Колумнист

Черный рынок зеленых друзей: невидимая контрабанда комнатных растений

В мировых СМИ регулярно появляются сообщения о контрабанде растений, которые мы считаем «комнатными»: кактусов, суккулентов, орхидей и других. Браконьерство угрожает отдельным видам, целым экосистемам, местным сообществам и потенциально всем нам. При этом из-за феномена «растительной слепоты» проблема остается недостаточно изученной.

Постараемся разобраться, как работают легальный и черный рынки флоры и о чем стоит помнить, когда вы выбираете очередного зеленого друга на свой подоконник.

В работе над материалом нам помогли эксперты:

Легальный рынок: кто и где покупает растения в горшках

Для начала разберемся, из чего состоит рынок флоры.

Агроном и коллекционер Михаил Глазков условно разделяет покупателей на два типа — собирателей и коллекционеров. Первые покупают любые симпатичные растения, вторые избирательно создают уникальные коллекции, объединенные какой-либо характеристикой — от внешнего вида (вариегатные или с розовой пигментацией) до видовой принадлежности. 

В свою очередь, коллекционеры делятся на тех, кто специализируется на «модных растениях», например вариегатных с резными листьями вроде монстеры и рафидофоры, и тех, кто выбирает для себя более редкие и экзотические виды. Сам Михаил — страстно охотится за драгоценными орхидеями и растениями рода ардизия:

Коллекционеры, знаете, это люди не то что странные, а люди-маньяки, и я к таким отношусь. Я прямо настоящий маньяк.

Михаил добавляет, что некоторые коллекционеры отдают за редкие растения действительно большие суммы. Они покупают орхидеи за 100 000 рублей или небольшую рафидофору тетрасперму с восемью листиками за 1 396 500 рублей, а также добывают растения любыми другими способами.

Отдельная категория покупателей — малый бизнес, например цветочные магазины и студии фитодизайна.

Сооснователь цветочного проекта «Красная лейка» Антон Головков уточняет, что после высокого спроса в пандемию рынок утих: розничный магазин пришлось закрыть и переключиться на комплексное озеленение пространств. 90% его поставщиков — зарубежные теплицы в Нидерландах, Италии и Турции:

Я знаю, в какой теплице выращено то или иное растение — на каждом горшке есть Plant Passport. Но сами по себе документы и сертификаты ни мне, ни клиентам не интересны — важнее получить качественное растение.

Растительная география: откуда к нам едут растения 

Общеизвестный поставщик промышленно выращенных растений — Нидерланды. Именно оттуда приехало большинство горшочков в цветочном у дома: родились в теплицах и пересекали границы по легальным документам. 

Фото: Utrecht Robin / ABACA / TASS

Но не голландскими горшками едиными, особенно, когда хочется купить что-то более интересное, чем стандартный набор условного «зеленого уголка».

По словам ботаника и флориста Андрея Филоненко, есть два региона-донора растений:

  • Латинская Америка и в первую очередь Эквадор — центр биоразнообразия со множеством красивых растений;
  • Юго-Восточная Азия (ЮВА), где Таиланд — главный хаб, аккумулирующий импортно-экспортные потоки из Малайзии, Индонезии, Филиппин и других стран. 

Самостоятельно коллекционеры чаще заказывают растения из ЮВА — ближе к нам и больше шансов приехать живыми. В Сети можно найти единомышленников для совместных заказов, чтобы доставка получилась дешевле. 

Для пересечения российской границы у растений должен быть сертификат фитосанитарного контроля: он подтверждает отсутствие на экземпляре карантинных вредных организмов. 

С его получением у поставщиков, особенно небольших, могут возникнуть сложности. Впрочем, они быстро решаются — и у рынка появляются серые зоны.

«Фитосанитарный контроль подразумевает сдачу растения людям в погонах, которые привыкли заниматься сельхоз культурами», — поясняет Андрей Филоненко, — «Отдать им редкий экземпляр — практически означает его убить. При проверке важно соблюсти юридические формальности, а останется ли растение в живых, сотрудников волнует в последнюю очередь. Поэтому развивается нелегальная транспортировка всеми возможными способами — почтой, авиаперевозкой, по морю». 

Ex natura: все растения однажды были украдены 

Впрочем, большинство популярных растений на российском рынке, скорее всего, легальны. С одной неприятной деталью — когда-то предки каждого растения на наших подоконниках были украдены из природы тем или иным способом: аккуратно собраны ботаниками или вырваны из варварски уничтоженных экосистем.

Когда речь идет о появлении на рынке новых видов сегодня, глобальная ситуация изменилась не сильно. 

