Капитал

Все выше и выше

Инфляция в России и мире растет рекордными темпами. Быстрее всего дорожают продовольственные товары — и это самая опасная часть показателя, ведь она напрямую влияет на поведение и настроение россиян. «Московские новости» выяснили, что, с одной стороны, инфляционный пик мы проходим сейчас, и есть надежда, что в следующем году доходы не будут обесцениваться с такой скоростью. Однако сообщения о новом штамме коронавируса говорят о том, что все факторы, ведущие к росту цен, усилятся. Эксперты советуют: надеяться на то, что цены будут меньше расти, можно, но властям стоит задуматься, что делать, если этого не произойдет.

Тонкости расчета

По данным Росстата, годовой индекс потребительских цен на 22 ноября 2021 года вырос на 7,02%. Много, но вполне сопоставимо с рекордными американскими 5%. Но эта цифра резко контрастирует с тем, что мы видим, приходя в магазин. Все дело в том, что цены на товары растут быстрее, чем цены на услуги. Причем стремительнее всего дорожает продовольствие.

Фото: Артем Геодакян / ТАСС

Коммунальные услуги и топливо. Они выросли незначительно, несмотря на высокие мировые цены на газ — около $1000 за тысячу кубометров. Топливо для автомобилей подорожало меньше общей инфляции, хотя цены на нефть высокие — около $70/барр.

Стройматериалы. Сильно подорожали стройматериалы, так что строить дом стало дороговато.

Неудивительно, что и цены на квартиры, несмотря на падение спроса после изменения условий льготной ипотеки, снижаться не хотят: застройщикам надо «отбить» подорожавшее строительство. В результате, по данным аналитического портала «Индикаторы рынка недвижимости», в октябре цены на квартиры Москвы и Подмосковья продолжали рост.

  • Москва — на 1,3%
  • Новая Москва — на 1,5%
  • Подмосковье — на 1,9%

Одежда и обувь. Они подорожали несильно, особенно детские. 

Впрочем, стоит ожидать, что носки, футболки и прочие товары, содержащие хлопок, будут дорожать быстрее. Дело в том, что цены на хлопок обновляют 10-летние максимумы: на американской бирже ICE за год фьючерсы на хлопок выросли на 58%, и рост продолжается. Происходит это на фоне запрета США на импорт продукции из основного поставщика хлопка — Китая. В США и Индии, откуда также везут хлопок, его станет значительно меньше — из-за проливных дождей. 

Так что стоит ждать подорожания не только футболок, носков и летних платьев, но и, например, предметов гигиены. Могут опять подорожать медицинские маски: с начала года они подешевели на 20% в связи с отсутствием дефицита. Впрочем, учитывая, что их цена до сих пор в 20 раз выше допандемийного уровня, возможно, именно маски подорожание не затронет. А пока предметы гигиены дорожают не так сильно.

Паутина подорожания

Пример с хлопком показывает, как сложно устроена нынешняя инфляция. Здесь и протекционистские и запретительные меры, принятые зачастую еще до пандемии, и природные факторы. Но все же, как отмечают все эксперты, основным фактором являются сбои в доставке — как товаров, так и сырья и компонентов.

Стоимость доставки грузов выросла так же, как и цены на сырье. Вместе с дефицитом полупроводников они были теми первоначальными факторами, которые стимулировали всплеск инфляции.

Михаил Шульгин начальник отдела глобальных исследований «Открытие Инвестиции»

Например, опубликованный сетью магазинов фиксированных цен Fix Price отчет по итогам третьего квартала 2021 года указал, что инфляция нашла отражение в росте цен практически на все товарные категории «от булавки до самолета», а дефицит контейнеров приводит к росту ставок на перевозки в 5–10 раз.

Фото: Юрий Смитюк / ТАСС

О размахе проблем с логистикой говорят данные о стоимости перевозок и контейнеров. Baltic Dry Index, отслеживающий цены на перевозку контейнерных и насыпных грузов морским транспортом, с начала года вырос на 100%, до 2759 п. Однако сейчас ситуация нормализуется: индекс, достигнув максимума за 13 лет в октябре 2021 года (5650 п.), к сегодняшнему дню снизился на 51%. То же самое произошло и со стоимостью фрахта контейнеров: минус 7% с октября ($13,8 тыс. за контейнер). Шульгин уверен: тенденция к снижению в ближайшие месяцы получит продолжение.

