Спасти, спастись

Прадеду Николаю в тридцать девятом один пожилой грузин шепнул на ушко о готовящемся аресте. Прадед сбежал в армию

У прадеда Бориса была бронь — это когда ценный сотрудник освобождался от всеобщей воинской повинности. Была да сплыла

«Поздравляем с ударным наступлением на Сталинградском фронте. Думаем, и вы не спите. Д.» - прабабушка Евдокия экономила бумагу, писала на фронт на газетах

У прадеда Бориса была бронь — это когда ценный сотрудник освобождался от всеобщей воинской повинности. Была да сплыла (к кому-то более ушлому). А прадед Борис, ценный сотрудник, отправился рядовым на фронт, оставив семье козу да стратегический запас мыла (сам варил — всё-таки химик). Выжили.

На фронте однажды повезло: наткнулся на пасеку и на пустой желудок съел целый котелок мёда. Чуть не умер после этого. Выжил.

Тем временем в тылу его жена — прабабушка Евдокия — заставляла своего старшего сына Леонида, юношу шестнадцати лет, ходить в коротких штанишках, прикидываться маленьким. Спасала от трудармии. Спасла.

Бабушку Тамару от трудармии спас тиф. Она думала, что так и умрёт — без документов, на деревянном ящике, у станка. Но её выбросили на мороз (буквально), а она выжила.

Прадеду Николаю в тридцать девятом один пожилой грузин шепнул на ушко о готовящемся аресте. Прадед сбежал в армию, в сороковом был уже кадровым офицером. Ранение, госпиталь; одна нога стала короче другой. Была ещё такая история: мальчишка-солдат, выдернутый на фронт откуда-то из Средней Азии, испугался, сбежал, прятался в кустах. Прадед скрыл, кто-то стукнул, расстрелять собирались обоих. Прадед Николай достал пистолет и сказал, что сам кого хошь сейчас расстреляет. Выжили оба.

Моя мама в детстве думала, что родилась прямо во время войны; в своих фантазиях она ездила на танке с шашкой и повергала злодея-Гитлера — это как если бы какой-нибудь нынешний детсадовец воображал себя участником Олимпиады-80. Ей не показывали каждый год парад на Красной площади, да и фильмов про войну было ещё не очень много (и все — чёрно-белые). Ну разве что висел на стене старинный персидский ковёр ручной работы: родители спасённого рядового уже после войны каким-то чудом разыскали прадеда Николая и уговорили принять подарок. Да прадед Борис всю оставшуюся жизнь не ел мёда.