Фото: Marco Marques / Unsplash

Часть растений добывается «из природы» законным путем. Например, с вырубок, когда перед уничтожением участка леса владельцы земли позволяют собрать определенное количество флоры разных видов. У Михаила Глазкова есть несколько растений «из природы», но он аккуратно подходит к выбору экземпляров в свою коллекцию и отдает предпочтение тем, что размножены уже в культуре — у них лучше иммунитет. 

Но некоторые растения вполне могут быть добыты браконьерами. И сложность в том, что достоверно определить источник конкретного экземпляра практически невозможно. При том неясно, каков статус растений, выращенных в теплицах из браконьерского материнского образца — они уже легальны или пока не очень? И это еще одна причина появления серой зоны.

А поскольку глобальный рынок флоры контролируется гораздо хуже, чем следовало бы, то у конечного покупателя, такого как мы с вами, нет возможности достоверно определить этичность растения. Это чем-то напоминает ситуацию с алмазами: размыть происхождение камня легче, чем можно подумать.

Безусловно, оценочные объемы черного рынка флоры куда ниже рынка фауны и точно несопоставимы с другими сегментами черного рынка, но делает ли это проблему менее значимой?

В зоне риска кактусы, суккуленты, орхидеи и другие 

Угроза браконьерства нависает над различными видами: в зоне риска, в частности, орхидеи, ароидные, кактусы и суккуленты, саговники (цикасы) и даже хищные растения. Многие из них способны сохранять воду в листьях и других частях растения, что делает их устойчивыми к длительной транспортировке без почвы и света. 

Часто браконьерство затрагивает не просто редкие растения, но эндемики — виды, произрастающие строго в определенном месте. Сегодня в продаже есть даже растения с архипелага Сокотра (Йемен) — изолированного и особо охраняемого природного региона у побережья Сомали. Доходы от такой торговли не идут ни местным жителям, ни в локальные природоохранные программы.

Иллюстрация: «Московские новости»

Регулярно открываются и новые виды, которые могут оказаться в зоне риска.

По словам биолога и коллекционера Елизаветы Новиковой, только орхидей может быть открыто несколько десятков и даже сотен видов за год. Большинство из них не представляют ценности для коллекционеров, по крайней мере в России: для частных собраний, как правило, выбирают гибриды, адаптированные для жизни в неволе, с яркими крупными цветками. 

Однако это не означает, что в мире не найдется человека, желающего завладеть чем-то новеньким, пусть даже и «невзрачным». А если продавцам и другим участникам рынка удалось сформировать моду на тот или иной вид, таких желающих могут быть тысячи. 

Так, во времена викторианской Англии все помешались на орхидеях, явление получило название Орхиделириум: в результате пострадало множество видов, а с учетом низкого уровня знаний по уходу за этими цветами в неволе большинство добытых растений погибло. Сегодня 70% растений, зарегистрированных в CITES (Конвенция о международной торговле видами дикой флоры и фауны, находящимися под угрозой исчезновения), — это орхидеи.

Но почему бы не культивировать интересующие новые виды из нескольких экземпляров, аккуратно добытых в природе? Это долго и дорого. Например, на выращивание некоторых кактусов из семечки до растения, представляющего эстетическую ценность, может уйти от 5 до 10 лет. Иногда процесс не такой долгий, но рынок не любит ждать. 

3,5 тонны растений: контрабанда в цифрах

Как и в случае многих других объектов контрабанды, подсчет объемов черного рынка растений затруднен. Часто он включается в общую статистику по всей флоре, в том числе лесозаготовки, или идет под общим грифом «дикая природа», куда включена и фауна. 

Контрабанда растений чаще всего фиксируется отдельными случаями.

  • В 2019 году в аэропорту в Новой Зеландии арестована девушка, которая пыталась провезти примотанными к своему телу 947 кактусов и суккулентов на сумму более $10 000.
  • New Yorker в тексте 2023 года с подзаголовком «В то время как повальное увлечение суккулентами продолжается, иногда контрабандист и защитник природы — один и тот же человек» в числе прочего приводит данные о попытке перевести 5000 суккулентов вида D.Pachyphytum через мексиканско-американскую границу.
  • По данным Эрика Джампера (Eric Jumper), специального агента Службы рыболовства и дикой природы в США, один браконьер может заработать на торговле кактусами около $300 000 за полгода.
  • В самих Штатах, в Калифорнии, в 2018 году тоже произошло крупное преступление: тысячи суккулентов были украдены из дикой природы на севере штата — для дальнейшей отправки по почте в Китай и Корею.
  • В то время как участники рынка и опрошенные нами эксперты отмечают, что вырубка лесов и изменение почв под выращивание сельхоз культур является куда большей проблемой, чем браконьерство, Международный союз охраны природы (IUCN) указывает: именно незаконная торговля и неустойчивый сбор представляют основную угрозу для кактусов в целом — и для 47% их видов, находящихся под угрозой исчезновения.
  • Согласно отчету Интерпола о проведении операции «Гром 2022», направленной на обеспечение соблюдения конвенции CITES, было совершено около 2200 изъятий нелегальной дикой флоры и фауны, в том числе 710 кактусов, 125 орхидей и 7815 единиц (или 3,5 тонны) других растений. 

