ВДНХ глазами москвичей: как менялась главная выставка страны

ВДНХ — символ для многих поколений. Москвичи и гости города приходили сюда в разные годы, каждый за чем-то своим: восхититься успехами производства и сельского хозяйства, увидеть наступившее будущее — невиданные космические аппараты — или купить в рок-магазинчике в закутке футболку с любимой группой. 

Пространство ВДНХ меняло названия, размеры, внешний облик, реагируя на политические настроения и невзгоды, войну и смены эпох, на которые был так богат прошедший век. Взглянем на эти метаморфозы глазами нескольких поколений москвичей.

Над очерком работали:

Евгения Стрельникова, кандидат исторических наук;

Анатолий Оксенюк, кандидат исторических наук, заместитель директора Государственного научно-исследовательского музея архитектуры имени А. В. Щусева по научной работе;

Александр Лесной, автор идеи, публицист.

Эпоха проекта

Год тысяча девятьсот тридцать пятый. На очередном съезде колхозников-ударников нарком земледелия Михаил Чернов предлагает провести всесоюзную сельскохозяйственную выставку, чтобы доказать себе и всему миру, что колхоз — это плодотворно и прогрессивно, а с голодом и разрухой в Союзе успешно борются. Разумеется, предложение прославить достижения народа под мудрым руководством передовой, смотрящей в светлое будущее партии принимается единогласно.

Так менялся вид главной площади от концепции до витрины достижений науки. Тракторы и веялки сменили достижения науки и космические ракеты. Главный павильон изменился не меньше, со временем даже Ленин покинул свой постамент.

Любая экономия в этом вопросе могла быть расценена как вредительство, поэтому на старте проект выставки выглядел грандиозно. Предполагалось, что ВСХВ пройдет однократно и продлится 3 месяца, поэтому павильоны строились из дерева. Однако их количество и назначение постоянно менялось — участвовать хотели все.

Очень быстро стало ясно, что в назначенный срок, 6 июля 1937 года, выставка не откроется. Тем более сменилась концепция: теперь выставка должна была стать ежегодной, а убранству решили придать блеска и внушительности, хотя изначально речь шла лишь о функциональном удобстве павильонов.

Масштаб проекта поражал. Для обслуживания стройки открыли профильные комбинаты и запустили отдельную электростанцию. Каждый павильон планировалось посвятить одной республике или отрасли. В итоге открытие отложили, а временные павильоны пришлось перестраивать из расчета, что они простоят минимум 5 лет.

Во второй половине тридцатых в Москве одновременно шли две стройки века — выставочного комплекса и метро. Москвичи тогда зубоскалили, что если тут строится рай на земле, то что же там такое Каганович копает под землей?

Илья Гордеев
руководитель почтового отделения
Источник — «Московские сезоны»

Не открылась она и в 1938 году, в связи с чем были определены виноватые и назначен окончательный срок — 20 августа 1939 года. Иосиф Сталин лично контролировал строительство и мог приехать посреди ночи посмотреть, как идут дела, ведь стройка шла круглые сутки.

В воспоминаниях архитектора Вячеслава Константиновича Волтаржевского, автора первого генерального плана Выставки, сохранилась история о принципиальном пожарном инспекторе, который запретил всесильному генсеку курить внутри павильона, поскольку те строились из деревянных щитов с утеплением из опилок и возгорания случались регулярно. Продержав пожарного несколько дней в напряженном ожидании участи, Сталин смельчака наградил.

Перестраивались павильоны не только ради долговечности — нередко включался и административный ресурс. На полном изменении павильона «Украина» настоял сам Хрущев, которого буквально накануне сделали первым секретарем ЦК Украины. После назначения будущий кукурузный генсек осмотрел объект и заявил: «Украина — житница Советского Союза, а павильон хуже павильона Москвы». Ирония была в том, что годом ранее, в 1937-м, когда Хрущев был первым секретарем в столице, он приказал сломать и построить заново павильон Москвы, потому что тот, по его мнению, был хуже остальных, в частности павильона Украины.

