Интересная статистика: если сравнивать июль этого года с июлем 2024-го, то нефтегазовые доходы бюджета сократились на 27%, до 787,3 млрд рублей. Если оценивать показатели за 7 месяцев 2025 года, то снижение составило 18,5% (5,52 трлн рублей). Краткосрочно особо страшных последствий это не даст — хотя бы потому, что нынешний дефицит бюджета достаточно невелик, поэтому пока его можно наращивать без особых рисков. А вот долгосрочно ситуация выглядит не очень радужно. 

Падение объясняется двумя факторами — низкими ценами на нефть (например, в июне основной экспортный сорт России Urals торговался по $59,8 вместо $69,6 годом ранее) и крепким рублем. Его аномальное укрепление стало феноменом, который все пытаются объяснить. 

Как правило, курс рубля двигался в зависимости от роста или падения цен на нефть. Все эти годы действовала так называемая «формула Кудрина», при которой денежный агрегат (наличные деньги + рублевые вклады) делятся на цену барреля марки Brent в долларах. Собственно, если нефть дорогая, а денежный агрегат растет не очень быстро, то в экономике нет перегрева, все сбалансировано. Если же первый показатель сильно растет, а нефть стоит дешево, можно ждать девальвацию рубля. Десятилетиями эта «формула Кудрина» прекрасно работала как ориентир для курса нацвалюты. Однако сейчас доходы падают, нефть дешевеет, но рубль крепкий. 

Любые случайные колебания — такие как скачки цены на нефть, геополитика — не дают такого долгосрочного эффекта, как, впрочем, и высокая ключевая ставка, которую долго держал ЦБ. Нынешний тренд, скорее, наводит на мысли, что природа такого аномально крепкого рубля заключается в какой-то структурной перестройке. Что-то сильно поменялось в российском валютном рынке, что сломало привычные нам закономерности.

Например, крупный бизнес, который делает большую часть внешнеторгового оборота, мог получить определенные рекомендации по тому, когда именно ему стоит возвращать валютную выручку. Что, соответственно, и влияет на курс. Такая неофициальная практика существовала практически всегда в разной степени. 

Кроме того, вероятно, идут какие-то серьезные структурные сдвиги, пока невидимые снаружи, в рамках российского валютного рынка. Который за время санкций, например, перестал быть биржевым (то есть прозрачным и ликвидным). Западные ограничения привели к тому, что этот рынок теперь менее прозрачен, спреды (разница в цене продажи и покупки) — шире, а информации сейчас меньше. Да и в принципе анализировать российский валютный рынок стало радикально сложно. 

Наконец, аномальность рубля объясняется также тем, что в российской экономике в принципе сильно падает спрос на валюту. Это вызывает массу вопросов: с чем это связано? как долго это продлится? Очевидных ответов нет, что и создает интригу. 

Пока ситуация выглядит так, что валюта в России стоит дешево, поскольку она не нужна. Ее некуда девать. И это при том, что, грубо говоря, Россия до этого десятилетиями зарабатывала больше валюты, чем тратила (о чем говорил положительный торговый баланс). Разница формировала отток капитала (включая тот, который перекладывали в валюту и хранили в России). 

Санкции привели к тому, что этот отток капитала радикально сократился. И довольно большой пакет ограничений на самом деле жутко помогает российской финансовой системе — и экономике тоже. По довольно надежным оценкам, в стране осталось до $400 млрд — в том числе благодаря тому, что сократился выездной туризм и россияне тратят деньги не в отпуске за рубежом, а в России. 

Однако любая аномалия так или иначе приходит к средним значениям. И я процентов на 90 уверен, что рубль ждет серьезное ослабление. А вот когда именно оно произойдет, сказать сложно. Скорее всего, некоторая ясность наступит к сентябрю–ноябрю. Но если вы хотите приобрести валюту или какую-то импортную технику, цена которой привязана к курсу валюты, лучше сделать это сейчас. Через полгода-год это обойдется гораздо дороже. 

