Мария Найденышева

Самое высокое здание в мире

В 1922 году на Первом всесоюзном съезде советов прозвучала идея построить в Москве Дворец Советов. По задумке, здание должно было стать символом могущества и процветания коммунизма не только для советских граждан.

Пройдет еще 15 лет, прежде чем идея советского руководства начнет претворяться в жизнь. В 1932 году было проведено несколько конкурсов. В результате в 1934-м выбрали действительно грандиозный проект Дворца Советов архитектора Бориса Иофана, автора Дома на набережной.

Чтобы выполнить задание партии, советские архитекторы, никогда прежде не строившие высотки, изучали опыт зарубежных коллег. Некоторые идеи, как, например, создание зданий на основе стального каркаса, можно было почерпнуть из иностранных журналов, в которых американские архитекторы, застройщики, инвесторы и девелоперы публиковали свои чертежи в качестве рекламы. 

В целях изучения высотного строительства, выигравшие конкурс на проект Дворца Советов архитекторы — Борис Иофан, Владимир Щуко и Владимир Гельфрейх — дважды ездили в командировки в Нью-Йорк, где на тот момент уже стояли небоскребы, в том числе самое высокое здание в мире — 102-этажный Эмпайр-стейт-билдинг высотой 381 метр. Согласно задумке, 415-метровый Дворец Советов должен был его превзойти.

Они провели по несколько месяцев в этих путешествиях. Изучали все: устройство лифтов, систем подачи воды на верхние этажи, других коммуникаций. Все это было очень сложно и ново, ничего подобного в России на тот момент не было.

Андрей Бархин, архитектор, историк архитектуры

Архитектор Вячеслав Олтаржевский еще в 20-е годы уехал в США, где учился и работал на строительстве небоскребов больше 10 лет. После возвращения на родину его назначили главным архитектором ВДНХ. Изначально по техническому заданию для разовой выставки предполагались временные павильоны, исходя из чего Олтаржевский решил строить их из дерева. Однако почти перед завершением работ условия неожиданно поменяли — выставка должна была стать ежегодной, а павильоны простоять много лет. Срыв сроков, хотя и не по его вине, стал поводом для ареста Олтаржевского. Реабилитирован он был только после окончания Великой Отечественной войны и стал одним из авторов гостиницы «Украина».

В начале 30-х годов в Москву для консультаций была приглашена группа архитекторов от фирмы Альберта Кана, которого можно назвать строителем Детройта. В основном зарубежные специалисты участвовали в индустриальном строительстве, но советские инженеры получили возможность изучить их методы и перенять важные навыки. 

В отличие от московских зданий высотки Нью-Йорка или Чикаго достаточно лаконичные, почти всегда без шпилей. «Это были коммерческие здания, где заказчики ценили свои деньги, и поэтому там была немножко другая структура. Это были узкие башни со сравнительно небольшим сечением этажа — 20 на 20 метров, 30 на 30 метров», — поясняет Андрей Бархин. По сравнению с американскими застройщиками и архитекторами, советские мастера не были ограничены запросами корпораций и получили больший простор для воплощения своих идей. В то же время у них была задача превзойти своих иностранных коллег как в стилистических решениях, так и в общей высоте зданий.

Все это определило уникальный стиль московских высоток. Они строились на широких прочных фундаментах-основаниях, которые делали их более устойчивыми на сложных глинистых московских грунтах. Шпили же играли важную роль, увеличивая высоту зданий. Порой они составляли одну треть высоты всего объекта, именно это помогало им выигрывать в «росте» у заокеанских небоскребов.

Строительство грандиозного Дворца Советов началось только в 1939 году, в том числе потому, что после Гражданской войны экономика СССР была еще слишком ослаблена. Здание должно было появиться на месте Храма Христа Спасителя. Во время Великой Отечественной войны стройку снова приостановили, а после ее окончания вновь не смогли продолжить по экономическим причинам. В итоге станцию метро «Дворец Советов», которая задумывалась как подземный вестибюль здания, переименовали в «Кропоткинскую», а в котловане высотки в конце 50-х разместили бассейн «Москва». 

