Франция впервые за последние 17 лет обрела президента-социалиста
Франция впервые за последние 17 лет обрела президента-социалиста. Франсуа Олланд, которого всегда считали не более чем партийным функционером, смог стать главой государства, после Николя Саркози пал жертвой экономического кризиса, а карьере его главного соперника Доминика Стросс-Кана положил конец скандал. Олланд во всем стремится походить на своего предшественника и тезку Франсуа Миттерана. Последнего французы любят за то, что при нем появились все основные блага социального государства, которыми они пользуются до сих пор. Однако экономическая политика социалистов, которая привела страну к стагнации во времена Миттерана, сейчас грозит всей единой Европе.
Новый президент Франции Фрасуа Олланд мечтал занять кресло главы государства с 10 лет. В этом он признался в прошлом октябре, когда стал кандидатом от Соцпартии, победив ее лидера Мартин Обри на праймериз. Его предшественник на этом посту Николя Саркози стал первым за 30 лет президентом, которому не удалось переизбраться на второй срок. Как и прежние власти Греции, Италии, Испании и Португалии, французский президент пал жертвой экономического кризиса. О том, что граждане недовольны им и его экономической политикой, соцопросы говорили давно. Но победу на следующих выборах пророчили другому социалисту - до скандала в отеле Sofitel в Нью-Йорке в мае прошлого года самым популярным политиком во Франции был Доминик Стросс-Кан, его рейтинг был на 20% выше рейтинга действующего президента.
Франсуа Олланд, которого пресса зовет «месье Нормальный» и «Тихий человек», на тот момент отставал от Стросс-Кана больше чем в два раза - ему симпатизировали 28% избирателей против 68% у экс-главы МВФ. После скандала он быстро стал не только самым популярным социалистом, но и самым популярным политиком в стране.
«Впервые за 30 лет карьеры у Олланда появилась возможность проявить качества умного и сильного политика. Его недооценивали с самого начала политической деятельности, по большей части из-за того, что он всегда держал себя довольно сдержанно и в глазах большинства был не более чем веселым и милым парнем на мотороллере, всегда доступным для общения с журналистами и народом», - заявил «МН» политический обозреватель еженедельника Paris Match Давид Ле Байи.
«Месье шутник»
Олланд родился в 54-м году в Руане на севере Франции в семье врача-отоларинголога Жоржа Олланда и социального работника Николь Трибер. Он прекрасно образован. После окончания бизнес-школы HEC Paris в 1980 году он получил диплом элитной Национальной школы администрации, которую принято считать французской кузницей кадров. Одновременно Олланд слушал лекции в Институте политических исследований Sciences Po. Уже тогда он увлекся социалистической идеей и стал большим поклонником Франсуа Миттерана. В 1976 году Олланда не хотели брать в армию из-за его близорукости, однако он настоял на том, чтобы его все-таки взяли, так как прохождение службы в вооруженных силах считал важным для своей политической карьеры.
В политику Франсуа пришел в возрасте 26 лет. В 81-м году он стал одним из экономических советников и доверенных лиц Миттерана, который в том же году стал президентом. Олланд вскоре стал кандидатом на выборах в Национальное собрание в департаменте Коррез, которые с треском проиграл экс-премьеру и мэру Парижа Жаку Шираку. Жак Ширак, когда его спросили о его сопернике - молодом социалисте, презрительно сравнил его с «лабрадором Миттерана», чья кличка известнее французам чем имя Франсуа Олланда. При личной встрече с Шираком Олланд отрекомендовался ему как «тот, кого сравнили с лабрадором Миттерана». Впоследствии он не раз иронически высказывался в адрес оппонента-правоцентриста, главным образом, упрекая его в лени: «Если говорить о сокращении рабочей недели, то мы, социалисты, никогда и не мечтали о таком радикализме в этом вопросе». Юмор называют «секретным оружием» нового президента Франции, который удостоился от Саркози, тоже постоянного объекта для насмешек, прозвища «месье шуточки». Даже профессиональные комики отмечают талант Олланда, который всегда пишет свои речи сам. «Он настолько хорош, что я даже храню стенограммы его речей среди своих записей, они такие забавные», - признался как-то 35-летний стэндап-комедиант Гаспар Пруст.