Эту неделю рубль начал с того, что подешевел по отношению к «недружественным» валютам — прежде всего, к доллару. Его официальный курс на 18 ноября составил 99,9 рубля (до этого было 99,0 рубля). Евро подорожал со 104,5 до 105,7 рубля. 

Как видно по графику, рубль слабеет с сентября. Однако, по мнению макроэкономиста Сергея Хестанова, ослабление российской национальной валюты, на самом деле, ожидаемо. Более того, удивительно, что оно так сильно запоздало. 

«То, что рубль слабеет — это тенденция, которой уже 30 лет. Такие проблемы есть у всех стран, у которых заметную долю доходов составляет экспорт. В этом случае ослабление национальной валюты помогает экспортерам и бюджету и, как ни странно, помогает еще части бизнеса, которая занимается реальным импортом. 

Сейчас меня удивляет не то, что рубль слабеет, а то, почему он так долго это не делал — и это с очень напряженным бюджетом 2024 года. При его формировании подразумевался заметный рост доходов и расходов бюджета (причем именно по сравнению с 2023 годом). Поскольку большую часть доходов приносит экспорт, чем дешевле национальная валюта, тем больше получит бюджет. 

Подняться до уровня 100–110 рублей доллару не дают цены на нефть (основной экспортный товар): они оказались лучше, чем думали в 2023 году. Правда, сейчас с приходом к власти Трампа есть основания переживать, что котировки упадут. Вместе с очередными заявленными санкциями (из-за которых, например, цепочки поставок стали сложнее и дороже) есть все шансы, что давление на рубль усилится. 

Основная особенность нынешнего валютного рынка в том, что на фоне санкций и тому, что сейчас доллар и евро торгуются на биржевых торгах, тот стал «тонким». Это значит, что даже небольшой скачок спроса или предложения на валюту вызывают более сильное движение рубля. 

Поэтому тем, кто планирует отложить деньги на небольшой срок — год-два, — стоит купить валюту и держать ее. При разумном подходе никаких особых проблем с тем, чтобы купить доллары или евро, нет. Единственное: не надо покупать наобум, потому что разница курсов в одном банке может быть большая. Чем длиннее временной интервал, тем больше вероятность того, что рубль ослабнет — хотя бы потому, что такова тенденция в последние 30 лет". 

Какие санкции ввели США

Минфин США и его подразделение OFAC — Управление по контролю за иностранными активами — вчера анонсировали новые санкции против России. В этот раз под удар попала Мосбиржа, поскольку именно через нее, с точки зрения американского ведомства, привлекается капитал как от россиян, так и от иностранцев. А это, в свою очередь, «расширяет возможности [и тех и других] получать прибыль от военной машины Кремля путем инвестирования в суверенный долг России, российские корпорации и ведущие российские оборонные предприятия». 

Помимо Мосбиржи, меры затронули входящие в нее структуры — группу НКЦ и НРД: это структуры, которые ведут учет и проводят сделки с валютой. Следом за заявлением Минфина российская площадка остановила торги валютными парами с долларом и евро, а также с гонконгским долларом на валютном рынке. Затем ряд банков сообщили своим клиентам, что вывод этих валют со счетов временно невозможен. 

Правда, как отмечает тот же БКС Банк, ранее «БКС планомерно информировал клиентов о рисках, связанных с хранением недружественных валют на брокерских счетах». Как показывает статистика, сами клиенты следовали рекомендациям и активно избавлялись от валют, переводя средства в другие активы.

Новости о санкциях традиционно спровоцировали нервозность и ставшие уже традиционными скачки курса: некоторые банки пошли по полюбившемуся принципу — «в любой непонятной ситуации делай доллар по 200». Однако на самом деле, отмечает макроэкономист Сергей Хестанов, причин у такой паники нет. 

Если говорить о последних санкциях, то это тот самый яркий случай, когда на самом деле у страха глаза велики. Начнем с того, что жесткость любых санкций зависит от того, насколько к ним успели подготовиться. Те ограничения, которые были введены, были более чем ожидаемы, особенно после того, что произошло с Санкт-Петербургской биржей.

