В «Лавке радости» в Ветошном переулке, созданной в рамках проекта «Все вместе», нет ценников — покупатели кладут деньги в ящик для пожертвований, кто сколько считает нужным
Банкомат-волонтер
Сегодня технологии платежей, в том числе благотворительных, сильно продвинулись — можно перевести любую сумму, не вставая со стула. Как правило, каждый фонд имеет сайт, а на сайте — ссылку на электронный кошелек: Яндекс деньги, Web Money или любой другой. Доступны и переводы через банковские карты — системы интернет-банкинга стремительно развиваются. Можно жертвовать анонимно, можно — от своего имени. Целым разделом для пожертвований обзавелись даже платежные терминалы, например КИВИ. Аналогичную услугу предлагают и некоторые банкоматы.
Еще проще — послать sms на определенный номер, указав сумму и получателя платежа. Практически все операторы сотовой связи предлагают такую услугу. Правда, не все их клиенты знают, что КПД такого пожертвования будет невысок.
«Пожертвования по sms сегодня фактически приравнены к покупке в интернет-магазине. У компании, которая предоставляет услуги сотовой связи, нет возможности переводить эти деньги как пожертвования, — рассказывает Мария Черток, директор «CAF Россия», филиала британского фонда, специализирующегося на эффективных благотворительных технологиях. — Они могут только продавать контент. А значит, берут процент за обслуживание, платят НДС и налог на прибыль. Все вместе — под 40%. То есть из 100 руб., которые вы пожертвовали, до адресата в лучшем случае дойдет 50. Справедливости ради надо сказать, что эта проблема общемировая — в той же Великобритании, например, ее решили совсем недавно, приняв ряд законодательных решений».
Карты сопричастности
Перечисленные выше варианты подходят к разовым жертвователям. В развитых странах принято постоянно отчислять часть своего дохода на благотворительность. Для этого нужны более продвинутые технологии — постепенно они появляются и в нашей стране.
Например, некоторые банки начали практиковать технологию так называемых affinity card (карты сопричастности). Смысл в том, что клиент, оформив такую кредитную карту, с каждой покупки, сделанной с ее помощью, отчисляет определенный процент в благотворительный фонд. Первые такие карты появились в 1980-х годах в США, а крупнейшим проектом считается выпущенная банком Barclays совместно с фондом «Чистая планета» Breath Credit Card. В России первая такая карта появилась у Альфа-банка в 2006 году — совместно с Всемирным фондом дикой природы (WWF). Сейчас подобных проектов уже около десятка. Например, банк «Уралсиб» выпустил карту совместно с детским фондом «Виктория», «Русский стандарт» — с Российской экономической школой. Сбербанк запустил аналогичный проект с фондом «Подари жизнь», отчисляя 0,3% с каждой покупки и 50% платы за первый год обслуживания карты на лечение детей с онкологией.
Долгое время предметом зависти российских благотворительных организаций была британская система direct debit — прямых списаний. Например, волонтер на лондонской улице мог отловить прохожего и дать тому подписать договор о регулярном пожертвовании со счета 5 долл. в месяц. Сейчас аналогичные системы появляются и в России.
«Похожие возможности представляют у нас некоторые системы интернет-банкинга, позволяя своим клиентам воспользоваться функцией регулярных платежей. Но это пока не совсем direct debit, скорее его имитация, — считает Мария Черток. — Массовой практики нет, банки создают нечто подобное на уровне своих внутренних правил. В основном эта система применяется для коммунальных платежей, оплаты ипотеки, платежей по кредиту. Благотворительность этим пользуется постольку-поскольку».
«Добро побегать» или «полезного аппетита»
Впрочем, главная проблема таких пожертвований — они не дают ощущения сопричастности. Ведь, отдавая деньги, человек не только удовлетворяет свою потребность в делании добра — пусть несознательно, но он хочет получить взамен некую эмоцию. Может быть, поэтому настоящий бум благотворительных акций наблюдается в крупных городах.