Еще одна важная проблема, которая привела к росту инфляции, — сбои в самих поставках. По мнению инвестиционного банка Goldman Sachs, именно они «отвечают» за 80% роста цен. Конференция ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) подсчитала, сколько добавляет рост стоимости перевозок к цене различных товаров.

Самое неприятное в том, что проблемы транспортировки имеют мультипликативный эффект, действуя сразу на все звенья логистических цепочек. Сбои в поставках сырья приводят к сбоям в поставках комплектующих, те, в свою очередь, влияют на производство готовой продукции, которую тоже стало трудно и дорого доставить потребителю. 

Новые локдауны, особенно в Азии, добавляют этой неразберихе «перчинки». Например, те же кроссовки могут начать дорожать быстрее. Почему? Nike, Puma и Adidas дружно снизили прогнозы выручки на следующий год и даже боятся, что их продукции не хватит на рождественские распродажи: к проблемам логистики в Азии добавилось закрытие заводов этих производителей во Вьетнаме из-за роста заболевших. В прошлом году производители спортивной обуви вывели сюда производство из Китая — в связи с локдаунами и конфликтами из-за использования на фабриках принудительного труда уйгуров. Теперь, возможно, придется возвращаться в Китай, но даже если он не уйдет вновь на карантин, затраты на второй за 2 года перевод производства будут перекладывать на потребителей.

Фото: Marcus Brandt / dpa / Globallookpress

А ведь перебои в логистике и локдауны — только часть существующих проблем. Остальные, даже если сейчас их вина в росте цен — лишь 20%, никуда не денутся и после окончания пандемии. 

Глобальная инфляция вызвана сочетанием нескольких групп факторов, говорит Ольга Беленькая, руководитель отдела макроэкономического анализа ФГ «ФИНАМ». 

  • Стимулирование спроса в развитых экономиках: для этого использовались меры, беспрецедентные по масштабу: бюджетные дефициты и вливания ликвидности на триллионы долларов со стороны центробанков (что наводнило рынки деньгами при сокращении предложения товаров. — Прим. ред.). 
  • Изменение структуры спроса. Потребители стали тратить меньше на услуги и больше — на товары.
  • Кризис поставок. Производственно-логистические цепочки так и не восстановились после пандемии. 
  • Изменение структуры рынка труда и дефицит трудовых ресурсов в отдельных отраслях.
  • Масштабные планы стран по энергопереходу. Именно они привели к повышению мировых цен на металлы и временному дефициту энергоресурсов.
Фото: Гавриил Григоров / ТАСС

В России рост цен на непродовольственные товары во многом зависит и от степени их необходимости. Так, отмечает Шульгин, в октябре наибольший рост наблюдался в группе товаров текущего пользования — с 4,8% до 5% год к году — в основном за счет роста цен на предметы гардероба — одежду, трикотажные изделия и обувь. Индекс цен на товары длительного пользования остался на уровне сентября — 10,5% год к году. Цены на услуги с сентября не изменились за счет сезонного снижения цен на отдых и перевозки.

Ползарплаты за еду

Все приведенные выше факторы особенно актуальны в рамках роста цен на продовольствие. Однако в этом случае появляются два дополнительных: погодный (он способен резко изменить объем предложения товара) и психологический. 

Спрос на еду, как говорят экономисты, малоэластичен — новые кроссовки можно и не покупать, а вот есть приходится каждый день.

В результате по росту цен продукты не только обгоняют все другие сектора — данные о ценах производителей свидетельствуют о том, что инфляционная спираль здесь еще только начинает раскручиваться. В целом продуктовая производственная инфляция выросла в октябре на 16,7% год к году. Учитывая, что общий индекс цен производителей вырос за тот же период на 26,3%, есть, как говорится, куда стремиться. 

