если же у производителя есть свой бренд, то сейчас ему придется отстраивать все торговые цепочки заново — искать альтернативу разорванным маршрутам, новых поставщиков. И это тоже займет время — 2 года минимум. 

Хорошая новость в том, что у нас это время есть, поскольку в отчете Boston Consulting Group говорится о том, что эксперты считают, что ушедший бизнес будет готов вернуться в Россию в течение, скорее всего, до 5 лет. А за 5 лет можно сделать очень многое своими силами и перераспределить уже рынок.

Алина Рукосуева директор и главный бренд-стратег брендингового агентства «Дочери»

Таким образом, с одной стороны, российские потребители сначала пережили шок от ухода любимых зарубежных брендов, затем с удивлением обнаружили, что паника была преждевременной и привычные товары можно по-прежнему заказать на онлайн-маркетплейсах или же найти в магазинах под новым брендом. При этом у российских брендов как раз сейчас открывается то самое «окно в импорт». Пока потребители адаптируются к новой реальности, нужно сделать все, чтобы расширить свою нишу на рынке. 

Животное — не таблетка от болезни

Общепринятого определения анималотерапии пока нет. Под этим термином понимают способ лечения пациентов с помощью домашних животных. При этом часто возникает путаница с тем, какие именно животные в ней участвуют и как они могут помогать людям. 

Директор Сообщества Поддержки и Развития Канистерапии, эрготерапевт и клинический психолог Мария Мальцева поясняет: «Никаких целебных зверушек, которых приложил, погладил, и все прошло — нет». Дело в способности животного отвлечь, успокоить, расслабить человека, снизить его уровень тревожности.

Собака или кошка выступает как посредник: «инструмент» для тренировки коммуникативных навыков или помощник в лечебной физкультуре. Например, когда наладить контакт с пациентом трудно, реабилитолог проводит свою работу, как бы «прячась» за игру с животным.

Неспособность общаться и контактировать с людьми, по словам Марии Мальцевой, — однозначное показание к анималотерапии. Такие сложности могут возникать по разным причинам: депрессия, аутизм, невроз, синдром Дауна, боязнь белых халатов у детей и многое другое. То есть реабилитолог ориентируется не на диагноз, а на то, что у пациента не получается делать, — а эти проблемы могут быть одинаковыми при разных заболеваниях.

Есть и другой способ, в котором могут применяться любые социализированные животные и птицы. И хотя его часто относят к анималотерапии, по мнению многих специалистов, ни физической реабилитации, ни психологического лечения не происходит. Фактически это вариант контактного зоопарка для людей с инвалидностью. 

Однако такие «живые уголки» в специализированных учреждениях помогают людям с ментальными особенностями преодолевать замкнутость и неуверенность в себе. Общение с животными более безопасное, чем с человеком, — звери искренни, прямолинейны и у них нет предубеждений.

Дружелюбные собаки, например, используются в хосписах или домах престарелых, где многие страдают от деменции или болезни Альцгеймера. Общение с животными скрашивает одиночество пациентов, отвлекает от тяжелых мыслей и болевых синдромов, побуждает к движению, повышает самоуважение и самооценку. Все это, в свою очередь, влияет на общее самочувствие благодаря снижению уровня кортизола и повышению уровня эндорфинов.

Доказательства положительного влияния животных при реабилитации в основном содержатся в западных исследованиях. В некоторых из них статистически доказывается, что пациенты с психиатрическими диагнозами после сессий с участием обученных животных демонстрируют значительное снижение уровня тревожности и активность в общении, а у детей с аутизмом проявляются большая усидчивость, внимательность, повышается сенсорная чувствительность. 

Несмотря на растущую популярность этого вида терапии, в России теоретических и методических работ в этой области очень мало — учреждения и сообщества опираются на свои показатели, в частности на прогресс пациентов в процессе лечения и отзывы родителей больных детей.

Человек собаке пациент

Канистерапия как одна из дисциплин анималотерапии — метод использования специально обученных собак в психологической и двигательной реабилитации. 