В субботу, 6 октября, фонд «Детские сердца» проводил день шарлотки, куда каждая хозяйка могла принести свой пирог с яблоками. Шарлотки торжественно распродавали по кусочкам в оранжерее кафе «Март», попутно устраивая детям мастер-классы по выпечке. Таким образом, семьи чудесно провели выходные, совместив приятное с полезным, — все доходы пошли в пользу детей с врожденными заболеваниями сердца и нервной системы. Акция проводится второй год подряд и пользуется невероятным успехом.
Неделей раньше в парке Горького народ бегал одну восьмую классического марафона — 5275 метров. За участие надо было заплатить. Таким образом было собрано более 2 млн руб. для трех благотворительных фондов: «Линия жизни», «Дорога вместе» и Reach for Change.
Делать покупки со смыслом тоже становится модным. Так, недавно в Москве открылось сразу два благотворительных магазина. Один — «БлагоБутик», где продается одежда с VIP-плеча. Другой — «Лавка радости» в Ветошном переулке, созданная в рамках проекта «Все вместе». Здесь нет ценников, покупатели кладут деньги в ящик для пожертвований, кто сколько считает нужным. Продается все подряд — от хендмэйда до дизайнерских вещей. Тенденция приятная. Правда, в Западной Европе благотворительный магазин почти на каждой улице, а у нас пока пять на всю страну (есть еще в Питере, Волгограде и Казани).
Подарок для спасения души
Сотрудники многих компаний могут пожертвовать вообще не отходя от кассы, если, конечно, работодатель сознательный. Пять лет назад по инициативе PricewaterhouseCoopers, подхваченной CAF, началась акция «Благотворительность вместо сувениров». Смысл в том, что бюджеты на корпоративные подарки — кружки, значки, ручки — компании тратят на помощь нуждающимся. Всем приятно: и людям помогают, и не заваливают столы ненужным хламом.
«Подарки вообще особая вещь. Очень бывает трудно придумать, что подарить человеку, у которого все есть, — рассказывает Мария Черток. — Поэтому мы на нашем сайте blago.ru предусмотрели особую кнопку: люди могут подарить своим близким или коллегам возможность кому-то помочь. Работает это так. «Одаряемый» получает от вас на электронную почту открытку с примерным текстом: «Я сделал подарок, который имеет значение не только для нас с тобой. Поздравляю!» Человек может выбрать, кому он хотел бы этот благотворительный перевод отправить. Все организации, зарегистрированные на нашем сайте, прошли экспертизу на добросовестность».
Печеньки для меценатов
В отличии от физлиц-благотворителей, которые с нового года получат возможность сэкономить на налогах, юридических лиц государство поощрять за помощь ближним не торопится.
— Министерство экономического развития (МЭР) неоднократно заявляло о своей поддержке введения льгот для корпораций, которые делают благотворительные пожертвования, — заявил на слушаниях в Общественной палате замдиректора департамента стратегического управления (программ) и бюджетирования МЭР Илья Чукалин. — Мы подготовили законопроект, который направлен на согласование в Минфин. Ограничительную планку расходов, которые могут быть внесены в разряд внереализационных (не имеющих прямого отношения к производству и реализации товаров и услуг), мы установили в 10% от прибыли, подлежащей налогообложению. Исходя из практики европейских стран.
Возражения Минфина сводятся к двум сюжетам. Один — классический аргумент про выпадающие доходы бюджета. Понятно, что бюджет из-за введения данной льготы недополучит средств. Но ведь этот минус перекрывается пятикратным получением средств на решение значимых социальных проблем. Например, компания получит вычет в 200 млн руб. (20%) — это значит, что в социальную сферу пришел миллиард. Второй аргумент против — возможны налоговые злоупотребления со стороны компаний. Но если предприятие не хочет показывать прибыль, оно найдет десятки способов это сделать: увеличит расходы на управление, маркетинговые исследования, рекламу. Есть десятки позиций, позволяющие минимизировать налоги.