Подарок на день города

В 1947 году Москва должна была отметить свое 800-летие. К празднику приурочили строительство восьми высотных зданий, каждое из которых должно было ознаменовать одно столетие. Их фундаменты были заложены в один и тот же день и в один и тот же час — в 13:00 7 сентября.

Проект административного здания, которое должно было стоять на месте современного парка «Зарядье», так и не был реализован. Изначально его восьмой этаж отводили под нужды Наркомата тяжелой промышленности, а позже хотели разместить там Министерство внутренних дел. Здание начали возводить, но строительство приостановили после смерти Сталина, а позже от проекта и вовсе отказались. 

Уникальные проекты сталинских высоток стали настоящей сверхзадачей, которую советские архитекторы успешно выполнили. Такая колоссальная работа, сопровождавшаяся множеством трудностей, стала благодатной почвой для появления мифов и городских легенд, связанных с ней.

1. Под зданием МГУ стоят морозильные установки, которые не дают ему обрушиться

Строительство высотных зданий в Москве действительно было крайне сложной задачей. Не только потому, что ничего подобного в городе до этого не строили, но и потому, что под улицами Москвы с конца 30-х годов уже ходило метро, а почва в городе намного меньше приспособлена для подобного строительства, чем, например, в Нью-Йорке или Чикаго, стоящих на скальных породах. Московский грунт во многих местах состоит из участков, насыщенных водой, так называемых плывунов.

Говорят, что увидев проект архитектора Бориса Иофана, Сталин якобы сказал «Так у вас МГУ в реку сползет». После этого здание отодвинули от набережной, а при строительстве применили технологию заморозки почвы. Так появилась городская легенда о том, что в подвалах главного корпуса университета стоят гигантские холодильники, а если они отключатся, здание разрушится.

Никаких морозильных установок в подвалах МГУ нет. Во-первых, в этом нет необходимости, поскольку с грунтом все нормально. Во-вторых, существуют фотографии, как выглядели фундаменты МГУ. Просто очень большое и широкое бетонное плато удерживает всю центральную часть здания.

Андрей Бархин, архитектор, историк архитектуры

Этот тип фундамента представлял собой железобетонную коробку небольшой высоты с толстыми стенками, которую поместили в глубокий котлован. Она служит зданию своеобразной подставкой, которое приобретает большую устойчивость по принципу неваляшки.

Заморозка грунта действительно применялась, но при создании высотного здания Министерства путей сообщения на Садовой-Спасской улице. Архитекторы пошли на большой риск, решившись реализовать столь сложный проект над уже построенной к тому времени линией метро.

При этом советские инженеры прекрасно понимали, что после отключения морозильных установок почва начнет проседать. Поэтому был произведен расчет — и каркас здания выстроили с небольшим контрнаклоном. Когда грунт вернулся к естественным температурам, здание на несколько долей градуса изменило наклон и выровнялось, шпиль пришел в вертикальное положение. Такая уникальная технология больше не применялась.

2. Под зданием МГУ есть тайный город

Легенда о секретном городе под главным корпусом вуза и его территорией строится отчасти на том, что долгое время возле здания был пустырь. Это выглядело необъяснимым в густо заселенном, достаточно популярном районе.

Согласно слухам, тайный город был построен еще при Сталине. Он якобы представляет из себя гигантский бункер для лидеров страны и их семей, в котором можно находиться около 30 лет, не выходя на поверхность. Об этом в 1992 году со ссылкой на некоего бывшего сотрудника КГБ рассказал американский журнал Time. Попасть в тайный город, по слухам, можно через некий механизм в фонтане, через закрытый павильон возле биологического факультета или даже с помощью обычного лифта в здании, если набрать специальную комбинацию.

В 2015 году масла в огонь подлил и ректор вуза Виктор Садовничий. Отвечая на вопросы журналистов, он сказал, что с МГУ соседствуют территории, «где есть целые подземные города».