Скорее всего, Мосбиржа ждала такого сценария — причем вместе с регулятором. Об этом говорит хотя бы то, что российский ЦБ некоторое время назад делал заявление о том, что в случае ограничительных мер в отношении площадки официальный курс доллара будет рассчитываться на основе внебиржевых торгов — исходя из того, за сколько торгуются доллар и евро на них. 

Скорее всего, подготовительные меры приняты, а раз так, то, в общем-то, ничего страшного не произошло. Главное, чтобы не было большой валютной позиции — то есть обязательства по покупке и продаже валюты должны примерно совпадать.

Если это условие соблюдается, то произвести расчеты по валюте можно в условиях любых блокировок — произойдет просто взаимозачет. Судя по тому, что таких санкций ждали, скорее всего, необходимые для этого меры были приняты, предполагает эксперт. 

Какие последствия будут у санкций США 

Как отмечает Хестанов, сами по себе биржевые валютные торги — это российская специфика. Во всем мире большая часть валютных торгов — внебиржевая. К тому же конечному потребителю глубоко все равно, как технически проходят торги валютой. 

Россиян волнуют совсем другие вещи: первое — сам валютный курс (причем даже не столько курс, сколько его изменения), второе — ликвидность, то есть техническая возможность провести какие-то сделки. Третье — спред: разница в цене покупки и продажи и как он будет определяться.  

Внебиржевые операции могут проходить как через организованные площадки, так и напрямую, между участниками рынка (физлицами, банками, брокерами). Как поясняет макроэкономист Сергей Хестанов, разница чисто техническая, которую большинству людей сложно различить. 

Внебиржевая торговля может быть организована той же биржей. Биржевая торговля подразумевает, что все заявки на покупку и продажу валюты являются открытыми, происходят по определенной процедуре. Внебиржевая торговля означает, что сделки происходят между людьми, которые видят заявки только от других участников таких торгов. У Мосбиржи есть электронные площадки, где торги происходят по таким правилам. В свое время ММВБ купила биржу РТС, где в некоторых секциях шли электронные внебиржевые торги. 

На курс то, где торгуется валюта, не влияет. Однако может сказаться на спреде — разницей между ценой продажи и покупки. Чем меньше прозрачности торгов, тем выше спред. Чем лучше они будут организованы, чем больше участников, тем разница будет меньше. 

Изменились ли операции с валютой для физлиц 

Россияне и юрлица по-прежнему могут покупать и продавать санкционные доллары и евро через российские банки. Деньгам, которые клиенты держали на счетах в этих валютах, ничего не грозит.  

Главное, отмечает Хестанов, не бежать менять валюту в панике. Вы на этом деньги потеряете, а обменный пункт — заработает. 

То, что вчера в некоторых обменниках был доллар по 200 рублей, совершенно нормально. Представьте, что вы директор обменного пункта. Новые санкции, и вы хотите занять выжидательную позицию — однако клиенты идут. Поэтому на всякий случай вы ставите курс по 200. Учитывая ажиотаж и то, что люди подвержены панике, которая заразна, это может принести прибыль. Однако такая паника повторяется регулярно, и здесь лучше всего просто ждать, пока пыль осядет. 

Хестанов предупреждает: следующие дни валютный курс и спреды будут находиться во власти психологии, поэтому разумнее всего взять паузу. Тем более что как только эмоции осядут, биржа сообщит брокерам, что нужно делать их клиентам. 

С вероятностью в 99% что-то мне подсказывает, что когда все успокоится, окажется, что на самом деле ничего особо страшного не произошло. Валюта будет торговаться на той же бирже, но немного по другому формату. Чуть-чуть снизится прозрачность торгов, будет немного больше разница между покупкой и продажей, и в остальном реальные последствия для курса будут не очень велики.

Что с доходами в бюджет? 

В этом году планы у государства масштабные: траты из бюджета планируется увеличить на 20% (по сравнению с 2023 годом). До этого расходы обычно увеличивали на единицы процентов, то есть не больше 10%. 