— Когда чиновники говорят, что бизнес должен разделить с государством бремя социальной ответственности, в первую очередь вспоминают о том, что в России самая низкая из развитых стран ставка на доходы физических лиц, — говорит Лариса Зелькова, член ОП РФ, заместитель главы комиссии по развитию благотворительности и волонтерства. — Но корпоративные налоги у нас одни из самых высоких в мире. Любой бизнесмен знает, до какой степени льгота, о которой идет речь, может повлиять на формирование его благотворительного бюджета. Что касается позиции Минфина, то она не нова: о выпадающих доходах и угрозе злоупотреблений министерство говорит все последние 15 лет. Вопрос в том, чувствуют ли себя государственные институции способными контролировать управленческие процессы. Это вопрос взаимного доверия и осознания государством собственной силы.
Асфальт дому твоему
Московские власти предложили гражданам скинуться на ремонт дорог. Разработан порядок участия граждан и компаний в транспортном строительстве и реконструкции — гражданам разрешено делать добровольные пожертвования, чтобы замостить двор или подъезд к своему дому. Деньги будут перечисляться в дорожный фонд Москвы. При этом, если прокладка нужной благотворителям дорожки будет признана нецелесообразной (это должна решить градостроительно-земельная комиссия мэрии), средства обещают вернуть.
Не ошибайтесь адресом
По данным CAF, большинство благотворителей не интересуется судьбой своих пожертвований — душевный порыв для них важнее. Тем не менее будет обидно, если выяснится, что деньги, переведенные, к примеру, на операцию ребенка, не дошли до адресата.
— Проще всего когда организация ассоциируется с публичным лицом, —рассказала «МН» менеджер проектов Центра развития некоммерческих организаций (ЦРНО) Инна Ивановская. — Характерен пример с фондом «Подари жизнь»: некоторые люди даже порой забывают, что Чулпан Хаматова актриса, настолько прочно ее имя ассоциируется со спасением детей с тяжелыми заболеваниями. Для многих присутствие среди попечителей уважаемых людей может быть стимулом для того, чтобы делать пожертвования. Например, лицом фонда «Перспективы» является Алиса Фрейндлих. Для меня лично это высокий показатель — я буду доверять организации, которую представляет Алиса Бруновна.
С другой стороны, есть примеры, когда очень достойные организации не привлекают медийных персон. Например, в 500-тысячном Томске около половины населения постоянно жертвуют средства в фонд имени Алены Петровой — организацию, цель которой сделать так, чтобы дети с онкологией не погибали от безденежья взрослых. Это результат великолепной работы создательницы фонда Елены Петровой — матери девочки, умершей в 15 лет.
Универсальных рейтингов доверия благотворительных организаций не существует. Основной источник информации — сайт. Что искать там? Отчет — главный показатель благонадежности организации. Не тот, который все некоммерческие организации посылают в Министерство юстиции, а публичный. Открыв отчет, вы можете увидеть, что это за организация, какова ее миссия, чем она занималась в течение года, как привлекла и как потратила средства. Мы (вместе с комиссией Общественной палаты по благотворительности и волонтерству, партнерством «Форум доноров», Агентством социальной инофрмации и НКО «Эволюшн энд Филантропи») в этом году уже в шестой раз подряд проводим конкурс публичных отчетов «Точка отсчета». Нас часто спрашивают: насколько таким документам можно верить? Залогом честности является их публичность: если организация обнародовала информацию о своей финансовой деятельности, любой может проверить ее и оспорить. Сейчас, когда НКО оказались под прессингом, когда в обществе насаждается недоверие к третьему сектору, через такие конкурсы и публичную отчетность можно показать, что, даже привлекая деньги из-за рубежа, общественные организации работают на свою страну: спасают детей, помогают семьям, находящимся на грани распада, пенсионерам и т.д. В общем, занимаются теми вопросами, до которых у государства руки или вовсе не доходят, или доходят слишком поздно.
Также в разделе