С 83-го по 88-й годы Олланд был главой кабинета спикера правительства Макса Галло, работал в Счетной палате, служил муниципальным советником округа Юссель. В 88-м наконец стал депутатом Национального собрания от города Тюль (Коррез), получив должность секретаря комитета по вопросам финансов и докладчика по оборонному бюджету. В 1997 году по рекомендации премьера-социалиста Лионеля Жоспена Олланд возглавил Соцпартию. За одиннадцать лет во главе партии он ни разу не привел ее к сколько-нибудь значительному результату на парламентских или президентских выборах, зато на местах левые смогли отвоевать многие города и регионы, и благодаря этому впервые в истории на выборах в октябре 2011 года получили большинство в Сенате, что укрепило позиции социалистов перед президентскими выборами. Тем не менее, Олланд всегда оставался в тени и считался не более чем партийным функционером. В 2007 году кандидатом от соцпартии на президентских выборах стала его однокурсница и гражданская жена Сеголен Руаяль. Саркози обошел ее во втором туре на те же 6% (53 против 47), которые пятью годами позже проиграл Олланду. В том же году Олланд и Руаляь расстались, а спутницей нового президента стала журналистка еженедельника Paris Match Валери Триервейлер.
Анти-Саркози
С 95-го года, когда Миттеран сложил с себя полномочия главы государства, Францией 17 лет управляли правые президенты. Социалист Олланд смог объединить всех недовольных экономической политикой последнего из них. Комментаторы едины в том, что на прошедших выборах французы выбрали не Олланда, а антипода Саркози.
Саркози называли президентом богатых, и из-за его любви к роскоши, и из-за неолиберальной экономической политики. Он надеялся на рост благодаря снятию излишних бюрократических барьеров в экономике и либерализации рынка труда, надеясь таким образом создать новые рабочие места и возможность большего заработка. Одновременно проводились сокращения социальных расходов. Создать условия для такого типа развития был призван закон «О работе, занятости и покупательной способности» (Loi TEPA), принятый почти сразу после избрания нового президента в ходе внеочередной сессии парламента в июле 2007 г. Закон, в частности, снимал ограничения на сверхурочные работы и освобождал их от налогов. Одновременно Саркози проводил политику сокращения социальных трат и налогов для богатых - французы и хозяйства, имеющие более 1 миллиона в год, смогли пользоваться так называемым налоговым щитом, платя 50% годовых вместо 60%. Тем не менее, кризис продолжал углубляться, бюджетный дефицит вырос до 8% в 2010 с 2.7% в 2007.
А когда Николя Саркози, пришедший под лозунгом «Больше работать, чтобы больше получать» в 2010 году отменил пенсионную реформу Миттерана, начались многотысячные демонстрации. Социалисты раскритиковали Саркози за то, что он заставляет больше работать обычных граждан, одновременно облегчая тяготы самых богатых. Многие обозреватели тогда заметили, что все это увеличивает популярность левых в глазах избирателей.
Хотя экономические обещания Саркози и Олланда и оказались практически идентичны в том, что касается сокращения бюджетного дефицита, госдолга и роста ВВП, их подходы отличны. Так Олланд, помимо прочего, предложил не просто отказаться от «налогового щита», но и повысить «налог для богатых» (заработок более 1млн) до 75% и ввести налог в 45% для тех, кто зарабатывает более 450 тысяч евро в год. Он пообещал вернуть пенсионный возраст к 60 годам для рабочих, стаж которых начинается с 18 лет, каждый год делать вливания в пенсионный фонд за счет ежегодного повышения подоходного налога, который будет слит с общим социальным налогом. Олланд также намерен стать «президентом молодежи», создав для них дополнительные 150 тысяч рабочих мест.