Основная часть бюджета засекречена, но ожидается, что деньги пойдут как на оборонно-промышленный комплекс, так и на то, чтобы компенсировать последствия санкций. А именно — на то, чтобы потоки экспорта вместо Запада, куда десятилетиями шел подавляющий объем как нефти, так и угля, теперь развернулись в восточном направлении. А это значит, что придется адаптировать инфраструктуру железных дорог, поскольку сейчас мощностей на Востоке не хватает.

Среди основных проектов, которые обсуждаются, — увеличение пропускной способности БАМа и Транссиба.  Бюджеты здесь немаленькие — развитие ж/д достаточно ресурсоемкая вещь. 

Откуда взять деньги? 

Если с расходами никаких проблем не предвидится, то с доходами все радикально сложнее. Я думаю, что в ход пойдут разные инструменты. Начиная с роста налоговой нагрузки — по плану, налоговики должны увеличить сборы в 2024 году на 17% (по сравнению с 2023 годом).

Тенденция наметилась уже в прошлом году. По его итогам нефтегазовые доходы ожидаемо упали, а ненефтегазовые доходы бюджета, наоборот, подросли. Определенную роль в этом как раз сыграли налоги. Причем их рост произошел прежде всего потому, что в ФНС стали лучше их взыскивать — другими словами, сделали процесс более эффективным. 

Теоретически я могу обеспечить 100%-ную эффективность сбора налогов, если к каждому налогоплательщику приставлю по одному инспектору. Эффективность будет 100%, но собственные затраты на поддержание налоговой службы сожрут всю эту эффективность. 

Однако нынешней ФНС удалось добиться того, что сборы налогов росли быстрее, чем собственные расходы налоговой. И в этом есть большая заслуга нынешнего главы ведомства — Михаила Мишустина. 

Вырастут ли налоги в 2024 году? 

Начнем с того, что они уже растут. Во-первых, с этого года НДС придется платить застройщикам —  раньше тех, кто строит многоквартирные дома, освобождали от налога на добавленную стоимость при заключении договоров о долевом участии (ДДУ). 

Кроме того, помимо бизнеса, налоги уже коснулись россиян напрямую. Пока тех, кто работает удаленно, —  если до 2024 года они могли не платить НДФЛ в России, то теперь это правило отменяют. 

Повышения налогов в 2024 году мы ждем, но не надо думать, что это будут делать механически. До сих пор, надо отдать должное ФНС, каких-то дебильных ошибок система не производила. 

И налоговая, и господин Мишустин — люди умные, и ситуация, когда подняли налоги и рухнул бизнес, для них крайне нежелательна. Скорее всего, это будет сделано таким образом: изменение — наблюдение. Если после роста налоговой нагрузки падения производства не происходит, то выжидается пауза и делается следующий шажок. 

Сейчас идут очень бурные дискуссии по поводу экспортных пошлин, привязанных к курсу рубля (они были введены 1 октября 2023 года и будут действовать до конца 2024 года). Идея в том, что чем дороже доллар, тем больше платят экспортеры. При долларе по 85–90 рублей сбор составляет 4%, выше 95 рублей придется платить более 7%. 

Пока вклад такой пошлины в наполнение бюджета достаточно скромный, ее ввели не так давно, но это инструмент, которым можно поиграть, посмотреть. Однако уже сейчас некоторые отрасли плачут и грозятся, что у них снизится экспорт. Если это произойдет, скорее всего, им дадут послабление.

Повысят ли налоги на недвижимость? 

Возвращаясь к вопросу, что именно повысят, нужно понимать, что НДФЛ — не самая значимая статья дохода для федерального бюджета. Чего не скажешь о региональном. Однако я думаю, что основные изменения для россиян коснутся не подоходного налога: его повышения, скорее всего, 99% населения даже не заметят (например, могут ввести прогрессивную шкалу для состоятельных граждан, которые обычно продвинуты настолько, чтобы легальными методами налоговой оптимизации сильно урезать для себя реальный эффект этого шага). 

