Бывший полузащитник «Реала» Диарра уже провел первую тренировку в дагестанском клубе
— Вы в шоке от трансферной активности «Зенита» или, наоборот, рады, что наконец не вас называют главными футбольными транжирами России?
— Мы на самом деле благодарны «Зениту» за ту работу, которую они провели, и купили таких игроков, как Халк или Витсель. Это повышает качество российского футбола и делает нас интересными на международном уровне. Не только «Зенит» — все российские клубы, которым легче становится приглашать звезд.
— То есть деньги значения не имеют?
— У нас половина клубов российской премьер-лиги может позволить приобрести почти любого игрока в мире. Хороший футболист не может быть дешевым. Во всех отношениях. Да, у него высокая трансферная стоимость, да, высокий контракт. Но с их приобретением растет капитализация российского футбола, растет цена телетрансляций на весь мир, интерес к чемпионату. Но и нас это обязывает выстраивать нормальные бизнес-схемы. Английская премьер-лига зарабатывает 2 млрд фунтов в год. А посмотрите, сколько зарабатываем мы? С такими игроками нам будет легче выстроить правильный бизнес.
— Как «Анжи» выстраивает эту схему? Как вы, например, покупаете игрока?
— Гус Хиддинк дает список позиций, требующих укреплений, спортивный и селекционный отдел подыскивают кандидатуры, отмечаем приоритеты, начинаем переговоры, выходим на суммы, и совет директоров клуба либо утверждает сделку, либо нет.
— Где место в этой схеме Роберто Карлоса? Лассана Диарра сказал, что разговаривал с ним. Роберто Карлос ваш главный переговорщик?
— Скажем так, один из основных. У Роберто на самом деле большая роль в команде, одними переговорами она не ограничивается.
— Но, несмотря на все ваши трансферные победы и всех звезд, УЕФА не разрешает вам играть матчи Лиги Европы в Махачкале.
— Гарантии безопасности УЕФА давались различными органами государственной власти. И все наши игроки неоднократно заявляли, что нет опасности в том, чтобы проводить матчи в Дагестане. Фотография, на которой ЭтоO поднял футболку, под которой написал «Я хочу играть в Дагестане», обошла весь мир. И я уверен, когда-то УЕФА услышит нас.