Собаки легко поддаются дрессировке, а также обладают сходными с человеческими качествами: способностью выражать свои переживания и реагировать на взаимодействие. Это помогает в реабилитационных программах в работе с пациентами с особенностями развития, психосоматическими и двигательными нарушениями.

Между собратьями и человеком они выбирают для взаимодействия последнего. На «собеседовании» также проверяются реакция собаки на громкие звуки, незнакомые объекты и умение адаптироваться к изменяющимся условиям.

Таких собак в проект «Солнечный пес» берет учебно-кинологический центр «Собаки-помощники инвалидов», который проводит реабилитационные занятия для детей и подростков. Как рассказала координатор проекта Ирина Зенкина, их золотистые ретриверы после проверки на «профпригодность» проходят дрессировку под руководством кинологов центра, а затем стажировку. После всех этапов они допускаются к занятиям, которые проводят педагог-дефектолог и психолог. 

«Российским законодательством канистерапия официально не признана как средство лечения и реабилитации, — поясняет Ирина. — Поэтому в работе мы опираемся на наши внутренние программы и нормативы в зависимости от заболевания ребенка, его уровня развития, возраста, имеющихся навыков и программы реабилитации».

Специалист отмечает, что, по отзывам родителей, благодаря комплексной реабилитации, в которую были включены собаки, дети стали более самостоятельными и уверенными в себе. У пациентов с проблемами психоречевого развития увеличивается словарный запас. Дети с ДЦП лучше координируют движения и ориентируются в пространстве. За длительное время терапии дети с аутизмом учатся контролировать свое поведение, у них развивается речь, начинает проявляться интерес к сверстникам.

Союз реабилитологов России проводит свои научные исследования, которые тоже показали положительный эффект от канистерапии при онкологии у детей, инсульте и деменции у взрослых, а также расстройствах аутистического спектра. Невролог и ревизор Санкт-Петербургского отделения Алексей Шмонин отмечает, что целенаправленные занятия приносят стойкий результат на годы.

Сколько лошадиных сил нужно, чтобы помочь человеку?

Ни с каким другим животным пациент не вступает в настолько тесный контакт при реабилитации, как с лошадью. Иппотерапия оказывает воздействие не только на психоэмоциональную сферу пациента, но и на его двигательную функцию. По сути, такую верховую езду можно назвать «биотренажером»: больной выполняет упражнения, разработанные для него специалистом по иппотерапии, сидя верхом на идущей шагом лошади. 

В методических рекомендациях Департамент здравоохранения отмечает эффект при ДЦП, полиомиелите, раннем детском аутизме, олигофрении, в том числе синдроме Дауна, при шизофрении, сенсорных расстройствах.

Движение животного соответствует движению человека при ходьбе, что стимулирует двигательные и сенсорные функции, развивает ориентацию и ощущение своего тела в пространстве.

Лечение с помощью лошадей работает опять же благодаря положительным эмоциям: через общение с животным восстановление проходит интереснее. Это позволяет иппотерапевтам проводить занятия с детьми, которые не хотят выполнять реабилитационную гимнастику. 

Согласно данным иппотерапевтического центра на базе Центрального Московского ипподрома «Живая нить», благодаря занятиям на лошади развивается мозговое межполушарное взаимодействие, что влияет на координацию движений, осознание эмоций, вербальные способности, интеллект.

Кроме того, часто между ребенком и лошадью устанавливаются отношения привязанности, благодаря чему его можно обучать началам социальных отношений и контролю над собой при взаимодействии с другими живыми существами, в том числе с людьми.

Тренироваться на кошках

Кошки сложнее поддаются дрессировке, чем собаки и лошади, но тоже могут помочь в лечении психических заболеваний: фелинотерапия показана при депрессии, неврозах, маниях и шизофрении. По сути, они не делают ничего необычного, но их ласка и нежность, умиротворяющее урчание позволяют пациенту расслабиться в процессе сеанса реабилитации.

Зоопсихолог Евгения Баландина поясняет, что, в отличие от других животных, которые помогают реабилитологу в решении конкретных задач, такие кошки учат людей просто общаться: «При подготовке кошек-терапевтов, по сути, то, чему их обучают, — это любить и быть любимыми».