А вот то, что может коснуться всех (и первые шаги в этом направлении уже сделаны), — это рост налогов на недвижимость. Так, в том же Санкт-Петербурге региональный бюджет пополнят, пересмотрев кадастровую стоимость жилья. Соответственно, чем она выше, тем больше сумма налога. 

К сентябрю 2023 года были переоценены 3,4 млн объектов, кадастровая стоимость которых увеличилась на 70%, — с 1,9 трлн до 3,2 трлн рублей. 

Так, московские власти сообщили, что к концу года был завершен очередной тур государственной кадастровой переоценки, в рамках которого пересмотрели стоимость более 7 млн объектов жилой и коммерческой недвижимости. Новые цифры и новые налоги, соответственно, начнут действовать с 1 января 2024 года. 

Мне кажется, что чем хуже будет положение с региональными бюджетами, тем активнее будут региональные парламенты пересматривать этот параметр, потому что недвижимость — удобный объект для обложения. Его невозможно скрыть, его нельзя вывести в офшор, весьма ограничены возможности что-то оптимизировать. 

Однако власти все-таки будут стараться соблюдать баланс. Они понимают, что такая мера будет крайне непопулярной, поэтому сейчас идут дискуссии и активно обсуждается идея, как сделать так, чтобы основную массу нововведения не затронули. Есть ожидания того, что если ситуация с региональными бюджетами серьезно ухудшится, то, возможно, введут какую-то социальную норму на человека, которая будет иметь довольно льготный налог, а все, что сверху, будет облагаться очень кусаче. 

Соответственно, широкие массы народа — порядка 90% — это воспримут нормально, потому что попадут под льготу и никто их особо не тронет, а от того, что «прижмут буржуев», они только будут радоваться. 

А вот людей среднего класса и выше это может затронуть очень сильно. Для региональных бюджетов (особенно благополучных городов типа Москвы или Санкт-Петербурга, а также других крупных городов, где и живет значительная часть российского среднего класса) этот вид налога может проявиться достаточно ярко. 

Сколько будет стоить доллар? 

Скорее всего, решать проблему — откуда взять денег в бюджет — будут разными способами, причем одновременно. Более того, в течение года приоритетный инструмент будет меняться по мере развития ситуации. Это значит, что помимо увеличения налоговой нагрузки есть большая вероятность того, что мы увидим ослабление рубля — после выборов, скорее всего, к маю. 

Логика такая: чем дороже доллар, тем больше денег получают экспортеры — и тем больше они платят налогов, тем больше денег поступает в бюджет. 

Понятно, что девальвация рубля — это инструмент обоюдоострый, и им злоупотреблять не будут. В общем-то, при текущем состоянии бюджета можно говорить о том, что он довольно хорошо сбалансирован. И хотя официальных данных не публиковали, есть надежные оценки, что дефицит будет даже чуть меньше, чем закладывалось в бюджет на 2023 год. 

Это значит, что если чего-то чрезвычайного не произойдет, то курса в 100–110 рублей будет вполне достаточно, чтобы пополнить бюджет. Учитывая, что чуть за 100 уже было в том году, на этом фоне 110 — не такая уж большая девальвация. 

Главное, чтобы это происходило постепенно, — резкие скачки вызывают недовольство населения и привлекают ненужное внимание и создают ажиотаж. 

Что касается прогнозов, что в этом году рубль, наоборот, укрепится, то здесь нужно исходить из позиции заинтересованных ведомств. Минфин, Минэкономики и ЦБ по-разному относятся к колебаниям валюты. 

С точки зрения борьбы с инфляцией, конечно, укрепление рубля — это хорошо, так как покупательная способность растет, но, с другой стороны, это также вредит экспортерам и бюджету. В нормальные времена всегда был осторожный компромисс. 

Кроме того, для инфляции важны не только абсолютные цифры, но и динамика. То есть пока девальвация идет достаточно медленно и не вызывает каких-то психологических эффектов у населения, то, в общем-то, она воспринимается, скорее, как умеренное благо. 

Именно поэтому, выбирая из двух зол на данный момент, девальвация выглядит вполне пригодным инструментом. А вот укрепление рубля, наоборот, проигрывает, поскольку сейчас оно ударит и по экспортерам, которые и без того подвергаются серьезной фискальной нагрузке, и по бюджету. 