Отец рассказывал, что в последние месяцы перед открытием никто не спал. Воровали друг у друга все подряд, от краски до коробок со шрифтами. Потому что комбинаты не справлялись с лавиной заказов, и отделочных материалов просто не хватало. А панорамы и стенды еще и приходилось переделывать, потому что изображенных на них стахановцев и передовиков-колхозников порой арестовывали. Такое было время: пятилетки за три года, невероятные прорывы и сроки, если чего-то не получалось или, наоборот, слишком получалось… 

Аскольд Борисов
сын одного из участников стройки ВСХВ
Источник — «Московские сезоны»

Изначально главным был тот вход, который сейчас считается северным, но его перестроили, а позже сделали второстепенным. А трамвай подходит все к тем же триумфальным аркам, какие видели советские люди на послевоенной ВДНХ.

Эпоха механизаторов и коллективизма

И вот день открытия Всесоюзной сельскохозяйственной выставки настал. Люди доезжали до нее на свежепроложенном трамвайном маршруте прямо к торжественным трехарочным главным воротам. Гостей встречала недавно вернувшаяся с выставки в Париже скульптура Веры Мухиной «Рабочий и колхозница». Постамент был гораздо ниже, чем изначально задумывался, но скульптура, несомненно, впечатляла.

Толпа растекалась по широкой аллее мимо чайханы, которая казалась декорацией из восточной сказки, мимо павильона Узбекской ССР с прекрасной ажурной ротондой в стиле резных узбекских столиков, и собиралась на площади Колхозов у Главного павильона с 50-метровой башней Конституции, увенчанной фигурами тракториста и колхозницы. 

У фигур в руках был золотой сноп, тракторист придерживал колхозницу за талию. На постаменте можно было прочесть текст Конституции СССР 1936 года. Павильон украшали гербы СССР и союзных республик, а экспозиция рассказывала о победном шествии прогресса по деревням и весям, о процветающих колхозах и совхозах. С фотографий на посетителей смотрели тучные коровы, а графики и диаграммы доказывали превосходство коллективизации над традиционным способом ведения хозяйства.

Но никакого расцвета деревни не случилось бы без тракторов и комбайнов. Поэтому вторая площадь Выставки была посвящена механизации. Здесь возвели павильон «Машиностроение» в виде дебаркадера со стальными и стеклянными аркадами. Проходя сквозь огромную арку над Главной аллеей, посетители рассматривали тракторы, комбайны, технику для осушения болотистой почвы и другие машины-помощники прогресса. 

Многие павильоны со временем сменили не только названия, но и наполнение: грузинский стал посвящен нефти, вместо достижений в выращивании льна стали показывать геологию. Страна менялась, менялись и задачи, а с ними и выставка достижений.

Выйдя обратно под сень огромной статуи Иосифа Сталина со свитком в руке, гости направлялись направо — туда, где были выставлены удивительные результаты трудов агрономов, последователей Мичурина.

Теплицы, грядки и оранжереи занимали огромную территорию, и здесь было чему удивиться: яблоки и груши росли на одном дереве, а дыня зрела, привитая к тыкве…

Бамбуковая роща, мандариновые и гранатовые деревья, виноград 70 сортов — такого не показывали ни на одной другой выставке. Среди грядок и теплиц возвышались павильоны, посвященные растениеводству: «Масленичные культуры» с резным деревянным портиком, немного футуристический павильон «Технические культуры и лекарственные растения», «Лен, конопля и новые лубяные культуры» и многие другие.