Бедность как стимул нелегальной торговли 

Отдельные страны прикладывают усилия для сохранения исчезающих видов, финансируют программы реинтродукции и даже могут остановить строительство многомиллионного крематория из-за нескольких орхидей. Но на подобное способны не все. 

Фото: Adrian Mato / Unsplash

В интервью «растительной» блогерше Саммер Рейн Оакс в 2022 году исполнительный директор Botanic Gardens Conservation International U.S. Эбби Мейер указала, что вместе с рынком в пандемию выросло число случаев браконьерства и нелегальной торговли — особенно в странах со слабой экономикой. 

По словам коллекционера Михаила Глазкова, наибольшие «запасы» девственных лесов и растений в дикой природе расположены в «бедных» регионах, где сложно обеспечить надлежащий контроль: в государствах Центральной Африки, Южной Америки, Юго-Восточной Азии, а также Индонезии, Папуа Новой Гвинее и на Острове Борнео

Еще одна страна, которая нередко фигурирует в отчетах о нелегальной торговле, — Южная Африка. В сообщении местного новостного агентства отмечается, что людей толкает на браконьерство бедность и высокий уровень безработицы. Нередко человек, который непосредственно едет в пустыню или пробирается в джунгли, не сколачивает себе состояние, но зарабатывает на хлеб. К тому же пандемия ограничила передвижения, и иностранные покупатели стали нанимать местных жителей для браконьерства, снабжая их данными GPS о локациях произрастания нужных растений. Один из исследователей проблемы в регионе пишет

Я также видел тысячи конфискованных растений в картонных коробках, ожидающих, чтобы их пересадили сотрудники охраны природы. Некоторые из коробок представляли собой, возможно, всю популяцию вида, полностью исчезнувшего в дикой природе.

Добытые браконьерами растения отправляются в Штаты, страны Европы, Китай, а в последние несколько лет все активнее и в другие страны Азии — Японию, Корею, Таиланд. Вероятно, последний занимает особое место в глобальной нелегальной торговле не только растениями, но и дикой природой в целом.

Таиланд — столица (нелегальной) торговли дикой природой

В пандемию некоторые страны ЮВА серьезно пострадали от сокращения турпотока, особенно Таиланд — ему пришлось переориентироваться на другие сферы экономики, в том числе на выращивание и экспорт растений.

Михаил Глазков: «Страна облегчила возможность получения карантинных сертификатов на растения, и они начали разлетаться по всему миру — огромный поток пошел в США и Европу. По моим данным, сегодня от Таиланда до США растение идет 2 дня — это нонсенс. В России с нашими транспортными компаниями и почтой такие сроки нереальны, что делает невозможным нормальное коллекционирование растений».

Растения стали для Таиланда источником доходов (и коррупции) государственного масштаба.

Андрей Филоненко: «Местные товарищи с удовольствием делают любые документы на что угодно. Если нужно, в липовых бумагах отразят, что растение выращено в питомнике, а не добыто из природы. Редкие краснокнижные растения подписывают левыми ширпотребными названиями. Если они доберутся до нас, то с теми документами, с которыми будет нужно».

Исследователи проблемы редко выделяют торговлю растениями в отдельное направление, как правило, флора включена в обобщенное wildlife — дикая природа, с акцентом на животных. В одном из отчетов ООН указано, что основными перевалочными пунктами флоры и фауны в ЮВА являются Малайзия, Сингапур, Таиланд и Вьетнам. Таиланд также замешан и в перегонке рогов носорогов из ЮАР, и слоновой кости из стран Африки в Китай, и в торговле амфибиями и рептилиями, в том числе с вероятным использованием поддельной документации и отчетности.

«Растительная слепота»: проблемы нет, если на нее не смотреть 

При погружении в тему неизбежно сталкиваешься с недостатком информации: исследователей и расследователей мало интересует нелегальная торговля флорой, ведь источник растения сложно отследить, да и объем рынка относительно невелик. А еще иногда люди просто слепы. 

Андрей Филоненко отмечает, что интерес к растениям в целом куда меньше, чем к животным: даже монет и почтовых марок с изображениями исчезающих видов фауны куда больше, чем с видами флоры. Всем миром спасают журавлей и амурских тигров, но краснокнижные орхидеи мало кого интересуют.

Так работает «растительная слепота» — «ошибочное антропоцентрическое причисление растений к низшим по отношению к животным». Проблемы флоры, за исключением нелегальной торговли древесиной, игнорируются государствами и правоохранителями, исследователями и благотворителями. Один из исследователей описывает это так:

Несколько парадоксально, что широко распространенное во многих культурах увлечение садами и озеленением, парками и другими городскими насаждениями <...> наряду с эстетической оценкой цветов в искусстве, литературе и обществе, а также дома в виде срезанных цветов и горшечных растений, не отражается в общественном признании роли и значения растений в природной среде.