Если смотреть среднесрочные колебания — за полгода, за год, то курс рубля колеблется таким образом, чтобы формировался достаточно близкий к бюджету баланс. 

Это вызывает сомнения в яростных заявлениях ЦБ, которые отрицают связь дефицита бюджета с курсом рубля. Учитывая то, что на этот год бюджет очень амбициозен — и подразумевает как большие доходы, так и большие расходы, — ослабление национальной валюты настолько выгодно монетарному блоку правительства, что я слабо себе представляю, что должно случиться, чтобы этого не произошло.

Где возьмут деньги в итоге? 

На практике правительство будет использовать все перечисленные инструменты, причем одновременно, просто с разным приоритетом. Понятно, что ФНБ (Фонд национального благосостояния) — это конечный ресурс и его будут беречь по возможности. То есть тратить резервы из ФНБ менее предпочтительнее, а ослабить рубль —  более. 

Однако остаются и другие возможности —  например, помимо сборов с населения и экспортных доходов, деньги можно также занять. В распоряжении государства есть еще такой мощный резерв, как внутренние заимствования. Структуры банковских, пенсионных фондов, которые потенциально могут дать заметные объемы госдолга, в общем-то, у нас имеются. 

Помимо наиболее возможных сценариев, озвученных выше, стоит помнить о внешних факторах и их влиянии. Например, военные действия с Ираном могут подстегнуть нефть до $150 за баррель — и тогда рубль вполне может укрепиться и до 80 рублей за доллар. Это не исключено, но это явно не базовый сценарий. 

Чего ждать в 2024 году? 

Вывод следующий: в 2024 году нас ждет очень амбициозный бюджет, который потребует заметного роста доходов федерального бюджета. Механизмы, за счет которых можно этого добиться, понятны: рост налогов (но такой, который обойдется малой кровью и не убьет бизнес), некоторое ослабление рубля — оно даже не потребует дополнительных усилий, достаточно будет просто ослабить меры по поддержке нацвалюты. Плюс внутренние заимствования, и в самом крайнем случае залезут в резервы ФНБ. 

Мне кажется, мы увидим смесь всех этих процессов вместе взятых, причем решения будут приниматься творчески и в сильной зависимости от обстановки. Именно поэтому я думаю, что самые интересные вещи нас ждут где-то к маю — после выборов. Просто запомните все вопросы, которые вы задавали, выйдите на связь в районе мая, и, скорее всего, нам будет о чем поговорить.

Американское издание Politico опубликовало список из 28 человек, которые будут формировать политическую жизнь Европы в следующем году. Набиуллина стала лидером категории «разрушителей» (disrupters) — к ней относятся те, кто кардинально изменил отрасль или профессию. 

К числу заслуг главы российского ЦБ, которую Politico назвало «главным технократом», поддерживающим политику президента страны, была отнесена «агрессивная денежно-кредитная политика», которая, по оценке издания, «неоднократно спасала рубль и удерживала экономику страны на плаву…». Кроме того, «[Набиуллина] также сумела предотвратить последствия беспрецедентных западных санкций, призванных опустошить казну Кремля», — пишет Politico.

И это правда. Эльвира Набиуллина сыграла значительную роль в том, что российская экономика столкнулась с минимальными последствиями санкций. 

Ее главная заслуга в том, что, несмотря на сильное давление сразу с двух сторон — тех, кто выигрывал от слабого курса рубля, и тех, кто, наоборот, болел за укрепление российской валюты, — глава ЦБ проявила заметную выдержку. Она сумела сохранить плавающий курс рубля, не сдав позиции, даже наблюдая за большими колебаниями — за этот год рубль падал почти в 2 раза. Такая железная политика ЦБ и помогла сохранить баланс, необходимый российской экономике.