На самом деле под высоткой действительно возведены масштабные сооружения, которые являются частью того самого фундамента, удерживающего здание. Раменский пустырь за высоткой после войны был выбран как альтернативная, вторая площадка для Дворца Советов. Там даже начали сооружать подземные коммуникации.

Позже, когда от проекта Дворца Советов отказались, в пустых подземных помещениях создали городской штаб обороны. Многие документы по нему уже рассекречены. Однако вместо квартир, кинотеатров и других удобств для первых лиц страны, о которых писал журнал Time, там расположены рабочие кабинеты и узлы связи.

3. Высотки — это пирамиды

Много вопросов у обывателей и профессионалов вызывает расположение зданий относительно генплана города. Если МИД или главное здание МГУ стоят на выгодных позициях, сочетаясь с окружающим городским пейзажем, то, например, высотка МПС на Красных Воротах стоит рядом с гостиницей «Ленинградская», но не образует с ней единого ансамбля. Высотку на Котельнической набережной и вовсе начали возводить на месте, где уже шла стройка жилого здания. 

Это породило множество городских легенд. В том числе мистическую теорию, сторонники которой сравнивают здания с египетскими или пирамидами майя. По мнению мистиков, все высотки стоят на месте кровопролитных исторических событий, впитывая в себя эту энергию. Авторы теории утверждают, что если взять карту Москвы, обозначить на ней места строительства всех существующих сегодня и задуманных, но нереализованных высоток, и провести от каждой из них линию к центру, они сойдутся в одной точке — там, где должен был стоять Дворец Советов. Именно там, в одном из залов, Сталин, увлекавшийся мистикой, якобы хотел построить личный мавзолей.

Конечно, эта теория не выдерживает критики. К тому же соединить все здания на карте так, чтобы лучи от них сходились в центре, невозможно. Тезис же о строительстве на месте кровавых расправ тоже нельзя считать верным. Москва — большой старый город, где произошло много исторических событий. Если учитывать этот факт, можно сказать, что вся центральная часть стоит «на костях». Такие места, как Ходынское поле, возможно, могут похвастаться и куда более кровавой историей.

Исследователь истории архитектуры Юлия Старостенко объясняет это тем, что места возведения зданий предлагали министерства, курировавшие строительство. Они предоставляли те участки, которые были в их распоряжении. Поэтому и площадки были выбраны несколько хаотично.

4. Квартиры в высотках приносили жильцам несчастья

Жить в высотке было пределом мечтаний многих советских граждан. Стоит вспомнить хотя бы восторг героини Ирины Муравьевой из фильма «Москва слезам не верит» в момент, когда она узнает о возможности хоть ненадолго переселиться «в высотное». Полностью жилых высоток в Москве две — на Кудринской площади (у метро «Баррикадная») и на Котельнической набережной. Квартиры в них давали работникам министерств, певцам, артистам кино и цирка, инженерам, профессорам. Некоторые отмечают, что у многих из них неудачно сложилась судьба.

Квартиру на втором этаже в высотке на Котельнической долгое время занимала Фаина Раневская. Знаменитая артистка, всю жизнь не сходившая с экранов, играла в основном второстепенные роли и окончила свои дни в обществе любимого пса.

Жившая рядом с ней балерина Галина Уланова, оставшись в конце жизни одна, чувствовала себя беспомощной и очень одинокой, пока не встретила свою подругу и компаньонку — журналистку Татьяну Агафонову. Несмотря на несколько лет, прожитых в гармонии со своей «приемной дочерью», балерина пережила ее и умерла в полном одиночестве.

В доме на Баррикадной жил Петр Алейников. Он снялся во множестве довоенных фильмов, его любил зритель, но впоследствии актер, будучи заложником одного образа веселого деревенского парня, потерял популярность и начал страдать от алкоголизма. Говорят, он часто ходил в соседний с домом зоопарк, где напивался со смотрителями. Алейников умер в 51 год.

Его соседями были Мирон и Вера Вовси, главные фигуранты «дела врачей» — сфабрикованного процесса против группы медиков, якобы намеревавшихся убить ряд партийных лидеров. До смерти Сталина, после которой дело развалилось, обвиняемые проходили через аресты и пытки.

