Инна Титова
Сотрудники «МН» вспоминают самые незабываемые новогодние праздники в своей жизни. Другие истории вы можете прочитать здесь.
В детстве от Нового года ждешь подарков, радости, запаха хвои и мандаринов, огоньков елочной гирлянды и почему-то какого-то чуда. В зрелости начинаешь получать удовольствие от поиска подарков близким, стараешься найти где-то внутри себя то чувство, которое в детстве само собой появлялось от запаха хвои и мандаринов и от елочных огоньков, и по-прежнему ждешь радости и почему-то какого-то чуда.
Или каких-то перемен. Глупое ожидание, что именно с Нового года что-то в жизни должно измениться к лучшему, настойчиво сохраняется у меня где-то в подкорке, хотя многолетний опыт, казалось бы, давно должен был убедить подкорку, что это довольно бессмысленно.
Самый «отличный от других» Новый год в своей жизни я встретила в Калифорнии, в семье своей подруги-китаянки. Отчасти потому, что разнообразием встреч Нового года я похвастать не могу, этот принципиально отличался по многим показателям: это был мой единственный Новый год не в России (я работала в США, и возможности на праздники вернуться домой у меня не было), единственный Новый год без намека на снег (зато с хурмой, которую довелось собирать с деревьев). Единственный Новый год вдали от близких — и я до сих пор бесконечно благодарна этой китайской семье, что не оставили меня одну в праздник. Ну то есть как китайской… Это была, в общем, американская семья тайваньского происхождения. Степень их адаптированности к американской культуре ярче всего описывается тем, например, что в День благодарения (самый американский из праздников, который меня тоже любезно пригласили встретить в этом семейном кругу) мы ели индейку палочками. В Новый год и Рождество было примерно то же самое — елка (то есть, как обычно в США, пихта), наряженная самодельными, сохранившимися с давних времен игрушками; тыквенный пирог; сябу-сябу в качестве основного блюда на праздничном столе. Вместо боя курантов — хрустальный шар на Таймс-сквер. Вместо «Иронии судьбы» — «Завтрак у Тиффани», DVD с этим фильмом был одним из рождественских подарков для мамы моей подруги, а также какой-то длинный исторический сериал. На китайском языке. До сих пор не знаю, о чем он был.
После того, как хрустальный шар на Таймс-сквер благополучно упал и все по традиции обнялись и выпили по бокалу шампанского, я с извинениями уединилась в комнате, чтобы позвонить домой. На том конце провода меня ждали новости.
В том году в моей стране внезапно — практически в новогоднюю ночь — сменился президент. Из-за того, что в это время я была в Америке, у меня это вызвало странное чувство — как если бы в мое отсутствие меня выдали замуж за незнакомца…
А никакой ошибки Y2K («Проблема-2000»), о которой накануне Нового года все вокруг так много говорили, так и не произошло. Компьютерные системы тогда вполне спокойно перенесли наступление года с двумя нулями на конце.