Сначала, в феврале 2022 года, когда рубль рухнул, оттоку капитала как раз мешал тот самый низкий курс. Затем, когда российская валюта начала отыгрывать свои позиции, в дело вступила та часть санкций, которая мешала выводить деньги из России. Можно считать это везением, можно считать это совпадением. Так или иначе, когда рубль начал сильно укрепляться, ЦБ также не спешил что-то делать — и этим он, в свою очередь, помог параллельному импорту наладить поставки за счет сильного рубля. В результате стране удалось, на удивление, избежать того дефицита товаров, которым все пугали. 

При этом сдержанность ЦБ на фоне колебаний рубля вызывала недовольство: падение — панику населения, укрепление — возмущение инвесторов и тех, кто переживал за доходы бюджета (именно в него попадает выручка экспортеров, которая зависит пропорционально от курса валют: чем ниже рубль, тем больше доход и компаний, и государства). 

Набиуллина, несмотря на это давление, дала российскому рублю свободу. Его колебания как раз и дали возможность экономике страны довольно эффективно подстроиться под внешние условия. Кроме того, ЦБ поддержал Минфин. Благодаря тому, что министерство действовало с регулятором единым фронтом, сегодня Politico пишет о том, что санкции не принесли намеченного эффекта, а российский бюджет в итоге получил запланированные доходы (и даже больше): несмотря на ослабление рубля в течение последних месяцев, дефицит сейчас заметно меньше, чем было заложено изначально. 

От чего зависит курс доллара

Проблема с валютным курсом в том, что на него может оказывать воздействие, в принципе, все что угодно (как, кстати, и на инфляцию). Среди факторов, которые могу повлиять на рубль, есть такие фундаментальные, как макроэкономическая статистика, так и слухи и настроения. Кроме того, обстоятельства меняются, а вместе с ними и «рабочая» теория, которая позволяет прогнозировать стоимость рубля. 

Яркий пример: где-то до 2018 года неплохо работала очень простая закономерность, которую в шутку называли «формулой Кудрина». Заложенную в бюджете цену барреля нефти в рублях нужно было разделить на стоимость нефти марки Brent, и получался очень хороший прогноз курса рубля. Это правило работало больше десятилетия — ровно до последних изменений в российской внешней политике. 

Двойной дисбаланс 

В начале лета, когда доллар впервые пробил отметку в 100 рублей, мнения аналитиков разошлись. Некоторые говорили о том, что есть шанс укрепления курса рубля к осени и возвращения его к уровню 85–90 рублей за доллар. Однако с учетом роста расходов федерального бюджета на внешнюю политику уже 3 месяца назад было ясно, что такой сценарий маловероятен. К середине лета очень сильно вырос дефицит бюджета, опасный для российской экономики. 

Это в итоге и предопределило последующее ослабление рубля. Невозможно сказать, на сколько рубль ослаб именно по причине дефицита, но свести бюджет в тех условиях при 80 рублях за доллар было совершенно невозможно. С учетом возросших расходов нам нужно было, чтобы в бюджет пришло больше рублей. Поскольку повлиять на абсолютную величину экспортной выручки объективно невозможно (она определяется мировым рынком), остается очень простая вещь: нужно сделать так, чтобы за доллар стали давать больше рублей. Интересно, что эту точку зрения очень яростно раскритиковал Центробанк, обычно крайне сдержанный в своих комментариях. 

При этом для ослабления рубля никаких искусственных мер не потребовалось, перекос валютного баланса, который к тому времени наблюдался из-за перекоса в экспорте и импорте, всю работу сделал сам. К началу октября дефицит баланса внешней торговли увеличился до $15,8 млрд: как сообщили в ЦБ, это произошло за счет сокращения экспорта на почти 20% (до $20,2 млрд), в то время как объем импорта, наоборот, вырос на 12% — до $36 млрд.

Незамеченная революция

Кроме того, примерно 3 месяца назад сильно изменилась сама структура торгового баланса России. Если ранее доминировали так называемые твердые валюты (евро и доллар, причем доллар лидировал с большим отрывом даже в контрактах с европейскими и азиатскими производителями), то примерно месяца 3 назад произошла небольшая революция, которую большинство и не заметили. 