На самом деле такие трагичные судьбы совсем не редкость для известных и творческих личностей. Особенности их профессии часто мешают личной жизни. Так, например, Галина Уланова намеренно отказалась от семьи, решив, что материнство будет несовместимо с ее карьерой.

Несправедливые обвинения и аресты в отношении знаменитых деятелей совсем не были редкостью, известно, что в СССР, особенно в сталинские времена, передовые работники находились под строгим контролем. Когда же их деятельность воспринималась как опасная для идеологии партии, они подвергались репрессиям.

5. Из высотки на Баррикадной кто-то за кем-то следил

Еще одна легенда родилась из рассказа жителей высотки на Кудринской площади. Они якобы видели как к зданию подъезжали машины с немосковскими номерами, а из них выгружали радиоаппаратуру. Говорят, что ее устанавливали в квартиры верхних этажей, откуда предварительно выселили жильцов.

Как тут не припомнить, что примерно в то время, когда началось строительство высотки, посольство США переехало в окрестности Кудринской площади. Теперь его двор прекрасно просматривается даже из обычных квартир верхних этажей. Уж не для слежки ли за сотрудниками посольства появились эти устройства?

Согласно другой легенде, радиоаппаратуру устанавливали в квартиры высокопоставленных жильцов, чтобы подслушивать их разговоры. Известно, что в доме жили авиаконструкторы Юрий Гусев и Илья Закс, актриса Элина Быстрицкая, позже арестованный инженер, разработчик жидкого топлива для ракет Валентин Глушко.

Москвоведы и исследователи утверждают, что небольшая пустая комната в верхних этажах высотки действительно есть и в ней на самом деле было установлено какое-то оборудование. Однако до сих пор неизвестно, кто и зачем его использовал.

Сегодня коммуналки у многих ассоциируются с советским прошлым, однако их идея зародилась еще до революции. Началось все с доходных домов, где снимали комнаты горожане, которые не могли позволить себе полноценное жилье. Вспомним студента Раскольникова, ютившегося в комнатушке под крышей.

Все изменилось после революции. Если раньше работать, учиться и искать лучшей жизни ехали в Петербург, теперь новым пунктом назначения стала Москва. И уже тогда она очень быстро стала «нерезиновой». Жилья катастрофически не хватало, многим вновь прибывшим приходилось жить в совершенно неприспособленных для этого помещениях: от просто неотапливаемых домов до пустующих помещений внутри Кремля.

Ради решения этой проблемы родилась идея «уплотнения». В 1918 году право частной собственности официально упразднили декретом президиума ВЦИК и установили норму заселения: одна комната на человека. Слишком большие помещения начали делить, а в квартиры к тем, у кого были «излишки жилплощади», подселяли соседей. 

Архитекторы нового мира

Такая, казалось бы, непривычная и катастрофическая ситуация подарила новые пути для развития и творчества целой группе архитекторов молодой советской страны. Решая задачу создания бюджетного массового жилья, они начали строить дома для людей будущего.

По их задумкам, бытовая рутина должна была остаться в прошлом, чтобы человек трудился на благо своей страны, получая от государства все необходимое для комфортной жизни. Так, в домах будущего не было кухни, потому что для граждан работали столовые и фабрики-кухни. Не было гостиных, вместо которых для жильцов создавали специальные общие рекреации на этажах. В результате оставались небольшие комнаты с местом для сна, столом для работы и эргономичным санузлом-душем.

Одним из первых примеров такого жилья стал Дом для работников Народного комиссариата финансов на Новинском бульваре, более знакомый как Дом Наркомфина, где вместо квартир были ячейки. Однако его архитектор — Моисей Гинзбург — считал свой проект министерского дома скорее переходным, лишь готовящим граждан к обобществленному быту и новому укладу жизни.

К примеру, в квартирах там были индивидуальные душевые, а экономии пространства автор добивался за счет необычных решений в планировке, например, двухуровневых квартир. По проекту в доме планировалось построить солярий на крыше, спортзал, гараж, прачечную, кухню и две столовые. Одна из них была задумана как летняя, на открытом воздухе. Тогда не все эти планы удалось реализовать. Дом был реконструирован в 2015 году и сейчас предлагает покупателям двухуровневые квартиры премиум-класса.