Кошки-терапевты работают с пациентами в связке с хозяином животного — обычно психологом, фелинологом или зоопсихологом. В России приобрести официальный статус ни кошка-терапевт, ни фелинотерапевт не могут. 

«Терапевтом» может стать не любая кошка. Дети с ограниченными возможностями здоровья могут слишком сильно сжать животное, напугать его громкими звуками или резкими движениями. Поэтому это должно быть максимально социализированное животное: спокойное и предсказуемое, получающее удовольствие от общения с человеком, обученное перемещаться в транспорте или на поводке. 

«Кошка — это не таблетка и не лекарство. Кошки нам помогают социализировать особенных детей», — объясняет Елена Красниченко, кандидат психологических наук и фелинолог. Она основала Центр фелинотерапии «Кэтс Планета Доверия» в Ростове-на-Дону, где занятия с инвалидами ей помогают проводить миниатюрные кошки породы той-боб, которую она вывела самостоятельно.

Особенности покладистого нрава этих животных позволяют использовать их в программах реабилитации детей с расстройством аутичного синдрома, поражением ЦНС и заболеваниями ДЦП. В комплексе с медико-педагогическими практиками благодаря игре с животными у пациентов развивается моторика, ослабевает мышечная спазмированность, обретаются навыки общения со сверстниками.

Опять же стоит отличать кошек эмоциональной поддержки или кошек-компаньонов — они предназначаются для психологического благополучия конкретного человека.

Терапевт с плавниками

На сегодня ни ДЦП, ни аутизм, ни другие врожденные заболевания вылечить невозможно. Но можно человека адаптировать к жизни, в том числе психологически стабилизировать. Для этих целей, помимо прочих направлений анималотерапии, применяется реабилитация с помощью дельфинов. 

Это сочетание гидрореабилитации с возможностью коммуницировать с дельфином, как с собакой, благодаря их контактности. Тут тоже нет никакого чудесного влияния морского животного — просто иногда ребенка иначе не заманить в воду и в ней не удержать. Пока ребенок играет с дельфином, он выполняет упражнения, которые нужны реабилитологу. 

Мария Мальцева поясняет, что при детской реабилитации очень важно, чтобы ребенок чувствовал, что он делает что-то самостоятельно, без помощи взрослого. И животное очень хорошо решает эту проблему, даже когда просто физически поддерживает. 

Врачи-реабилитологи и психологи дельфинариев с программой терапии подчеркивают, что занятия с дельфинами помогают детям с нарушениями развития преодолеть неуверенность в своих возможностях. При поражении ЦНС снимается психологический барьер в общении, уменьшаются страхи, уходит агрессия к посторонним людям, улучшаются ориентация в пространстве, координация движений. У детей с аутизмом налаживается зрительная координация, движения рук и ног становятся более точными. У детей, страдающих ДЦП, улучшается моторика.

Однако именно этот метод анималотерапии активно подвергается критике со стороны ученых и зоозащитников. Первые критикуют терапию за неоднозначность и недостаточную изученность воздействия на человека, а также вероятную травмоопасность метода. Вторые обвиняют платные центры дельфинотерапии в желании заработать и осуждают содержание морских животных в неволе.

В рамках этики

В анималотерапии всегда две стороны взаимодействия: человек и животное. Последние обеспечивают поддержку, помогают в лечении. Но насколько общение так же положительно влияет на животное — узнать сложно. Поэтому этический вопрос всегда остается открытым. 

Зачастую анималотерапия применяется для людей, например с гиперактивностью, с различными видами аутических расстройств, с посттравматическим стрессовым расстройством. Иногда у них есть проблемы в оценке того, как они общаются с другими, — и с животными в том числе. Вольно или невольно они могут причинять им боль, неудобство, дискомфорт. 

Поэтому при реабилитации должны соблюдаться принципы, в основе которых лежит комфорт не только пациента, но и животного. Оба должны получать удовольствие от пребывания друг с другом.