У нас резко увеличилось использование валют «дружественных стран» (среди которых с огромным отрывом доминирует юань, потому что эксперимент с рупиями был неудачен, а другие валюты слишком малы в объемах), а главное, вырос объем рублей. 

Дело в том, что из-за санкций просто перевод из российского банка в зарубежный превратился в проблему. Это стало дорого, медленно, имеет определенные риски, например того, что деньги зависнут, пока их будет проверять зарубежный банк. 

В связи с этим российские экспортеры и импортеры довольно быстро скооперировались. Компании договорились, что экспортеры, у которых уже есть деньги за рубежом, оплачивают нужные импортерам товары, а те внутри России совершают аналогичные операции уже в рублях. Так и возникло чудо, когда российский экспорт вдруг стал рублевым. 

В итоге к осени значительная часть оплаты экспорта стала поступать в рублях и валюте дружественных стран, при этом спрос на традиционные валюты, начиная с долларов, не сильно упал. Это, в свою очередь, создало локальный дефицит того же доллара на безналичном валютном рынке, на который наложился дефицит федерального бюджета. И вот мы уже наблюдаем резкое ослабление рубля.

Вместо рублей доллары

Сейчас в ситуацию с дисбалансом вмешались власти. 11 октября президент страны Владимир Путин подписал указ, который обязует российских экспортеров продавать иностранную валюту. Это говорит о том, что «взаимозачет» с импортерами придется прекратить, правда, не всем. В указе речь идет о «некоторых» компаниях, перечень которых раскрываться не будет. 

Однако проблема в том, что на самом деле российская налоговая система специально выстроена таким образом, что большую часть прибыли экспортеров и так забирало себе государство (в первую очередь это касается нефтяников). Соответственно, решение о принудительном возврате валютной выручки на самом деле не сильно меняет текущее положение дел, потому что и сейчас большая часть валютной выручки — порядка 80% — прекрасно возвращается сама по себе без всякого внешнего нажима. 

На практике это выглядит так: нефтяная компания поставила нефть за рубеж, получила за это деньги, но ей же нужно и дальше нефть добывать, поэтому она вынуждена эти деньги возвращать в Россию. Но за счет того, что деньги уже внутри страны — просто на счетах у импортеров — действует тот самый взаимозачет, о котором мы говорили выше. В итоге все довольны, экономится время, нервы и даже деньги, потому что из-за того, что часть платежей зависает, иногда деньги могут висеть месяцами. 

Вчерашнее решение означает, что экспортеры теперь должны загнать все деньги в Россию, а потом с таким же набором неприятностей импортеры должны выгонять деньги обратно. С точки зрения курса рубля, это как раз должно дать его укрепление. Ведь после того, как внутренний рынок был наводнен рублями, что помогло ослабить его курс, теперь на него будет поступать валюта, а это даст ее ослабление. 

Не откладывать на завтра 

Именно поэтому, если хотите приобрести какой-то валютный товар (ноутбук, например), то лучше не откладывать. В зависимости от того, насколько жестко будут применяться заявленные меры, нас ждет рост цен и заметные локальные дефициты на те импортные товары, которые точно оплачиваются в евро и долларах. 

Однако, как показывает практика, совершенно не исключено, что в практической реализации все будет тихо и скучно, поэтому сильно паниковать не стоит. Все-таки даже большинство надзорных органов ведет продуманную политику и не заинтересовано в резком скачке цен на потребительские товары.  

Сколько будет стоит доллар

На фоне последнего указа президента рубль уже укрепился — отскочив на следующий день до 96 рублей, отыграв к пятнице, 13 октября, до 97,3 рубля. Однако это просто психологическая реакция рынка, которая пройдет через какое-то время. В целом при прочих равных условиях, то есть если в дело не вмешается непредвиденный внешнеэкономический фактор, мы ждем укрепления рубля, в том числе на фоне политики Центробанка, поднявшего ставку до 13%, и того, что стоимость нефти растет. При этом не стоит рассчитывать на какое-то сильное падение доллара — но от планки «доллар по 100» мы все-таки должны отойти.