Перегибы на местах

Убрать одеколон из продажи

Характерна целая серия антиалкогольных инициатив. Например, депутаты гордумы Тольятти предложили областным властям ограничить продажу не только алкоголя, но и парфюмерии, поскольку, со слов депутатов, спиртсодержащие лосьоны в городе отлично идут в ход вместо водки. В конце октября тема всерьез обсуждалась в стенах городского парламента, из чего складывается ощущение, что одеколон в Тольятти глушит чуть ли не каждый второй.

С одной стороны, цирк. С другой стороны, авторами инициатив чаще выступают не оппозиционеры, а единороссы или чиновники. А значит, процесс имеет какие-то внутренние пружины. Инициатива в России всегда была наказуема, и регионалы обычно все делали с оглядкой на федералов, сверяя с генеральной линией каждый шаг. Поэтому причин, по которым в целом ряде регионов позволили себе «распоясаться», может быть две. Либо сверху вниз посылаются не вполне четкие сигналы, которые читаются неправильно, либо федеральный центр предоставил регионам некоторую автономию в инициативах, перестав тщательно контролировать ситуацию.

Опрошенные «МН» аналитики полагают, что проблема в сигналах. После возвращения Владимира Путина региональные элиты уловили эманации, которые они расценили как призыв сужать личное пространство граждан. Отсюда попытки ввести новые штрафы, запреты и прочие прелести. «С одной стороны, ощущается консервативный тренд, и многие депутаты-единороссы пытаются в него вписаться, — отмечает декан факультета социологии и политологии Финансового университета при правительстве Александр Шатилов. — С другой стороны, ощущается дефицит креатива. Я так понимаю, что когда сверху постоянно идет требование инноваций и креатива, некоторые депутаты на местах понимают это своеобразно».

На полях эксцентрики

Абсурдные предложения были и раньше, но не в таком количестве. Известный политолог на условиях анонимности рассказывает, что «в свое время в администрации президента жаловались на то, что некоторые единороссы выступают с совершенно безумными инициативами. «А сегодня, в условиях определенного политического безвременья, неочерченности идеологических и мировоззренческих приоритетов, инициативная составляющая начала просто зашкаливать, — говорит источник. — На местах пытаются ловить веяния, но порой либо неверно их трактуют, либо просто перегибают палку».

Учитывать нужно и специфику регионов. Например, плодовитость питерских законодателей может объясняться еще и особой традицией публичной политики. «В Петербурге в 90-х годах политика была достаточно бурная, — говорит профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге Григорий Голосов. — У людей выработались определенные привычки, в том числе привычка быть заметными. А ситуация такова, что по серьезным поводам, не вступая в конфликт с губернатором, высказываться в общем-то не приходится. Поэтому люди стремятся привлечь к себе внимание на том поле, которое им доступно. А доступно им преимущественно поле вот такого рода эксцентрики».

Яркий пример — нашумевший законопроект про топот котов (инициированные губернатором Петербурга поправки в Кодекс об административных правонарушениях, вводящие штрафы за топот котов, а также стоны и скрип кроватей в ночное время). Питерские политологи рассказывают, что Георгий Полтавченко вовсе не хотел стать политическим юмористом: «Он хотел всего лишь защитить покой граждан, но закон разработали так, что там стали присутствовать коты, а потом не без участия депутатского корпуса история была раздута до уровня общенационального события. В действительности это все можно устранить при работе над законопроектом».

Законодательные инициативы в Казани (там лоббируют законопроект по борьбе с попрошайками, который чем-то напоминает советскую борьбу с тунеядством) наблюдатели связывают с подготовкой к Всемирной летней универсиаде-2013. Казанские правозащитники рассказывают, что «сейчас стоит задача вычистить город от бомжей, попрошаек, наркоманов, чтобы не портили вид, не болтались, не путались под ногами». Для этого кодекс Республики Татарстан об административных правонарушениях предлагается дополнить статьей про «приставание к гражданам в общественных местах».

Размытые границы допустимого

Вопрос, впрочем, не только в причинах роста абсурда. Вопрос еще и в том, почему центр не бьет за подобные инициативы по рукам. Руководитель фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов считает, что произошло размывание фильтра. «Любая система имеет механизм гарантии от наиболее абсурдных решений. Такое ощущение, что этот механизм сломался, — говорит он. — Произошло это потому, что в принципе размылись границы допустимого. В этом году многое из того, что делали законопослушные люди, было объявлено противозаконным, будь то встречи депутатов с избирателями, которые оформляют как несанкционированные митинги, или встречи с иностранцами, которые теперь трактуются то ли в духе 30-х годов, то ли в духе периода борьбы с космополитизмом».

Источник, близкий к администрации президента, утверждает, что в увеличении потока «дури» основную роль сыграла информационная открытость: странных инициатив хватало и раньше, просто за счет развития интернета и социальных медиа сегодня о них узнает больше людей и гораздо быстрее, чем даже еще пару лет назад. Однако фильтр, по его словам, все-таки существует: «Такого рода инициативы часто даже законопроектами не становятся. Это просто слова. Например, идея ввести в школах должность священников-завучей вряд ли дорастет до статуса законопроекта. Она противоречит Конституции и должна отсеяться уже на стадии юридической экспертизы. В каждом законодательном органе есть эта процедура. Сидят юристы и смотрят инициативы на предмет соответствия нормам федерального законодательства».

До сих пор система вроде бы не пропускала в право откровенный бред, и сейчас такие инициативы погремят и погибнут, уверен источник. Как быстро пресекли инициативу запретить рок-оперу «Иисус Христос — суперзвезда». Надзорные инстанции быстро заявили, что произведение признано классикой и никакого оскорбления христианству не содержит.

«Не думаю, что в каком-то регионе депутаты законодательно запретят упоминание конца света или чтобы кошки не топали», — говорит источник. В противном случае законодательное поле начнет восприниматься как искусственное. А это в свою очередь может привести к тому, что законы в России окончательно перестанут уважать.