Стратегия «антипода Саркози» оказалась удачной во всем, кроме иммиграционной политики. Его оппонент говорил, что почти вдвое сократит поток мигрантов (со 180 до 100 тысяч в год), ужесточит миграционное законодательство новыми экзаменами для приезжих и пересмотрит, а то и вовсе отменит подписанные все тем же Миттераном Шенгенские соглашения. Иммиграционная программа Олланда включала в себя предложение позволить участвовать в муниципальных выборах всем живущим в стране легально более пяти лет. Тем не менее, кандидат-социалист не раз говорил, что понимает озабоченность электората «Национального фронта» Марин ле Пен и пообещал решать вопрос о том, сколько мигрантов должно въехать в страну ежегодно, с парламентом.
Новый Миттеран для единой Европы
Выступая 1 мая перед своими сторонниками в Бургундии, Олланд заявил: «Я поставил себе цель - стать долгожданным наследником Франсуа Миттерана». Большинство благ социального государства, которыми сейчас пользуются французы, они получили именно при последнем социалисте. В социальной политике он пошел дальше своего предшественника Жискара Д’Эстэна. Именно он понизил пенсионный возраст до 60 лет, до этого с 2010 года он составлял 65 лет. Миттеран ввел пять недель оплачиваемого отпуска вместо четырех. При нем появилось главное соцпособие - минимальный реабилитационный доход, выплачиваемый при полном отсутствии других доходов. Закон он межпрофессиональном минимуме зарплаты роста закрепил за правительством право фиксировать минимальную заработную плату, позволяющую вести достойный образ жизни. Эта сумма позволила наименее квалифицированным рабочим вкусить плоды экономического развития страны. Оппоненты реформы обвиняли президента в том, что он поощряет неквалифицированный труд вместо того, чтобы стимулировать конкуренцию.
Экономическая политика Миттерана шла вразрез с политикой, которой придерживались в 80-е годы рейгановские США и тэтчеровская Великобритания. В итоге, в отличие от роста, который переживали эти страны с 80-х, во Франции за годы президентства Миттерана (81-95) госдолг вырос в шесть раз, а безработица - в два (1,5 млн - 6% населения до 3 млн - 9,6% населения).
Однако роль экономики Франции в общеевропейской при президенте Миттеране не сравнима с современной. Социалистические амбиции Олланда простираются за пределы его страны. Провозглашенная им «Новая ориентация Европы» подразумевает, что Париж пойдет наперекор политике строгой бюджетной дисциплины, которая на сегодняшний момент выражена в «пакте Меркель-Саркози».
До сих пор экономическая политика наиболее проблемных стран (лучше всего это видно на примере Греции) полностью зависела от единой воли Парижа и Берлина, навязывающих им жесткую экономию. Теперь Олланд хочет вытащить Европу из тисков жесткой экономии, заключив «пакт роста», который способствовал бы развитию экономики, — например, с помощью финансирования госпроектов из Европейского банка инвестиций и Европейского структурного фонда и перераспределения уже выделенных под какие-либо проекты, но не используемых средств. Он, как и Саркози, поддерживает идею евробондов, но в отличие от прежнего президента считает, что они должны использоваться для финансирования структурных модернизационных проектов, а не только покрытия долгов.
Олланд уже нашел понимание у главы Европейского центробанка Марио Драги. Также Олланд рассчитывает на поддержку стран южной Европы и немецких социал-демократов. Если разногласия между Парижем и Берлином станут слишком сильны, это не только может пагубно отразиться на рынках, но и поставить под угрозу интеграционных проект как таковой. В день победы Франсуа Олланда на выборах немецкий канцлер Ангела Меркель пригласила его в Берлин для обсуждения экономической политики, не забыв подчеркнуть, что фискальные соглашения уже заключены и что программы роста не должны быть «теми же самими, что привели к долговому кризису».
Также в разделе