Также под ударом находится и сформировавшаяся привязанность ребенка к животному, когда терапия заканчивается. Расставание может спровоцировать стрессовую реакцию и рецидив заболевания, с которым боролись. Более того, стресс может быть и у животного. «Такие риски есть, но, например, в канистерапии собака должна меняться каждые пять занятий — тогда привыкания не возникнет», — поясняет Алексей Шмонин.

Кто «прописывает» животное

Пока что немногие реабилитационные центры в России предлагают услуги анималотерапии. Обычно занятия с животными «прописывают» врачи, работающие с инвалидами. Они включают терапию в индивидуальные программы в зависимости от задач, будь то наладить контакт с ребенком посредством животного или дополнить им двигательную терапию малоподвижного человека.

Чтобы не ошибиться с качеством услуги, помимо доверия к своему лечащему врачу, следует обратить внимание на несколько моментов, главный из которых — принадлежность доктора к профильным ассоциациям. Несмотря на то что в России нет государственных требований к подобного рода терапии, есть крупные профессиональные сообщества, которые готовят специалистов в своих областях: 

• Всероссийское общество канистерапевтов в Санкт-Петербурге;
• Национальная федерация иппотерапии и адаптивного конного спорта в Москве;
• Национальная федерация лечебной верховой езды и инвалидного конного спорта в Москве;
• Уральская федерация иппотерапии и адаптивного конного спорта;
• Ассоциация «Объединение дельфинотерапевтов» в Москве.

Во-вторых, это полученное врачом образование и профпереподготовка. В России пока единственный вуз, который обучает на канистерапевта при поддержке Всероссийского сообщества канистерапевтов, — Первый Санкт-Петербургский государственный медицинский университет им. академика И. П. Павлова. А, например, Санкт-Петербургский государственный аграрный университет готовит иппотерапевтов в сотрудничестве с Национальной федерацией иппотерапии и адаптивного конного спорта.

Кроме того, это могут быть психологи и реабилитологи, которые проходят повышение квалификации по адаптивной физкультуре, посещают профильные конференции.

Новый тренд на мистику

Разобраться в себе с помощью натальной карты или сходить к психологу, прояснить ситуацию по картам Таро или проговорить ее с друзьями, довериться Вселенной или спланировать все до мелочей, восстановить энергетическое поле или просто поспать — грани между обыденным и мистическим стираются все сильнее. Мы все больше верим в материальность не только вещей, но и мыслей.

Скептики связывают такой всплеск интереса к мистическому потребностью в чудесах в турбулентное время или в сложные периоды личной жизни. Кто-то склоняется к формированию нового сознания на фоне переосмысления традиционного. Для молодежи это равно стремлению к осознанности, анализу жизни, поиску себя и активному саморазвитию. Хотя при этом некоторые психологи указывают на инфантилизм и перекладывание ответственности за свою жизнь, а также желание быстрых изменений без особых усилий.

Интерес к мистике растет из-за того, что эзотерики могут дать обществу более простую картину мира в сложных условиях современной жизни. Магическое мышление — это защита от угрожающей реальности, способ контролировать и объяснять происходящее вокруг. Рациональные объяснения либо недоступны, либо не удовлетворяют человека. Научное знание не всегда предлагает однозначную, понятную картину мира. В России интерес к эзотерике развивался волнообразно, и на его рост в тот или иной период влияли антиматериалистические настроения, кризис православной церкви, оттепель периода СССР и крах советской власти, когда в 1990-е годы увлечение мистическим достигло пика.

Анастасия Воробьева
старший научный сотрудник лаборатории социальной и экономической психологии Института психологии РАН

Медитация — из эзотерики в науку

Нейрофизиологи и медики уже признали медитации как способ изменить нейронную активность мозга. Возможно, то, что сейчас кажется не очень научным, со временем будет все больше обретать доказательную базу.

Астрология как способ изменить жизнь

Философский взгляд на мир, склонность к рефлексии и внутренняя свобода, открытость к новым веяниям или же вовсе вера в чудеса — но эзотерика уже прочно вошла не только в личную жизнь россиян, но и в сферу бизнеса.