Фото: Михаил Метцель / ТАСС

Двузначный рост цен на продовольствие для России не только неприятен (такого роста не было с 2015 года), но и опасен. Уже сейчас, по признанию Росстата, рост цен на продовольствие обгоняет рост цен на другие товары и услуги, а ускорение роста цен у производителей питания говорит о том, что для покупателей все еще впереди. А пока к декабрю в годовом выражении больше всего подорожали курятина и «борщевой набор», а меньше всего — сыры, чай, соль, помидоры и водка. Яблоки и пшено, как, впрочем, и огурцы, даже подешевели.

Тенденция роста цен выше целевого уровня Банка России наблюдается с ноября 2020 года, однако драйверы их ускорения изменчивы, отмечает Шульгин. 

Цены на продовольствие двигают вверх два основных фактора. Мировой рост цен на продовольствие и инфляционные ожидания. И еще один дополнительный — изменение структуры потребления.

Михаил Шульгин начальник отдела глобальных исследований «Открытие Инвестиции»

Индикатор мировых цен на продовольствие достиг самого высокого уровня с июля 2011 года, сообщила Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН: с октября 2020 по октябрь 2021 года продовольственные цены выросли на 30%. Тут и неурожаи — к примеру, урожай зерна ожидается слабым и в 2022 году, и дефицит рабочей силы. С этим фактором, пожалуй, ничего нельзя поделать.

Фото: Nikolay Gyngazov / Global Look Press

Инфляционные ожидания отражают лишь восприятие населения, а в этом случае чаще всего вспоминают либо наиболее часто покупаемые продукты, либо наиболее часто обсуждаемые. Что касается изменения структуры потребления из-за ковида, то вряд ли она вернется к допандемийной модели, считает эксперт. 

Исходя из этих факторов, можно понять, что единственное, на что возможно повлиять, — это инфляционные ожидания. Вернее, на восприятие инфляции в глазах населения. 

Сегодня еда в структуре расходов большинства российских граждан составляет до 40%. Вместе с коммунальными и транспортными расходами — 50%. Когда половина доходов тратится на обеспечение выживания — это лишает семьи мотивации к личному росту, считают социологи и психологи. 

В результате закладывается мина под будущее поколение: сегодняшние дети, видя, как бьются родители в тисках ограниченного бюджета, лишаются мотивации стремиться к знаниям, инновациям, социальной активности: как и дети 1990-х, они думают лишь о заработке. Возвращаясь к опросам— именно подорожавшую еду, причем самые элементарные продукты питания, вспоминают чаще всего опрашиваемые. И если тот же «борщевой набор» вырос гораздо существеннее айфона или автомобиля, неудивительно, что инфляционные ожидания «подтягиваются» к цене картофеля и капусты.

Фото: Кирилл Кухмарь / ТАСС

Как эти ценовые ожидания рядовых потребителей можно изменить? 

  • Ввести продуктовые талоны для малоимущих. По подсчетам ВШЭ, это будет стоить для государства 300–400 млрд рублей в месяц. Однако, как подчеркивает директор Института аграрных исследований ВШЭ Евгения Серова, зато польза огромна. Во-первых, производители, лишенные гнета запретов на рост цен и ограничений на экспорт, довольно быстро нарастят производство высокодоходной продукции, что снизит цены рыночными методами. Во-вторых, снизятся и инфляционные ожидания населения за счет снижения страхов у малообеспеченных слоев. Увы, пока идея продуктовых талонов имеет в России слишком негативный бэкграунд и не принимается правительством.
  • Сократить путь от полей до прилавков. Например, через традиционные фермерские рынки, в том числе виртуальные. Такой формат за рубежом стал популярен во время пандемии. Ну а в долгую перспективу, по мнению Серовой, нужно вкладываться в инфраструктуру села: в хорошие дороги, связь, интернет, ветеринарные сети, быстрое и дешевое подключение к газу и электричеству.

Похоже, эти меры — пока единственное, что может если не остановить, то хотя бы притормозить продовольственные цены. В остальном — только ждать, когда успокоится мировая инфляция. Благо эксперты считают, что ждать придется недолго.

Копировать ссылкуСкопировано