Поражали воображение — прежде всего роскошью и вниманием к национальным деталям — павильоны, посвященные союзным республикам и регионам. Стиль каждого строения сочетал мощный, амбициозный ампир с национальными мотивами, и ни один павильон не был похож на другой, как нельзя лучше отражая местные особенности. Например, «Поволжье» был построен в виде стального моста над Волгой, а окна «Азербайджана» украшали резные шебеке — деревянные решетки с разноцветными стеклами.

Из «Памятки посетителю ВСХВ»

Большинство посетителей составляли организованные группы из ударников производства, которых премировали поездкой на ВСХВ. Жили они в специальных общежитиях неподалеку от выставки. Сохранилась «Памятка посетителю ВСХВ», которая была типографским способом напечатана для приезжих гостей:

1. Выезжать с таким расчетом, чтобы приехать в Москву к указанному в удостоверении сроку.

2. Иметь при себе паспорт или временное удостоверение.

3. В Москве на вокзале обратиться к агенту выставки, который дает направление в общежитие и обеспечивает транспортом.

4. В общежитии зарегистрироваться, внести деньги на приобретение билета на обратный путь.

5. По всем вопросам обращаться к организаторам экскурсий, которые находятся при общежитиях.

6. Проживание в общежитиях сверх указанного в удостоверении срока не допускается.

Неудивительно, что получить билет на Выставку было сродни чуду. Впрочем, люди, привыкшие к дефициту, стояли в очередях в кассы по много часов. Все хотели посмотреть на нежные южные растения, прекрасно устроившиеся под северным небом, на огромных племенных быков, свиней и лошадей — в павильонах, украшенных мозаикой, витражами и фонтанами. За одно посещение можно было попутешествовать по всему Союзу — и все это на расстоянии одного автобусного маршрута. Выставка достижений сельского хозяйства сама стала невероятным достижением.

Национальные павильоны тоже менялись, но где-то и сейчас бывшие республики и регионы показывают себя и свою культуру в центре шестой части суши. 

Выставка, запланированная к юбилею революции, открылась в 1940 году и продолжила работу в 1941-м, когда привычное течение жизни было прервано войной.

Горькая эпоха

После войны ее было не узнать. Несмотря на то что павильоны не пострадали от налетов и бомбежки, время, запустение и вандалы оставили свои горькие плоды. Экспонаты исчезли, часть павильонов использовались для военных нужд, остальное было разграблено и пустовало. Все, что мог увидеть посетитель, — павильоны на грани обрушения, ветшающие или уничтоженные сыростью. Кое-где появлялись группы школьников — их приводили сюда на экскурсию на небольшую выставку откормленного скота и птицы. Разительные и скорбные перемены произошли за время войны с Выставкой, как и со всей страной. ВСХВ несла свои потери вместе с народом, которому служила образцом жизни.

Все изменилось после решения о восстановлении былого величия. У Выставки, которая теперь называлась ВДНХ, появилась своя станция метро, от которой пешком можно было дойти до перенесенного Главного входа. Остались и старые добрые трамваи — но подземные дворцы метрополитена впечатляли гостей намного больше.

Я помню день, когда в первый раз ребенком попала на выставку. Мой папа был военным, и мы все время колесили по стране. И вот как-то зимой меня и моего брата родители привезли в Москву и, конечно же, повели на ВДНХ. Это был вечер — выставка была вся в огнях, играла музыка, были залиты катки, на них катались красивые московские юноши, девушки, дети. Они были очень веселые и безумно нарядные. А мы приехали с периферии, и нас это настолько потрясло, что мы даже не зашли на ВДНХ. Я так долго стояла восхищенная, держась за металлический забор, что мои рукавички примерзли к нему, и моим родителям пришлось отдирать их от металла.

Лариса Нестерова
руководила павильоном «Культура»
Источник — «Московские сезоны»

После реконструкции в конце 1940-х годов Выставка заявляла не только о достижениях народного хозяйства, но и о величии народа-победителя. Новая арка Главного входа была построена в стиле триумфальных ворот и напоминала Бранденбургские ворота в Берлине, только вместо античных героев на ее вершине стояли все те же тракторист и колхозница со снопом. Тракторист больше не обнимал колхозницу, держал сноп двумя руками.