Подобный интерес работодатели объяснили влиянием знака зодиака на характер и личные качества будущего сотрудника, а также на то, насколько человек соответствует требованиям вакансии и совместим с коллегами.

В отличие от стереотипного представления об астрологии как предопределенном будущем, современный подход заключается в возможности это будущее изменить в лучшую сторону: то есть не только определить психотип и предрасположенности человека, но и помочь ему разобраться в себе, увидеть причины неудач и пути выхода из сложных ситуаций.

Именно такой подход к астрологии заинтересовал Анну Воробьеву, которая объясняет учение о звездах на базе нейрофизиологии и антропометрии, где внутренняя система человека от клетки до головного мозга подобна Солнечной с ее космическими телами.

В этой теории она также опирается на исследования доктора медицинских наук, нейрофизиолога Тони Нейдера, исходя из которых схема натальной карты аналогична полушариям головного мозга, а расположение планет — его нейронным связям. Посмотреть на астрологию с точки зрения критического анализа и расчетов ей помогло образование.

Что общего у карт Таро и Карла Юнга

Навыки, полученные на факультете вычислительной математики и кибернетики МГУ им. М. В. Ломоносова, помогли и Кире Борисовой, теперь астрологу и тарологу, подойти к изучению эзотерики логически и рационально. Девушка выросла в семье математиков, где тонкие материи отрицались и высмеивались. Все указывало на продолжение этой традиции, но изменилось благодаря хобби — рисованию. Желая привнести в него что-то более интуитивное, ради развлечения она стала изучать карты Таро.

Вопреки привычным представлениям о прорицательницах с хрустальным шаром, карты Таро сегодня используют не для гадания, а как инструмент самоанализа. Расклады помогают взглянуть по-новому на ситуации, в которые мы попадаем. Вытащить глубокие смыслы из нашего подсознания помогает пиктографический язык этих карт. Сегодня не так важны их традиционные интерпретации, как то, что их анализ дает ответы, соответствующие глубинным переживаниям.

Инструмент образов также нередко применяется и в психотерапии. И Таро как один из них может использоваться в качестве метафорических ассоциативных карт (МАК). Однако здесь специалист наблюдает за эмоциональной реакцией клиента на изображения и то, как он связывает их между собой. Это тоже инструмент для работы с подсознанием человека: рассказывая о картинках, клиент сам многое понимает про себя, видит «темные» зоны.

Возможно, именно карты Таро стали прародителем метафорических карт. К духовной практике и метафизике больше всего в психологии обращался Карл Юнг. Развивая концепцию коллективного бессознательного, он был уверен, что есть нечто большее, что влияет на нас. Многие последователи его направления теперь применяют карты Таро в работе, называя их юнгианскими.

Лучше эзотерик-профессионал, чем неопытный психолог

По мнению Анны Чуксеевой, если эзотерика обращает человека к самоанализу, осознанию своих поступков, развитию добродетели, внутренней опоры, то это имеет много схожего с работой психолога. И неважно, что методы достижения этого разные.

Разобраться в себе и что-то изменить, хоть с помощью психологии, хоть посредством эзотерики, — лучше, чем ничего. Но тут, как с любой услугой, нужно быть очень аккуратным и различать качественное от некачественного. И главное отличие хорошего специалиста от плохого в том, за кем остается зона ответственности.

В психологии вся ответственность за события в жизни лежит на клиенте — он сам решает, как ему поступать и что делать. Специалист при этом помогает осознать то, что тот может не замечать. И, несмотря на то что психолог может предположить, как все сложится у клиента дальше, в отличие от эзотерика он приводит человека к самостоятельному осознанию сценария.

Многие современные грамотные эзотерики приближаются к психологам — они возвращают зону ответственности клиенту, даже если делают прогнозы. Они указывают человеку на то, что если он хочет что-то изменить в будущем, то ему нужно приложить усилия. И если мы говорим о профессионалах, то такие специалисты часто получают дополнительное психологическое образование и тоже могут добиваться изменений в жизни клиента.