Мир в огнеДеталиИран и Израиль

Переговоры в Белом доме: почему Трамп и Нетаньяху не пришли к согласию по Ирану

Дональд Трамп готов проверить Иран на прочность дипломатией, и это — главный кошмар Биньямина Нетаньяху. На фоне последствий 12-дневной войны и давления лоббистов союзники пытаются найти баланс между американским прагматизмом и израильской безопасностью.

В Белом доме прошли переговоры Дональда Трампа и Биньямина Нетаньяху

Почти трехчасовая встреча президента США Дональда Трампа с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху в Белом доме 11 февраля завершилась без конкретных договоренностей по иранскому вопросу.

Ничего окончательного достигнуто не было, кроме того, что я настоял на продолжении переговоров с Ираном, чтобы посмотреть, можно ли заключить сделку. 

Дональд Трамп
президент США

При этом амеркиканский президент дал понять, что соглашение с Ираном будет наиболее предпочтительным вариантом. «Если нет, нам придется посмотреть, каким будет исход», — добавил Трамп.

Дональд Трамп и Биньямин Нетаньяху
Биньямин Нетаньяху и Дональд Трамп
Фото: Alex Brandon / AP / TASS

Нетаньяху покинул Белый дом, не сделав заявлений. Канцелярия израильского премьера опубликовала краткое сообщение, в котором отметила, что стороны обсудили «переговоры с Ираном, ситуацию в Газе и региональные события».

«Премьер-министр подчеркнул потребности Израиля в безопасности в контексте переговоров, и обе стороны договорились поддерживать тесную координацию», — говорится в заявлении.

Перед встречей с Трампом Нетаньяху провел переговоры с госсекретарем Марко Рубио, во время которых подписал соглашение о вступлении Израиля в инициативу Трампа «Совет мира» — многостороннюю структуру, изначально предназначенную для надзора за выполнением плана по прекращению огня в Газе, но впоследствии расширенную президентом США для решения глобальных конфликтов. Первое заседание Совета запланировано на 19 февраля в Вашингтоне для обсуждения восстановления Газы.

Почему Израиль боится новой ядерной сделки США и Ирана

Визит израильского премьера в Вашингтон стал седьмым за второй срок Дональда Трампа и прошел после первого раунда непрямых переговоров США и Ирана, состоявшихся в Омане 6–7 февраля. Они стали первыми со времени окончания так называемой 12-дневной войны между Израилем и Ираном в июне 2025 года.

С 13 по 24 июня 2025 года Израиль провел операцию «Восходящий лев», нанеся удары по ядерным объектам и военной инфраструктуре Ирана. Иран ответил залпами баллистических ракет и дронов по израильским городам. 22 июня к конфликту присоединились США, нанеся удары по трем иранским ядерным объектам в рамках операции «Полуночный молот». 24 июня при посредничестве США и Катара было заключено перемирие. После войны переговоры были заморожены почти на 8 месяцев.

Встреча в Омане завершилась договоренностью о продолжении контактов. Иранский министр назвал переговоры «хорошим началом». Трамп же после встречи заявил, что Иран «очень хочет заключить сделку», но не уточнил детали.

Именно атмосфера осторожного оптимизма и встревожила Нетаньяху. Позиция Израиля заключается в том, что переговоры должны включать ограничения на крупнейший в регионе арсенал баллистических ракет Ирана. Последний конфликт продемонстрировал, что иранские системы способны пробивать ПРО Израиля. Также Нетаньяху хочет добиться прекращения поддержки Тегераном группировок «ХАМАС» и ливанской «Хезболлы», с которыми Тель-Авив ведет войну. Трамп в интервью Axios назвал включение ракет в переговоры «очевидным шагом», но Иран категорически отверг это требование. Старший советник верховного лидера Али Шамхани заявил, что ракетная программа является «красной линией» и не подлежит обсуждению.

Способен ли Нетаньяху повлиять на переговоры Вашингтона и Тегерана

Вопрос о том, насколько израильский премьер может повлиять на позицию Трампа по Ирану, остается открытым. Израильское лобби в США, прежде всего Американо-Израильский комитет по общественным связям (AIPAC), играло значительную роль в формировании политики Вашингтона в отношении Тегерана.

Во время переговоров по иранской ядерной сделке 2015 года (СВПД), которая разрешала Тегерану использовать атомную энергию для генерации электричества, AIPAC развернул кампанию против соглашения, потратив до $40 млн на рекламу в 23 штатах. Администрация президента-демократа Барака Обамы в итоге заключила СВПД, в 2018 году Трамп вышел из соглашения.

Однако нынешняя ситуация отличается от времен СВПД. Иран после 12-дневной войны и массовых протестов в стране в декабре–январе сильно ослаблен экономически и политически, что создает окно возможностей для дипломатии, которое Трамп не хочет упустить.

Дональд Трамп и Биньямин Нетаньяху
Фото: Daniel Torok / White House

Сам Белый дом также демонстрирует прагматизм. Несмотря на жесткую риторику, Трамп подчеркивал, что предпочитает дипломатическое решение военному.

Также растет усталость американских союзников на Ближнем Востоке от перспективы нового конфликта. Эскалация в Персидском заливе, через который проходит более пятой части мировой нефти, может привести к резкому росту цен на энергоносители и дестабилизации всего региона.

Тем не менее влияние Нетаньяху на американскую политику не стоит недооценивать. Его вступление в «Совет мира» Трампа может дать ему дополнительную платформу для координации с Вашингтоном.

Дополнительным фактором давления на Трампа стал вопрос о Западном береге. Накануне визита Нетаньяху в Вашингтон правительство безопасности Израиля утвердило меры, значительно расширяющие контроль Тель-Авива над оккупированными территориями, включая передачу полномочий по выдаче строительных разрешений в Хевроне от Палестинской автономии Израилю. 

Министр финансов Бецалель Смотрих заявил, что изменения направлены на «углубление наших корней во всех регионах Земли Израиля и похороны идеи палестинского государства». Администрация Трампа заявила, что не поддерживает аннексию Западного берега. Действия Тель-Авива могут сорвать долгосрочное урегулирование конфликта, которое нынешняя администрация в Белом доме считает имиджевой задачей для укрепления рейтингов перед промежуточными выборами в Конгресс.

Фото обложки: Alex Brandon / AP / TASS

Копировать ссылкуСкопировано