Битва за наследство Трампа: как война США в Иране меняет расклад сил между Вэнсом и Рубио

СМИ: вице-президент США Джей Ди Вэнс теряет поддержку Трампа и спонсоров

Когда США и Израиль нанесли первые удары по Ирану 28 февраля, американский президент Дональд Трамп находился в своем поместье в Мар-а-Лаго в окружении примерно 25 крупных спонсоров Республиканской партии. По данным NBC News, президент задал собравшимся неформальный вопрос: кого они предпочтут видеть лидером партии в 2028 году — госсекретаря Марко Рубио или вице-президента Джей Ди Вэнса? Реакция зала, по словам присутствовавших, оказалась почти единогласной в пользу Рубио. Небольшая сцена во Флориде стала частью большого, но тайного противостояния, которое разворачивается на глазах у всей Америки.

С начала иранской операции госсекретарь Марко Рубио стал лицом администрации на международной арене: он ведет брифинги для Конгресса, выступает на всех воскресных ток-шоу, строит дипломатические коалиции и озвучивает ультиматумы Тегерану. Вице-президент Джей Ди Вэнс, напротив, практически исчез из публичного пространства по иранской теме, ограничиваясь скупыми формулировками о поддержке решения президента.

CNN также зафиксировал, что активность Вэнса в социальных сетях за первые 2 недели войны свелась к соболезнованиям по погибшим и репостам заявлений Трампа. Это нетипичное поведение для вице-президента в момент масштабного военного конфликта.

Символичной стала сцена 17 марта в Овальном кабинете на встрече Трампа с ирландским премьер-министром Михолом Мартином: когда журналисты задали вопрос о Кубе, Трамп повернулся к Рубио — «Марко, скажи пару слов». Когда речь зашла об атаке Ирана по американскому посольству в Багдаде, президент адресовал вопрос Вэнсу, который уклончиво отметил, что «посольство — это, очевидно, ответственность Марко как госсекретаря».

Разрыв в позициях подтвердили и источники Politico внутри Белого дома. По данным издания, Вэнс «скептически относился» к операции против Ирана, выразив сомнения относительно ее целесообразности.

Сам Трамп признал разницу во взглядах, назвав вице-президента «немного другим с точки зрения философии» и «может быть, менее заинтересованным».

Рынки предсказаний считают, что шансы Рубио стать президентом в 2028 году выросли с 6% в декабре до 18% к 12 марта, почти сравнявшись с показателем Вэнса (19%). При этом в обычных опросах общественного мнения Вэнс сохраняет значительное преимущество: согласно RealClearPolling, он набирает 45,4% против 11,9% у Рубио. Опрос McLaughlin по итогам первых 2 недель войны показал наличие поддержки в 36% у Вэнса и лишь 10% у Рубио.

Как война с Ираном вывела Марко Рубио в лидеры американской политики

В традиционной американской политической классификации «ястребами» называют сторонников активного военного вмешательства, а «изоляционистами» — противников зарубежных авантюр.

Рубио — «умеренный» политик, выходец из вашингтонского истеблишмента, сын кубинских эмигрантов, построивший карьеру на традиционных республиканских ценностях: сильная армия, поддержка Израиля, максимальное давление на Иран.

Вэнс же позиционирует себя как «популист» и «радикал», который выступает за коренной пересмотр внешней политики Республиканской партии в США в сторону изоляционизма. Ветеран иракской войны стал голосом рабочего класса, который устал от постоянных вторжений США в третьи страны.

Именно с обещанием не начинать новых войн Трамп победил на выборах 2024 года, и считалось, что выбор вице-президентом радикала Вэнса отражал этот настрой. Однако на практике глава Белого дома проводит политику, которую The Hill назвал «неоинтервенционизмом», то есть жесткой внешней политикой без оглядки на международное право и без формальных заявлений о защите демократических ценностей по всему миру.

Рубио сумел за год пребывания на посту госсекретаря переформатировать трамповскую идею «Америка прежде всего» (Make America Great Again, MAGA) из изоляционизма в доктрину «максимального сдерживания», по которой США отказываются от участия в международных организациях, но силой защищают свои интересы по всему миру.

Разрыв между риторикой и практикой ставит Вэнса в неудобное положение. В 2024 году он предупреждал, что война с Ираном была бы «огромным отвлечением ресурсов» и могла спровоцировать Третью мировую. Теперь он формально поддерживает операцию, объясняя свою прежнюю позицию исключительно недоверием к прошлым президентам. Однако радикальные республиканцы, идеологические союзники Джей Ди Вэнса и некогда самого Дональда Трампа вроде консервативного журналиста Такера Карлсона уже открыто называют удары по Ирану «злом» и ведут кампанию против операции в медиапространстве. 

«Невидимые праймериз»: почему судьба наследников Трампа зависит от цен на бензин и исхода выборов в Конгресс

Исход соперничества между Вэнсом и Рубио определит не только личную судьбу каждого из них, но и направление всей Республиканской партии после ухода из политики Дональда Трампа, который по Конституции не может избираться на третий срок.

Победа Рубио закрепила бы версию активного вмешательства. Победа Вэнса означала бы сохранение популистской базы рабочего класса, скептически настроенной к зарубежным авантюрам, но потенциально конфликтующей с нынешней военной политикой Трампа.

Для партии обе траектории сопряжены с рисками. Сценарий Рубио грозит потерей той части электората, которую MAGA привлек обещаниями невмешательства. Сценарий Вэнса — потерей истеблишмента и крупных спонсоров, которые последовательно разворачиваются к Рубио.

Ключевой переменной остается исход самой иранской операции. Если война завершится быстро и успешно, Рубио останется победителем, а Вэнс — пораженцем и скептиком. Если конфликт затянется, нефть закрепится выше $100 и американские потери возрастут, антивоенное крыло MAGA потребует от Вэнса определиться — и тогда его молчание может обернуться полезным ресурсом для укрепления позиций.

Промежуточные выборы ноября 2026 года станут первым реальным тестом для вице-президента. Как председатель финансового комитета Республиканской партии, Вэнс отвечает за сбор средств и поддержку кандидатов. Если он обеспечит партии успех, его рейтинг укрепится вне зависимости от иранского фактора. Если потерпит неудачу, партийные элиты получат аргумент в пользу поиска альтернативы.

По существу, Трамп намеренно держит вопрос о преемнике открытым. Он называет обоих политиков «фантастическими», предлагает воображаемый тандем на будущих выборах (президент Вэнс и вице-президент Рубио) как «непобедимый», но воздерживается от официального выдвижения обоих.

Один республиканский стратег сравнил происходящее с «реалити-шоу на стероидах», в котором постоянно меняются правила. В нынешней версии Рубио пока лидирует в «невидимых праймериз» — теневой борьбе за спонсоров, медиа и партийных игроков, которая задолго до официальной гонки определяет реального фаворита. Вэнс сохраняет перевес среди рядовых республиканских избирателей. Вопрос в том, чью сторону по итогу выберет Трамп.

Фото обложки: EPA / TASS