Старые павильоны были реконструированы и перестроены, возводились новые. Они стали еще помпезнее и выше, похожие на античные храмы. Планировка Выставки полностью изменилась: теперь она занимала гораздо большую площадь. Главный павильон, хоть и стоял на новом месте и по-прежнему был украшен гербами союзных республик и скульптурами вождей, внешне теперь напоминал башню Адмиралтейства в Ленинграде.

Появился новый павильон, посвященный РСФСР, — редкий случай, когда республику не разобрали на края и области. На площади Механизации несколько лет как рассыпалась 25-метровая скульптура вождя, остался только бассейн с водой перед павильоном «Машиностроение». Сам павильон достроили в стиле готического собора, подчеркивая его роль — роль храма науки и прогресса. Теплицы и огороды еще держались, и павильоны, посвященные им, работали без особенных перемен.

Появлялись и новые павильоны, посвященные вновь присоединенным республикам. Так после войны Выставка ожила — и начала набирать новую силу, демонстрируя единство народов республик.

Эпоха мирного атома и мечты о космосе

Со смертью Сталина вектор политических настроений резко изменился. Все, что было при вожде, подвергалось теперь порицанию. Дошла эта волна и до ВДНХ. Страна встала на относительно стабильные рельсы по обеспечению продовольствием, прошла послевоенная восстановительная лихорадка — и достижения в сельском хозяйстве вместе с дружбой народов отошли на второй план. Советский человек первым покоряет космос, развивается добыча нефти, строятся невероятные по масштабу газо- и нефтепроводы — вот что становится действительно важным. 

В 1967 году я пришел работать на ВДНХ в павильон «Машиностроение» — тогда там как раз появился раздел «Космос». К уже имеющимся выставочным образцам сельскохозяйственной техники, которые находились в павильоне, добавились космические экспонаты. Ежедневно тысячи людей с горящими глазами приходили на ВДНХ на волне огромного интереса ко всему, что связано с космосом. На выставку приезжали специально из Хабаровска, Магадана, Риги, Ташкента — из самых разных уголков страны, а также бывали и большие иностранные делегации.

Евгений Лазарев
старейший сотрудник ВДНХ, бывший заместитель директора павильона «Космос/Машиностроение»
Источник — «Московские сезоны»

На примере нескольких павильонов можно проследить прогресс последнего полувека и то, как достижения республик того же Кавказа заменили достижения технологии и науки, например той же робототехники. Или то, как внимание с успехов в овощеводстве сместилось на газовую отрасль, а позже — на науку.

ВДНХ переходит на отраслевой принцип: павильоны, посвященные республикам, переквалифицируются в павильоны отраслей. В огромном ангаре «Машиностроения» размещаются теперь космические аппараты, и называется он «Космос». Там, где прежде стояла статуя Сталина, высится макет ракеты «Восток» в натуральную величину. В «Хлопчатобумажной и льняной промышленности» поселилась «Микробиология», а в «Лубяной и шерстяной промышленности» — «Геология», где показывали горнодобывающее оборудование и образцы полезных ископаемых. Рядом, на месте теплиц, вырос новый павильончик «Судостроение». Недавно построенный поблизости павильон «Картофель и овощи» переделан в «Газовую промышленность».

Самобытные павильоны, посвященные союзным республикам, отдают под выставки передовых отраслей. «РСФСР» стал «Атомной энергией» и посвящен «мирному атому» и использованию ядерной энергии в хозяйственных целях. Павильон «Узбекистан» превратился в «Культуру», «Поволжье» — в «Радиоэлектронику», а «Азербайджан» — в «Вычислительную технику» с последними разработками советских конструкторов. «Казахстан» стал «Металлургией», в павильоне Армянской ССР поселилась «Пищевая промышленность». Совсем недавно построенный павильон для Латвийской ССР переквалифицировался в «Стандарты», а «Северный Кавказ» — в «Народное образование».

