Выступление за «Витязь» сделало Михаила Анисина звездой
Хоккеист московского «Динамо» Михаил АНИСИН стал одним из героев нынешнего сезона. Сын знаменитого игрока сборной СССР Вячеслава Анисина и брат олимпийской чемпионки по фигурному катанию Марины Анисиной стал самым результативным хоккеистом в составе подмосковного «Витязя», за что получил приглашение на «Матч звезд» КХЛ и подписал контракт со столичным клубом. Кроме того, Анисин приобрел невиданную популярность благодаря исполнению оперной арии во время звездного уикенда. Об опыте выступления в самой брутальной команде страны, блатных партнерах и скитаниях по четвертым звеньям 23-летний хоккеист рассказал в интервью «МН».
— Современным хоккейным тренерам нужны гренадеры. Наверное, человеку ростом 164 см и весом 68 кг было непросто пробиться наверх?
— Понятно, что работать в детстве мне приходилось гораздо больше, чем другим. Тренировался с утра до вечера, по три раза.
— Но тренеры все равно не верили?
— Да разве только они! Я занимался в детской школе ЦСКА, и мне столько пришлось пережить! Если бы не мой отец Вячеслав Анисин, то я, может быть, и закончил бы с хоккеем. Но папа всегда говорил мне, что надо много работать, если хочешь чего-нибудь добиться. Плюс именно он со мной занимался индивидуально. И практически все знания, что у меня есть, — заслуга отца.
— Какие проблемы у вас могли быть в детской школе с таким отцом?
— Отец мог работать со мной, что-то подсказать, но никогда не вмешивался в дела школы. И что в итоге? Я был лучшим бомбардиром ЦСКА на детском уровне, а играл в четвертом звене. В первых трех звеньях выступали ребята, чьи родители проплачивали места в составе. Да вообще у меня тяжелые воспоминания о том периоде. Там же большинство тренеров если и играли в хоккей, то на низком уровне. Они не могли дать знаний, зато неплохо освоили систему поборов. Родители некоторых детей и подарками их осыпали, дачи строили, лишь бы их ребенок был в составе. За меня же никто ничего не платил, вот я и играл в четвертом звене. Надо мной смеялись, мне не давали играть.
— А как специалисты объясняли вашу результативность?
— Говорили, что это я на детском уровне хорош, а когда все будут расти, то у меня не будет шансов.
— Кто-нибудь из вашей детской команды вышел на серьезный уровень?
— Да практически никто. Я, кстати, из-за этого сейчас не злорадствую. Бог рассудил, кто есть кто на самом деле. Где эти детские тренеры? Где эти блатные дети? Нет их.
— Но на профессиональном уровне проблемы продолжились?
— Историй было, конечно, много. Я дошел до первой команды ЦСКА, но мне там шансов не давали, хотя готов был лед грызть, чтобы играть. Пожалуй, впервые в меня поверили в «Крыльях Советов». Команду возглавил мой отец, а затем его сменил Илья Бякин. Никаких поблажек мне не было, и в сезоне-2007/08 я набрал 60 очков в 48 матчах. Но отношение все равно не изменилось.
— В чем это проявилось?
— Я вот не понимаю, почему меня, лучшего бомбардира высшей лиги, так и не позвали хотя бы на просмотр в молодежную сборную страны, которой руководил Сергей Немчинов. Тогда его команда готовилась к суперсерии против канадцев, а мне даже не дали шанса. Итог турне всем известен. Семь поражений в основное время из восьми встреч. Да меня вообще ни разу не звали в сборные по возрасту, хотя попробовать бы могли.
— Потом вы покинули «Крылья Советов».
— В клуб пришли такие руководители, что с командой стало все ясно. Сейчас вообще нет профессионального клуба с таким названием. Я же отправился в КХЛ. Не скажу, что это были плохие сезоны, но и там не при всех тренерах мне доверяли. Хотя вот во второй сезон я забил 14 шайб, сделал 13 передач. Результат довольной приличный.
— А затем начали ездить по клубам. «Северсталь», «Югра». И там ваша статистика была не самой лучшей.