И если торговля дикой фауной, связанная с деятельностью глобальных террористических организаций, вызывает серьезное беспокойство, то отдельные громкие случаи контрабанды флоры остаются на откуп локальным организациям и энтузиастам.

Известно, что на маленькую панду или тигренка люди жертвуют с куда большей охотой, чем на помощь рыбе-капле. Но когда речь идет о растениях, все еще сложнее: ну исчезнет кактус, и что?

Браконьерство — проблема не отдельных стран, но всего мира

Безусловно, браконьерство — не единственная угроза биоразнообразию. Например, мы уже отмечали вырубки лесов под сельхоз нужды. Глобальные изменения климата под воздействием антропогенных факторов тоже способствуют изменению экосистем. Но нелегальная добыча растений — одно из звеньев цепи. 

Иллюстрация: «Московские новости»

Кактусы и суккуленты способны накапливать воду, помните? В пустынных и засушливых регионах они являются важным источником воды для всех соседей по экосистеме, включая перелетных птиц. Браконьерство — не только нарушение локального законодательства и международных соглашений, но и преступление против биоразнообразия и будущего всей планеты.

Рэй Брэдбери писал, что одна раздавленная бабочка может изменить ход истории — а на что способен один кактус? 

Однако вопросы биоразнообразия редко останавливают коллекционеров и других участников рынка от желания обладать чем-то уникальным, а чтобы защититься от тягот морального выбора, включается сломанная логика: «Я хочу обладать чем-то редким» + «Из-за вырубок и проблем с экологией этот вид и так исчезнет в природе, пусть лучше растение попадет ко мне, ведь я знаю, как за ним ухаживать».

Таким образом, вместо того, чтобы способствовать сбережению естественной среды обитания растений, люди считают «сохранением» пребывание растений в горшках частных коллекций. 

Как не купить контрабандное растение в России 

Опрошенные нами эксперты отмечают, что основные потоки нелегальных растений до российских магазинов и цветочных баз не доезжают. 

Но помимо крупных поставщиков, существует множество частных продавцов. Так, при закупке экзотического экземпляра из Азии, нет гарантий, что он добыт этичным способом, тем более, интернет — значимый двигатель нелегальной торговли. Хотя проблема изучена плохо, предполагается, что большая часть нелегальных растений продается онлайн.

По словам Джареда Маргулиса из Университета Алабамы, «это происходит не в даркнете, это происходит на Ebay, в группах в [запрещенных в РФ соцсетях], на выставках коллекционеров. <...> Регуляция очень слабая. И это глобальная проблема».

При покупке редкого растения стоит проверить, не находится ли желанный вид уже на грани исчезновения, и обращать внимание на косвенные признаки.

Как не купить нелегальное добытое растение?

  • Держите в уме, что проблема браконьерства и контрабанды горшечных растений существует. Способствуйте повышению осведомленности о ней.
  • Не стоит стесняться интересоваться у продавцов источниками растений и документами на них. 
  • Откажитесь от покупки, если вы знаете или слышали, что продавец ранее был замешан в нелегальной торговле. 
  • При покупке через интернет обращайте внимание на внешний вид растений.

Я всегда внимательно смотрю на фотографии продаваемых растений: «природные» всегда выглядят неопрятно и одинаково: лежат кучкой с потрепанными листьями и оголенными корнями и ждут, пока их посадят.

Михаил Глазков, агроном и коллекционер

У растения из природы листики более помятые и поеденные — результат суровых условий жизни на улице. Размноженное в теплице будет аккуратным и чистым. Но это справедливо не для всех растений.

Андрей Филоненко, ботаник и флорист

На вопросы об осведомленности российского рынка о проблеме браконьерства и о наличии этики внутри сообщества коллекционеров опрошенные эксперты отвечали прямо: прибыль продавцов и приобретения коллекционеров почти не оставляют пространства для вопросов морали. 

Однако Андрей Филоненко уточняет, что в пределах коммьюнити некоторая этика все же существует: «Никто не будет задавать лишних вопросов, светить контакты, рассказывать или доносить на кого-то. Все всё понимают и не хотят ни с кем ссориться — иначе перекроют доступ и к растениям, и к инстанциям». 

И все же, если каким-то образом у вас в руках оказалось редкое и тем более «коллекционное» растение, стоит способствовать более быстрому его размножению, чтобы сбить цену и ажиотаж на рынке. Вы не спасете уже украденный экземпляр, но сократите риски для тех, кто пока еще остается на воле.

Копировать ссылкуСкопировано