В чем Илон Маск обвиняет OpenAI
На этой неделе у федерального суда в Окленде (Калифорния) почти круглосуточно дежурят журналисты, протестующие (они требуют остановить развитие ИИ) и желающие сделать фото с Илоном Маском. В центре города на обычно тихих улицах усилили охрану. А судья Ивонн Гонсалес Роджерс пригрозила на время закрыть дополнительную комнату для наблюдения за ходом заседаний. Все это — последствия громкого судебного разбирательства между самым богатым человеком в мире Илоном Маском и одной из крупнейших ИИ-компаний OpenAI.
Фото: Jessica Christian / AP / TASS
В 2024 году Илон Маск подал иск против OpenAI. Бизнесмен утверждает, что компания и ее соучредитель Сэм Альтман приняли от него пожертвования в размере $38 млн, пообещав создать некоммерческую организацию, которая будет уделять приоритетное внимание безопасному развитию ИИ. Вместо этого, по словам Маска, они превратили OpenAI в «машину для обогащения» с рыночной стоимостью в $852 млрд. Истец уверен: изменение структуры компании нарушило ее первоначальную миссию, а руководители неправомерно извлекли выгоду из его благотворительных взносов. Соответчиком по делу выступает Microsoft: Маск обвиняет ИТ-корпорацию в пособничестве и подстрекательстве к злоупотреблению благотворительным фондом.
Фото: Zuma / TASS; Florian Gaertner / TASS
Илон Маск требует от OpenAI и Microsoft возмещения ущерба в размере $150 млрд (в иске говорится, что он «имеет право» на часть суммы, в которую сейчас оценивается ИИ-компания). Кроме того, он добивается возвращения OpenAI к некоммерческой структуре и отстранения Сэма Альтмана и Грега Брокмана (президент и сооснователь OpenAI) от должностей.
Как Илон Маск связан с OpenAI
В мае 2015 года Сэм Альтман (сейчас занимает пост главы OpenAI) отправил электронное письмо Илону Маску с предложением основать некоммерческую компанию, которая займется созданием AGI — искусственного интеллекта общего назначения, по способностям сравнимого с человеком. Цель — принести пользу всему человечеству. Маск ответил, что эта идея «вероятно, заслуживает обсуждения». К концу года предприниматели стали соучредителями некоммерческой организации, которую назвали OpenAI.
Сотрудники, привлеченные к этому проекту, приняли решение свободно делиться технологией — выпускать ПО с открытым исходным кодом. Но к 2017-му эту политику в OpenAI уже считали слишком рискованной и небезопасной. Еще одним поводом для беспокойства стал статус компании: она не могла привлекать средства в тех объемах, что необходимы для создания AGI (деньги были необходимы для наращивания вычислительных мощностей, оплаты работы инженеров и т.д.). Маск тогда предложил объединить OpenAI со своей компанией по производству электромобилей Tesla. Столкновение интересов и борьба за власть привели к тому, что в 2018 году Маск ушел из OpenAI. Позже он создал собственный ИИ-стартап — xAI, который затем стал частью SpaceX.
После ухода Маска Сэм Альтман занялся поиском источников финансирования. В 2019-м первый миллиард долларов в OpenAI вложила Microsoft, став ее ключевым партнером и основным облачным провайдером. Сама OpenAI в том же году зарегистрировала коммерческую «дочку» — через нее проходили все многомиллиардные инвестиции. А в 2025-м провела масштабную реструктуризацию: сейчас компания функционирует как Public Benefit Corporation (корпорация общественного блага) — формат, при котором коммерческая организация OpenAI Group учитывает интересы не только инвесторов, но и общества. Управление по-прежнему осуществляется через некоммерческую структуру (OpenAI Foundation), которая владеет 26% акций OpenAI Group.
Показания по своему иску в федеральном суде Окленда Илон Маск начал давать 28 апреля. Он изложил свою версию возникновения OpenAI.
Я придумал идею, название, нанял ключевых сотрудников, научил их всему, что знаю сам, обеспечил первоначальное финансирование. Это было специально задумано как благотворительное мероприятие, которое не приносит пользу какому-либо конкретному человеку. Я мог бы начать бизнес с целью получения прибыли, но я специально решил этого не делать.
Илон Маск
По словам предпринимателя, одной из целей основания OpenAI была необходимость противопоставить что-то Google, поскольку сооснователь компании Ларри Пейдж «недостаточно заботился о безопасности ИИ». Маск признал, что участвовал в обсуждении создания коммерческого подразделения, но настаивал на ограничениях — «чтобы хвост не вилял собакой». Бизнесмен также неоднократно повторил обвинения в «краже благотворительной помощи».
Я на самом деле был дураком, который дал им бесплатное финансирование для создания стартапа. Этот судебный процесс очень прост: это не окей красть благотворительные средства. Если мы разрешим грабить благотворительные организации, вся система благотворительности в Америке будет разрушена. Это меня беспокоит.
Илон Маск
Обозреватель The Verge пишет, что в первый день дачи показаний Илон Маск казался «скорее мелочным, чем подготовленным»: он долго пересказывал свою биографию (рассуждал о том, как «работал по 80–100 часов в неделю») и перечислял бизнесы. В какой-то момент судья даже решила переспросить: «Вы даете показания?» По-настоящему оживленным было только «хвастовство» Маска о том, как много он сделал для OpenAI, отмечает The Verge.