— Удивительное дело, меня приглашали в эти команды, а как только я подписывал контракт, так сразу оказывался либо на трибунах, либо в четвертом звене. Особенно весело получилось в Ханты-Мансийске. Главный тренер Сергей Шепелев звал меня, уговаривал, но стоило мне приехать, так про меня сразу забыли. Знаете, единственный раз я попал во второе звено, когда главный тренер заболел, а клубом руководили его помощники. И в это время я забил первую шайбу, отдал две передачи. Но вернулся главный тренер, и меня посадили на скамейку. В конце концов я вообще решил уйти и даже махнул рукой на то, что потерял деньги. Со мной там поступали некрасиво. Пытались выдумать какие-то дисциплинарные проступки, которых я не совершал.
— Но еще в конце прошлого сезона вы оказались в «Витязе».
— Вот тут-то впервые в меня поверили. Андрей Назаров сразу сказал, что на меня рассчитывает, и ни разу не обманул. Даже когда у меня не шла игра, то он подбадривал, верил, что все наладится. В итоге я здорово провел нынешний сезон. Да и сейчас в московском «Динамо» меня встретили очень тепло.
— Вы вот за время мытарств не ожесточились?
— Нет, не сказал бы. Стал еще больше работать, чтобы доказать многим, как они ошибаются на свой счет.
— Немногие игроки смогут спеть на публике, особенно при полном стадионе.
— А почему? Зрители заполняют трибуны, им надо порадоваться. Концерт в Риге не первое выступление. До этого я выступал перед болельщиками в Новосибирске, в торговом центре в Чехове.
— Даже профессионалы говорят, что у вас приличный голос. Была возможность уйти в шоу-бизнес?
— Я же в детстве в театре играл. Был задействован в пьесе по «Сыну полка» Катаева. Но потом, не задумываясь, выбрал хоккей, хотя в театре меня уговаривали остаться.
— Какое самое яркое театральное событие?
— Мы играли 9 Мая, на 50-летие Победы. Я там стихи читал, и в тот день было очень непросто. Представляете, в зале ветераны войны, с медалями. Никогда не забуду.
— Удивляет, что ваш репертуар — это шансон, Стас Михайлов.
— А что такого? Я вырос в это время, когда шансон был популярным. Кроме того, это настоящие песни, со смыслом, за жизнь. А нынешнюю эстраду я и не понимаю. Сейчас такая техника, что любой может стать звездой. Но кто из них способен спеть вживую, например под гитару? Единицы.
— После «Матча звезд» вы дали еще полуторачасовой концерт в КХЛ-баре в Риге. Не тяжело?
— Я чувствую зрителей. И понимал, что им интересно, им нравятся песни. Потому эти полтора часа совсем меня не утомили.
— Но вот со зрителями в Минске вы обошлись не очень хорошо. И Андрей Назаров пытался с ними подраться, и вы старались кого-то ударить.
— Ничуть не жалею, что так поступил. Не мы начали. Но на нашу скамейку упала стеклянная бутылка. Затем Никите Двуреченскому попало монетой в лицо, и было рассечение. Но последней каплей стало то, что в Андрея Назарова стали тыкать палкой. Нельзя позволять, когда какой-то пьяный пытается ударить твоего главного тренера. Мне совершенно не стыдно за тот поступок. Когда дело касается чести команды, надо вступаться.
Семейное дело
Отец Михаила Вячеслав Анисин в 1970-х годах был звездой советского хоккея, участвовал в суперсерии-1972 СССР — Канада, блистал в ЦСКА и «Крыльях Советов». Затем в качестве тренера возглавлял московский «Спартак» и «Крылья Советов». Сестра Михаила Марина Анисина в 2002 году стала олимпийской чемпионкой по фигурному катанию, выступая за Францию в паре с Гвендалем Пейзера. В 2008 году вышла замуж за известного актера Никиту Джигурду. Михаил Анисин за четыре сезона провел в КХЛ более 160 матчей и забросил более 50 шайб. Во время звездного шоу в Риге он исполнил неаполитанскую песню O sole mio. Ролик с его «а капелла» на льду посмотрело в Youtube более миллиона человек.