Настоящим социальным экспериментом, воплощением идей о жизни людей будущего можно назвать Дом-коммуну на улице Орджоникидзе. Он был построен в 1929–1930 годах по проекту архитектора Ивана Николаева как общежитие для студентов Текстильного института и задумывался исходя из того, что жизнь человека будет превращена в некий конвейер, где ему не придется тратить ни минуты времени на организацию быта.

Личное пространство здесь тоже было минимизировано. К нему можно было отнести, пожалуй, только спальные кабины на два человека по 2 с небольшим квадратных метра за стеклянными перегородками. Быт жильца был распланирован буквально по шагам. После пробуждения в строго определенное время он отправлялся в санитарный корпус в душевую и на зарядку, потом в общественный корпус — в столовую, а после — на занятия.

Сегодня в этом здании все так же живут студенты, хоть комнаты и расширены, а почти все помещения модернизированы. Это общежитие несколько раз получало награды как лучшее в Москве.

Первые коммуналки и их жильцы

Если вспомнить об уплотнении и расселении больших квартир, можно сделать вывод о том, что коммуналки начали появляться в центре Москвы, за стенами исторических фасадов.

Один из примеров таких домов — дом № 10 на Большой Садовой улице, ставший прообразом дома 302-бис из романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». В нем, как раз в коммунальной квартире, жила семья писателя после переезда в Москву. С ними соседствовали еще 16 человек. Буквально через стенку от семьи Булгаковых жили пьяницы и неблагополучные семьи. Становясь невольным свидетелем их скандалов и драк, Михаил Афанасьевич несколько раз даже вызывал милицию, но в результате чуть не был оштрафован сам за ложный вызов, потому что участники скандала запирались на ключ и отказывались впускать правоохранителей. «Гнусная комната гнусного дома», — писал Булгаков об этом жилье в своих дневниках.

По соседству с Булгаковыми, в том же доме № 10 жил художник Георгий Якулов, который пытался через суд отстоять свою мастерскую и доказать, что она не является жилым помещением, а значит, заселять туда жильцов нельзя. В такой же ситуации находились и другие известные московские художники — Петр Кончаловский и живописец Николай фон Бооль, по совместительству бывший управляющий Московской конторой императорских театров.

Говоря о теме «уплотнения», мы уже вспоминали профессора Преображенского. Его прототипу, известному врачу Николаю Михайловичу Покровскому, жившему на Пречистенке, в отличие от книжного профессора свою жилплощадь не помогла спасти «окончательная, фактическая, настоящая бумажка-броня». К доктору подселили жильцов, несмотря на документы, доказывающие, что Николай Покровский работает на дому и не может жить и принимать пациентов всего в одной комнате, полагавшейся ему по нормативу.

От утопии к современности

Первые подробные детские воспоминания связаны у нее именно с такой квартирой на Скаковой улице, в здании, где сегодня находится театр классического балета. Запах свежевыстиранного хрустящего белья, которое соседи сушили на чердаке, чайный гриб в банке, вид на Ленинградский проспект из высокого окна, ужины за общим столом и слышный на всю округу гудок, по которому родители утром уходили на работу, на авиационный завод, а вечером — возвращались домой.

Семья из шести человек жила в комнате площадью 9 квадратных метров с небольшим чуланом, а иногда в гости приезжали родственники. Дверь в квартиру запирали только на ночь. Маленькая Таня ходила в гости к соседям — бывшему наезднику с Центрального Московского ипподрома дяде Ване и его сестре бабе Нюре. Если у родителей не было времени, они забирали ее из детсада.

В третьей комнате коммуналки жила со своей семьей пожилая женщина. Позже Татьяна Константиновна узнала от своих родителей, что отец этой ее соседки до революции был владельцем всего четырехэтажного дома. Когда Таня пошла в школу, от этих соседей она получила подарок — капроновые ленты, из которых получились пышные белые банты.

