Константин Барулин: «Уже почувствовал лихорадку Сочи-2014»
18 декабря 14:04 |
«Я хотел остаться в Мытищах»
— Наверное, даже не надо спрашивать, чем вам запомнится 2012 год.
— Конечно, это победа на чемпионате мира в Финляндии и Швеции. Это в первую очередь.
— Я думал, что вы назовете переход из «Атланта» в «Ак Барс». Для любого хоккеиста – это стресс.
— Ну как, стресс. Неприятная ситуация, но тут ведь многое зависит от того, как ты к этому готовишься. Для меня не было это таким уж стрессом. В какой-то момент я понял, что перехода не избежать.
— Насколько известно, вы-то сами уходить не хотели.
— Не хотел, честно. В «Атланте» я провел два прекрасных года и был готов остаться. Мне совершенно никуда не хотелось переезжать. Но в Мытищах просто не захотели меня оставить.
— Дело было в деньгах?
— Даже не в деньгах, а в общей заинтересованности. Ко мне даже не подходили, ничего не говорили. Но это и понятно, в клубе принято менять по 80 процентов состава каждый сезон. И, видимо, в этот раз я попал в это число.
— Все писали, что вы уедете в Санкт-Петербург.
— Хм, точно такая же ситуация. Писали-то много, но на меня не выходили. Видимо, меня там не видели в составе.
— Супруга у вас осталась работать в системе «Атланта»?
— Да, Наталья отвечает за группу поддержки. Календарь КХЛ очень удобно составлен для нашей семьи. Когда «Ак Барс» дома, то мытищинский клуб уезжает на выезд. И наоборот. Если мы отправляемся из Казани, то она едет в «Атлант» и занимается своими делами.
Если переход для кого-то был сложностью, то для моей семьи. Мне-то что — играй в хоккей. А им надо узнать, где расположены различные магазины, удобные места для покупок.
— В Казани живете в знаменитом доме, построенном специально для игроков «Ак Барса»?
— Да, тут все удобно. Даже и не выбирали другое жилье.
— Но ведь постоянные глаза и уши сотрудников клуба.
— Нам скрывать нечего. На самом деле, если переход для кого-то был сложностью, то как раз для моей семьи. Мне-то что – играй в хоккей. А им надо узнать, где расположены различные магазины, удобные места для покупок. Но сейчас все в порядке.
— Главное отличие Подмосковья от Казани?
— Пробок меньше. Они есть, но не такие суровые. О городе же пока сказать ничего не могу. Времени на то, чтобы погулять совсем нет. То чемпионат КХЛ, то сборная.
— Пробки такие же агрессивные?
— Нет-нет. Тут все спокойней. Конечно, иногда подрезать могут, но я из себя не выхожу.
«Подушки — это моя слабость»
— В первой части чемпионата мира вы жили в не самом комфортабельном отеле Стокгольма, рядом со стадионом. Точнее рядом со стройкой, которая гремела целыми днями. Это мешало?
— Стройка? Да, что-то было. Дайте-ка вспомнить, мешало ли мне это? Да нет, ничего не мешало. Все было в порядке. Когда они работали, мы занимались другими делами. Я не могу вспомнить серьезных проблем.
— Правда ли, что вам пришлось покупать подушки?
— Откуда знаете? Но да, было. Подушки – это вообще моя слабость, а в отеле они были маленькие и не очень удобные. Мы с Костей Корнеевым пошли в магазин и приобрели нормальные.
— Дорого?
— Да нет, не дорого. Пустяки.
— С собой забрали потом?
— Оставил в отеле.
Константин Барулин
— Представляю, что с подобным столкнулись представители футбольной сборной. Месяц бы обсуждали. Вы вот до последнего все в тайне держите.
— Да это все мелочи, на которые не надо обращать внимания. Подумаешь, подушки купил.
— Что еще помните о чемпионате мира?
— Вот начало что-то не задалось. Не помню, с чем это было связано, но как-то все не так пошло. Ах, ну да, у меня травма была небольшая. Но концовка, конечно, получилась отличной.
— А ведь еще за год до этого, вы раздумывали: стоит ли выступать за сборную?
— Так жестко я вопрос не ставил, конечно, но определенные мысли были. Турнир в Братиславе получился ужасным, как с точки зрения результата, так с точки зрения отношения к игрокам. Но затем штаб сменился, и все стало лучше.
— Вот, кстати, вы, переходя в «Ак Барс», думали о том, чтобы быть поближе к сборной.
— Глупо отрицать, что я это брал во внимание. Конечно, понимал все ситуацию. Но, надеюсь, в команду меня берут не потому, что я играю за бывший клуб Билялетдинова.
Новая тактика тренера меня не коснулась. Мне-то что — как шайбы ловил, так и надо ловить.
— Все говорят о новой тактике тренера, о каких-то требованиях на льду, которых не было раньше. Вратаря они как-то касаются?
