Илья Казаков: «Не скажу в эфире о человеке то, что не решусь повторить ему в лицо»

Пресс-секретарь сборной России по футболу Илья Казаков

© РИА Новости. Александр Вильф

— У вас сложилась репутация комментатора, который редко когда скажет резкое слово о футболисте или тренере, будь то эфир передачи или комментарий матча. Это не очень-то вяжется с современным стилем российского спортивного ТВ.

— У каждого комментатора свой стиль, свой журналистский почерк. Леша Андронов нарочито резкий и ищет конфликт в репортаже, у Васи Уткина репортажи построены на восхитительном жонглировании словами, он признавался, что старается сделать из матча шоу, у Володи Стогниенко многое построено на эмоциях, он уже на протяжении долгого времени остается самым задорным комментатором. Мой же стиль – это истории. В каждом матче я стараюсь рассказывать истории и о тех игроках, которых знаю лично, и о тех, о ком прочитал что-то интересное.

— Но спортивная журналистка сейчас — это все равно, что лента Facebook: «лайки» и «репосты» — показатель успешности, и собирают их резкие заявления, а чем больше в них провокации, тем круче.

— Надеюсь, никогда не скажу в эфире о человеке то, что не решусь повторить ему в лицо. Ты что-то сказал мимоходом, и даже не придал значения, а человеку запало в сердце и ему с этим жить. Возможно, внутреннее ограничение иногда и мешает. Мы как-то обсуждали эту тему с Валерием Кузьмичом Непомнящим. В то время он не был востребован как тренер, но проявил себя на телевидении как потрясающий эксперт. Так вот, мы сошлись на том, что вправе оценивать действие, но не вправе оценивать человека, его совершившего. Да, можно сказать, что вот этот человек украл. Но то, что он – вор, мы уже не вправе говорить.

«Есть спорт высоких достижений, спорт как индустрия. Я не берусь оценивать его уровень, но он в России есть, это очевидно»

— Есть ли в мире спорта люди, которые вызывают у вас искреннее восхищение?

— Полно, но я расскажу о самом свежем впечатлении — о паралимпийской сборной по футболу. До этого я однажды видел, как играют слепые. Проводятся такие турниры под эгидой ФИФА. Я шел туда, зная, что буду чувствовать себя неловко. Это обычная история для человека, который воспитан в нашем социуме, где не принято смотреть на инвалидов как на полноценных членов общества. И вдруг через несколько минут этой неловкости, ты испытываешь гордость от того, что человек может оставаться человеком даже в таких очень сложных условиях. Комментируя матчи нашей сборной на Паралимпиаде, я испытал нечто подобное.

— Россия спортивная страна?

— На мой взгляд, спортивная, но не физкультурная. Есть спорт высоких достижений, спорт как индустрия. Я не берусь оценивать его уровень, но он в России есть, это очевидно. А что касается спорта как физкультуры, в России его почти нет. Нет всех этих «веселых стартов», «кожаных мячей», «золотых шайб». Я не говорю о красивой «оберточной бумаге» с такими названиями, может в таком виде эти турниры сохранились. Но вот массового движения нет.

— Какой вид спорта в России может считаться национальным?

— Единого национального спорта у нас не может быть. Россия для этого слишком большая. В каком-то регионе популярны, например, лыжи, в каком-то – борьба, в третьем развивают что-то еще.

«Основная проблема спортивного телевидения в том, что у нас практически исчезли сильные корреспонденты среднего возраста»

— Чего не хватает спортивному телевидению, чтобы стать по-настоящему популярным в России?

— Как ни странно, но денег. Мне кажется, основная проблема в том, что у нас практически исчезли сильные корреспонденты среднего возраста. У нас полно обозревателей, комментаторов, блогеров, а корреспондентов-профессионалов, которые обладают хорошим опытом, чтобы делать качественный продукт, почти не осталось. Проблема в оплате труда. Я не раз и не два наблюдал картину, когда очень хороший корреспондент, достигая среднего возраста, обзаводясь семьей, вынужден был уходить из профессии. Ему банально здесь не платят столько же, сколько он может получать в офисе или где-то еще. И получается, что профессия вымывается: корреспонденты сейчас – это очень молодые люди и девушки, которые учатся на ходу, а как только обзаводятся опытом, с ними происходит та же история, что и с предшественниками. А корреспонденты — это ведь фундамент, на котором строится все остальное. Причем это не только беда спортивного телевидения, я так понимаю, что такая ситуация во всей журналистике.