Фото: AP / TASS
29 апреля начался перекрестный допрос. Адвокат OpenAI Уильям Савитт предоставил текстовые сообщения и электронные письма, свидетельствующие о том, что Илон Маск всегда был в курсе планов компании по получению прибыли. В частности, в 2016 году предприниматель писал: «Google DeepMind развивается очень быстро. Я обеспокоен тем, что OpenAI не сможет ее догнать. Оглядываясь назад, можно сказать, что создание некоммерческой организации было неправильным шагом».
После этого в суде состоялся следующий диалог.
Уильям Савитт: Это ваши слова? Да или нет?
Илон Маск: Это гипотетически.
Уильям Савитт: Так вы думали, что это могло быть неправильным шагом? Это то, что вы сказали?
Илон Маск: Да.
The Guardian сообщает, что в суде бизнесмен часто отказывался отвечать на вопросы, был непоследователен и уклонялся от прямых комментариев. Судье пришлось несколько раз потребовать от Маска простого «да» или «нет». Он, в свою очередь, не раз жаловался: якобы адвокат OpenAI задает вопросы, направленные на то, чтобы его обмануть.
Какая позиция по этому делу у OpenAI
В OpenAI утверждают, что Илон Маск всегда знал о планах по привлечению инвестиций и даже сам настаивал на создании коммерческой структуры. Он «требовал ключи от королевства»: стремился к полному контролю над компанией и объединению с Tesla и ушел после неудачной попытки возглавить бизнес.
Движимый ревностью, сожалением о том, что ушел из OpenAI, и желанием помешать конкурирующей ИИ-компании, Илон годами преследует OpenAI с помощью необоснованных судебных исков и публичных нападок.
пресс-релиз OpenAI
Уильям Савитт в суде заявил: OpenAI никогда не обещала Маску, что останется некоммерческой организацией. Адвокат в очередной раз отметил: предприниматель не обращал внимание на инвестиции Microsoft в 2019 году, зато после релиза ChatGPT заинтересовался деятельностью компании. А иск подал уже после того, как в 2023-м основал xAI. Представитель Microsoft Рассел Коэн тоже подчеркнул, что Маск изменил свое мнение об OpenAI только после успеха чат-бота (сегодня им еженедельно пользуются около 900 млн человек по всему миру).
Когда OpenAI отказалась быть частью империи Маска, он просто взял и ушел. Мы здесь потому, что Маск не добился своего в OpenAI. У моих клиентов хватило смелости продолжить и добиться успеха без него. Мистеру Маску это может не нравиться, но это не основание для судебного иска. Слишком поздно придумывать что-то, чтобы навредить конкуренту.
Уильям Савитт
адвокат OpenAI
Представители OpenAI заявили, что $38 млн, пожертвованные в свое время Илоном Маском, «были потрачены точно по назначению и в соответствии с миссией» компании. Более того, не сдержал своих обещаний на самом деле истец: он обещал инвестировать в стартап до $1 млрд, а вложил значительно меньше.
Фото: Jessica Christian / AP / TASS
По данным СМИ, судебный процесс продлится примерно 3–4 недели. Ожидается, что показания дадут в том числе Сэм Альтман и глава Microsoft Сатья Наделла. Итоги первых заседаний лаконично подвела репортер The Verge.
Примерно через 5 часов после начала выступления Илона Маска я записала в своих заметках следующее предложение: "Я никогда в жизни так не симпатизировала Сэму Альтману".
Элизабет Лопатто
репортер The Verge
Почему суд между Маском и OpenAI важен для всей индустрии ИИ
Решение присяжных может изменить баланс сил на рынке искусственного интеллекта и определить будущее технологии, предупреждают эксперты. Они напоминают, что обе компании — как OpenAI, так и SpaceX, которой принадлежит xAI, — готовятся к первичному публичному размещению акций (IPO). Каждое из них может стать крупнейшим в истории.
Перед выходом на биржу OpenAI завершила крупнейший в истории Кремниевой долины раунд финансирования, собрав $122 млрд. Но если Илон Маск победит в суде, то IPO ИИ-компании, запланированное на конец 2026 года, почти наверняка сорвется — OpenAI понесет серьезный финансовый ущерб, а перестановки в руководстве изменят настроения среди потенциальных инвесторов. В таком случае xAI потеснит крупного конкурента и может вырваться вперед (первое размещение акций SpaceX, к слову, должно состояться уже в июне). Кроме того, на кону более глобальный вопрос — могут ли ИИ-лаборатории, основанные как некоммерческие организации, на законных основаниях трансформироваться в коммерческие предприятия.
Конец спорам не положит даже поражение Илона Маска, пишет The Conversation. В ходе судебного разбирательства в открытый доступ уже попали сотни страниц электронных писем и личных дневников участников процесса. Так, выяснилось, например, что Сэм Альтман задавался вопросом, как избавиться от Маска. А тот тем временем тайно получал инсайдерскую информацию от Шивон Зилис — матери четверых детей предпринимателя, которая была членом совета директоров OpenAI до 2023 года.
Это дело отражает переживания общества: невероятно мощная технология создается и контролируется небольшим числом враждующих братанов. А всем остальным приходится жить с последствиями.
Роб Николлс
старший научный сотрудник в области медиа и коммуникаций Сиднейского Университета
Фото обложки: Allison Robbert / AP / TASS; Florian Gaertner / TASS