— Мне-то что — как шайбы ловил, так и надо ловить. Хотя – нет, изменилось. Сейчас все игроки отрабатывают в обороне, а так гораздо легче.
— Наверное, глупый вопрос, но все же. Вы-то уже сейчас себя чувствуете элитным вратарем?
— Да я как-то пока не осознал. Стоит ли? Надо подумать.
— Еще пару лет назад все плакались, что в России нет хороших вратарей.
— А теперь все иначе. Очень много наших вратарей приличного уровня. Молодежь подрастает, да в той же сборной конкуренция сильнейшая. Радует, что она здоровая. Я вижу, что, например, Василий Кошечкин отлично отыграл матч и мне хочется сыграть еще лучше. Но пакости друг другу не делали.
— А были такие случаи?
— Что-то из своей карьеры я вспомнить не могу. Но случаи же всякие бывают. Я же открытый, стараюсь со всеми найти общий язык.
— На Кубке Первого канала Владислав Третьяк сказал такую фразу: «В третьем матче турнира будет играть Барулин, чтобы его не расстраивать». Вы уже капризничаете?
— Если честно, то я вообще не знаю, что он имел в виду. Играть хочется всегда, но решает тренер. Я бы спокойно принял любое решение.
Константин Барулин в матче регулярного сезона Континентальной хоккейной лиги между ХК "Ак Барс" (Казань) и ХК "Металлург" (Магнитогорск).
«Подарили танцующую куклу»
— На последнем матче «Ак Барса» в Мытищах, болельщики вас так тепло приветствовали.
— Да, я тоже был растроган. Радует, что помнят, не забывают. Говорю же, уходить совсем не хотел.
— Часто фанаты дарят подарки?
— Да, как ни странно. Вот уже в Казани люди подходили, благодарили за игру. То шарфик подарят, то кепку. А недавно нам подарили танцующую куклу и она стоит в раздевалке команды, поднимает нам настроение.
— Ваша карьера, как сказка. Еще ведь два с половиной года назад вы играли в ЦСКА и клуб тоже не сделал и попытки, чтобы вас оставить в команде. Вы были лидером по пропущенным шайбам из центра площадки.
— Молодой был, что тут сказать.
— Но с центра!
— Говорю же, неопытный был. Но потом со мной поработали нормальные специалисты из Швеции, Финляндии. И это помогло мне. Мне повезло на сильных специалистов.
Те же тренеры могут по-разному подсказать. Некоторые, начнут такое говорить, что даже слушать не хочется
— Сейчас в Казани с вами работает Сергей Абрамов. Плохо?
— Нет, сейчас-то я уже в таком возрасте, когда менять стиль игры бесполезно – он уже сложился. Подсказки идут, но просто со стороны видней, что именно надо поправить. Плюс психологическая помощь.
— Вот объясните, Владимир Мышкин вам в сборной действительно помогает?
— Конечно. Он всегда подойдет, что-то подскажет, вернет уверенность. А вот в ЦСКА у меня не было тренера вратарей, отсюда и были все проблемы. Это сейчас все клубы поняли их важность, но еще пару лет назад было не так.
— Вы из тех голкиперов, которые нервничают, когда им дают советы люди, не игравшие в воротах?
— Те же тренеры могут по-разному подсказать. Некоторые, начнут такое говорить, что даже слушать не хочется. Да и вообще доброжелателей много, многие понимают, что именно надо делать в воротах. Я уже умею пропускать все это мимо.
— Когда последний раз вас очень сильно расстраивал гол?
— Да постоянно расстраивают. Просто надо уметь сразу собираться и продолжать работать. Но если вы думаете, что я уже равнодушен к голам в свои ворота, то неправы. Я по-прежнему продолжаю готовиться к каждому матчу, смотрю состав, вспоминаю козыри нападающих.
— Да ладно! Я думал, что это просто красивые слова. Расскажите, кто опасен у «Спартака»?
— В большинстве там играет Бранко Радивоевич – он отлично бросает с определенной позиции. На дальней может в любой момент открыться Штефан Ружичка.
— Слишком просто. «Амур».
— Знаю, откуда чаще всего бросает Петружалек. И знаю, куда он может сделать передачу. Давайте, я все рассказывать не буду, а то они начнут меняться.
— Михаил Бирюков, который играл на чемпионате мира, говорил, что его главная проблема в том, что он задолго до начала матча начинает замыкаться. Вы тоже за сутки «закрываетесь»?
— Да нет, ну какие сутки. Да и «закрываюсь» - слишком громкое слово. Общаюсь в день матча меньше, чтобы не распыляться, но прекрасно вижу, что происходит вокруг.
— Все вокруг говорят: Сочи, Сочи. Вас всеобщая лихорадка задела?
— Вот на Кубке Первого канала немного почувствовал это. Конечно, хочется на Олимпиаду, что я буду врать.