— Какое событие последнего времени вы считаете наиболее важным?

— Заявление главы «Газпрома» Алексея Миллера о возможном создании объединенного футбольного чемпионата. Прежде всего, потому, что непонятно как к нему относится. Все остальные события либо ожидаемы, либо прогнозируемы, либо несложно просчитать их основные последствия.

— Вы дружите с Михаилом Ефремовым, водите Хиддинка на концерты Дениса Мацуева, участвуете в передачах Михаила Шаца, в кумовьях с Никитой Высоцким и Татьяной Устиновой, и вообще у вас в друзьях все больше актеры, художники и режиссеры. Если честно, с ними проще находить общий язык и темы разговора, чем с футболистами?

— Самое забавное, что когда мы с ними встречаемся, мы все равно говорим о футболе. Вернее так, я все время их спрашиваю о театре, музыке, литературе, а они в ответ мне все норовят вопрос о футболе вставить. Я не выбираю друзей по профессии. Мне интересно с актерами и режиссерами, но мне интересно и с тренерами, и с игроками. Я не живу сравнениями. У меня был друг, которого с нами, к сожалению уже нет, который говорил: я коллекционирую людей. Я тоже стараюсь коллекционировать. Не так, чтобы на булавку наколол и в шкаф положил. Просто мне интересно, когда вокруг меня очень разные люди, я это ценю, и получаю от этого удовольствие. Иногда получается случайные знакомства. Пример? Несколько лет назад мне понравилась картина художника Андрея Шарова, я приехал к нему в мастерскую и мы стали общаться. А потом он уехал в Монако, сделал себе имя, у него теперь там пятиэтажный особняк, где на четырех этажах галерея, а на пятой – студия. Но четыре года назад, когда мы познакомились, никто и подумать не мог, что все так сложится. А самое главное это ничего не изменило в отношениях —сейчас мы общаемся так же как раньше.

— О картинах и коллекциях. Вы правда коллекционируете картины?

— Громко сказано. Время от времени.

«Почти каждый день в сборной происходят события, которые если обнародовать, они стали бы если не сенсациями, то заметно бы оживили информационное пространство»

— Есть жемчужина коллекции?

— Та же картина Шарова, например. Но мне, как человеку футбольному, после того, что случилось с клубом «Жемчужина-Сочи», немного страшно называть этим словом что либо. У меня нет излюбленного стиля. Шаров – это один стиль, Гурам Доленджашвили – иной, а Владимир Любаров – совсем противоположный. Да, вот еще одна история про неожиданные знакомства. Недавно я Слуцкого знакомил с Любаровым. И оказалось, что тот – болельщик ЦСКА, хотя когда мы к нему шли как к художнику и понятия об этом не имели.

— Вы уже многие годы работаете пресс-атташе сборной России. Хоть раз был внутренний конфликт между вашими обязанностями как пресс-атташе и профессиональными обязанностями журналиста?

— Постоянно. Почти каждый день в сборной происходят события, которые если обнародовать, они стали бы если не сенсациями, то заметно бы оживили информационное пространство. Но есть правила игры, которые установлены достаточно давно и прочно. Так что часто написать хочется, опубликовать нельзя. И я этот конфликт для себя решаю дневниками. Память – штука ненадежная.

— Дневники – основа для будущей книги?

— Сомневаюсь.

— Еще говорят, вы написали театральную пьесу о футболе.

— Да, в апреле выйдет в Хабаровском театре драмы и комедии. Я уже и не верил. Там у меня фигурирует «Кубань», которая периодически меняет тренеров. Недавно сборная играла в Краснодаре, я заехал в гости к Юрию Красножану (нынешний тренер «Кубани» — прим. ред), разговорились,  и он меня попросил прислать текст целиком. После того как прочитал, отзвонил: «Какая же у нас сложная и интересная тренерская жизнь. Натурально получилось»

— То есть это не комедия?

— Начинал писать как комедию. Но разве Вампилов-комедия?

— Российский футбол разве может быть не комедией?

— Конечно. Пример? В 2008 он трижды был не комедией: когда «Зенит» выиграл Кубок УЕФА и Суперкубок, а сборная России взяла бронзу чемпионата Европы.