Перемены коснулись не только специализации павильонов. После смерти вождя вышел декрет об устранении излишеств в проектировании и строительстве, и помпезный сталинский ампир подвергся гонениям. Ряд павильонов ВДНХ перестраивали, роскошные самобытные фасады закрывали фальшфасадами, превращая постройки в коробки из стекла и металла. Таковы были мода и видение будущего того времени.

Эпоха толкучки

Перестройка потрясла и расколола прежде единую страну. Республики одна за другой объявляли о независимости, экономика переживала жестокий кризис. Перестроечные годы стали для ВДНХ, а теперь уже ВВЦ, настоящей катастрофой. Часть павильонов были снесены, остальные заполонили челночники с огромными клетчатыми баулами. Фасады, украшенные фресками и мозаикой, завешивались аляповатыми баннерами. 

Это было культовое место — туда и за берцами, ботинками такими высокими, ездили, и за техникой, особенно электроникой всякой, а то и за машинами. Я впервые в павильоне «Космос» увидел хаммер вживую — его можно было купить прямо тут, а рядом на прилавке — видеомагнитофон. Полно было магазинчиков для субкультур разных, в центральном павильоне был чуть ли не главный магазин для всех ролевиков «Мир Древностей», а рядышком продавалась атрибутика для фанатов, зайдешь за угол — палатка с музыкой и майками групп. И так долго было, уже в середине 2010-х годов я там себе фотоаппарат купил у каких-то индусов. Сейчас стало иначе, но пару лет назад еще был павильон с китайским развалом.

Евгений Вербский
врач, участник движения исторической реконструкции

В 1991 году в павильоне «Космос» прошла масштабная рейв-дискотека — в результате погибла часть ценнейших экспонатов. Позже здесь открыли автосалон, а космические аппараты подвесили к потолку, где их уничтожила сырость. Та же участь постигла и большинство других павильонов Выставки. Московские власти фактически уже не контролировали это пространство, заполненное ярмарками, магазинчиками и рынками.

Ярче всего видно, как изменились бывшие теплицы, в которых рассказывали, как прокормить голодных людей. Теперь тут выстроен крупнейший комплекс «Москвариум», а рядом с ним павильон «Цветоводство», перестроенный из ажурных форм, характерных для начала XX века, в хайтек 1970-х годов с его строгими формами.

Эпоха возрождения

Лихие девяностые постепенно стали историей, и Выставка наконец дождалась своего возрождения. Союзных республик больше нет, нет и азарта в освоении новых вершин в сельском хозяйстве. Выставка в который раз ответила на запрос современников: павильонам возвращена былая роскошь и великолепие сталинского ампира, который стал в некотором роде символом и самой столицы, а наполнение павильонов теперь отвечает духу времени. 

Территория ВДНХ теперь — место культурного и интеллектуального отдыха, многое сделано для семейного досуга. На месте теплиц и оранжерей, где росли удивительные растения всех климатических поясов, теперь «Москвариум» с рыбами и морскими млекопитающими со всего мира. В павильоне «РСФСР» открыли Дворец Госуслуг. В павильоне, построенном для Северного Кавказа, сейчас работает «Роботостанция», откуда ни один ребенок не выходит без картонного робошлема на голове.

Некоторые «свои» павильоны арендовали бывшие союзные республики, разместив там национальные выставки и ярмарки. А в большинстве павильонов разместились музеи: и детские вроде «Музея городского хозяйства» или «Союзмультпарка», и вполне серьезные, например «Музей Рерихов», «12 признаков живого» или «Космонавтика и авиация». И это, пожалуй, лучшее решение: кто, как не музейные работники, сможет оберегать сохранившиеся интерьеры — наследие шести эпох.