Семья несколько раз переезжала из коммуналки в коммуналку. Разительно отличались отношения с соседями в последней квартире, из которой они перебрались в отдельное жилье. Семье из пяти человек досталась комната в 20 квадратных метров, что, возможно, стало предметом зависти. Скандалов не было, но соседи практически не общались. Даже дети, учившиеся в одной школе и каждый день возвращавшиеся домой в одну и ту же квартиру, не дружили.

Переезд в отдельную квартиру, которую семья получила от завода, был настоящим событием. «Я живу в ином мире. Это было счастье», — описывает свои впечатления Татьяна Константиновна.

Несмотря на то, что новый дом казался сказкой и произвел сильные впечатления, «квартирный вопрос» не казался таким уж острым. «Другая атмосфера жизни. Жизнь в квартире, меня не волновала абсолютно».

Взрослые работали, дети были погружены в учебу, игры, занятия в творческих кружках и спортивных секциях, позже начались походы в кино и театры, на демонстрации на Ленинградском проспекте.

Нас любили и мы любили. Поэтому нас не коснулся ни голод, ни какие-то потрясения жизненные абсолютно. Мы были счастливы.

«Соседи — не самое страшное, что может быть в коммуналке», — говорит Людмила.

Ремонта в квартире, словно взятой с экрана советского фильма, не было лет 40. Из комнат доцента МЭИ вывезли больше 400 кг макулатуры, в них сделали косметический ремонт, вставили новые пластиковые окна, заменили проводку и поставили новый счетчик (платежки за свет приходят не общие, а отдельные каждой семье), а в общей ванной комнате залили свежей эмалью советскую чугунную ванну, в коридоре поклеили свежие обои, но только на своей половине — соседи были не готовы участвовать в ремонте общего пространства.

Соседями Людмилы оказалась молодая супружеская пара с семимесячным  ребенком и кошкой. С ними легко удалось договориться и по поводу шумного ремонта, на время которого они уезжали к родственникам или на дачу, и насчет музыкальных занятий детей. Благо шумоизоляция в добротном кирпичном доме отличная. Встреча питомцев двух семей прошла мирно. Соседи даже спросили, можно ли брать с собой на прогулку с ребенком бишона-фризе Людмилы, чтобы он не скучал днем в одиночестве, скуля под дверью в ожидании хозяев.

Но все же, как отмечает Людмила, всегда нужно помнить, что ты в квартире не один, и периодически напоминать об этом детям, чтобы те не слишком шумели в вечернее время и соблюдали график посещения ванной, в которой больше нельзя нежиться сколько захочется.

Людмила говорит, что проводит дома в лучшем случае часа 2–3, и все это время — в своих комнатах. На кухне разве что готовят и ужинают, поэтому тот факт, что часть квартиры приходится делить с соседями, становится не столь уж и важным.

Сюда заселяли девушек, учившихся в техникуме на швей и работниц швейной фабрики. Со временем они обзаводились мужьями и детьми. Общежитие стало семейным, и его передали в собственность городу, а квартирам присвоили статус коммунальных.

Их расположение может представить себе любой бывший студент. Длинный коридор с рядом дверей в комнаты, на весь этаж одна кухня, два туалета и один душ, которым жильцы пользуются в порядке очереди. В местах общего пользования установлено дежурство: кто и когда делает уборку.

Ксения рассказывает, что с соседями ей повезло. Между жильцами не бывает скандалов, всегда можно попросить о помощи. «Те, кто хорошо общаются, приглашают друг друга в гости на чай, или просто заходят поболтать. Раньше жила женщина на этаже, которая каждое воскресенье пекла блины на четырех сковородках и потом угощала соседей. Сейчас она переехала».

По ее словам, многие соседи стараются уехать: берут ипотеку, получают субсидию на жилье. Сама Ксения рассказывает, что у нее с жизнью в коммуналке связаны детство, юность, самые хорошие периоды в жизни, поэтому она готова мириться с некоторыми неудобствами, несмотря на то, что жить в отдельной квартире комфортнее.