Мы любим футбол с той же интенсивностью, что и весь прочий мир. Но несколько иначе. И не за то, за что любят все.
Как и все нормальные люди, я люблю футбол.
Это где-то в подсознании.
Бывает, идет по улице пацан с мячом, и так его лениво гонит перед собой. Маечка на нем сине-зелено-желтая, цветов флага одной футбольной страны. И я замечаю, как еще метров за десять сам собой начинаю подтанцовывать, сучить ногами, приплясывать так, чтоб приблизившись, ловко ударить по мячу правой, отняв его у противника, а после дать пас своей левой — и, убедившись в собственной безнаказанности, вернуть мячик дитю, не то заплачет.
Или, помню, поехали мы с ребятами на моторке на неприметный волжский островок для своих, и пока на костре варился кулеш, гоняли мяч, причем я стоял в основном на воротах, и мы б точно победили, если б Вова с Аликом больше бегали по полю и меньше командовали друг другом.
А в детстве — нет, в детстве не играл я в футбол. То чтение, то драки, то отливка кастетов, то ухаживание за девками, то питье советского портвейна — просто некуда было втиснуть еще и суету вокруг пустого в сущности мяча. Надутого. Кем? Когда? Зачем? Не напоминает ли вам это политические выборы? Люди бегают, рвут дыхалку, ломают ноги, а потом элегантный судья берет и судит по-своему.
— Да вот же — был го-о-ол!!!
— Не было.
— Бы-ы-ыл!
— Я не видел.
— Да посмотрите же видеозаписи, все ж пишется!
— Не буду. Нам не положено.
И вот на ровном месте мы имеем 99,99% или сколько там.
Мы любим футбол с той же интенсивностью, что и весь прочий мир. Но несколько иначе. И не за то, за что любят все. Так и выборы у нас не такие, как у всех. На сколько там миллиардов поставили на наших участках видеокамер, за которые Шеин жизнь хотел отдать?
Это что касается личного участия или неучастия. А смотреть, как другие играют, и самому возбуждаться при этом? Ну, бывает талантливо снятая порнография. Все ведь жанры хороши, кроме скучных. Говорят, пандам ее в зоопарках показывают, а то эти милые зверушки не размножаются. Прекратили. Скорее всего, им лень. И вот им крутят панда-порно про то, как другие зверьки спариваются. Может, и им в неволе тоже захочется? Такой замысел. Нет данных о том, помогает ли такой подход, а данные нам бы пригодились. Рождаемость падает, это видно невооруженным глазом. Оглянитесь вокруг — у кого один ребенок, редко два, ну, не считая, добавлю я цинично, гастарбайтеров. Дети которых, впрочем, может и запишутся русскими, как вырастут.
И вот чемпионат-2012. Я из новостей — ну, не сидеть же в самом деле два часа перед ящиком, наливаясь пивом под вопли, приличные разве только команчам, — узнал, что, по мнению Дика Адвоката, Россия могла выиграть. А, подумал я, значит, проиграли наши. Кому вот только? Я точно знал, что не ирландцам, не португальцам и не японцам. Поскольку идя «головою свесясь, переулком в знакомый кабак» и привычно проходя мимо посольств упомянутых стран, не увидел там скопления бойцов нашего ОМОНа, какое бывает в критические футбольные дни. Когда с ними играют наши.
И вот значит — поляки!
Про поляков узнал случайно из соцсетей, в которых широко обсуждалась актуальная в тот день цветовая гамма. Типа, кто за наших — те болельщики в красном, а кто за Польшу и прочее НАТО, ну вы понимаете, — те в белом, словно какие протестующие, такова была казенная трактовка. Через минуту новостники все же удосужились снизойти до нашего брата, который еще не балансирует на грани воли и психушки, следя за движениями как бы сперматозоида, который стремится оплодотворить какие-то из ворот («Из тех же ворот, откуда весь народ», русский фольклор), — и таки сообщили, что ничья. А, ноль–ноль. Еще через минуту сказали-таки, что один–один, ну и на том спасибо.
Как тонко заметил украинский патриот Александр Роднянский (правда, теперь в Киеве не все его считают таковым), в отличие от Украины Польша то и дело восставала против России. Это вам не по CNN смотреть, как другие умирают за свободу. Поляки шли лично: кто умирал в бою, кто пробовал сахалинской каторги — об этом напоминают польские фамилии, обильно рассеянные по России. А Украина, значит, не восставала! Значит, ей не надо? Чтоб не копать так глубоко, скажу, что в 1988-м лично заехал в Польшу, и мне там тайком знакомые диссиденты подарили значок с надписью Solidarnoşç. Думаете, поляки забыли те унижения? И готовы играть в футбол, просто в футбол? Как будто ничего не случилось? Скажи, Kaşia! Скажи, рыжий Алекс — помнишь, у тебя в багажнике лежали три полные канистры, ты готовился бежать с семьей от русских танков, ты слушал «голоса», чтоб не пропустить «час икс»? И некстати, но раз уж зашел разговор, — наши ведь играли и с чехами. Так у нас на курсе учился чех с пороховыми пятнами на лице — их ничем не вывести, это как татуировка — в 1968-м, будучи, как и я, четвероклассником, он кидал в наши танки самодельные бомбочки. Нормально? Ну, и зачем теперь злиться на «старшего брата» и вспоминать старые обиды? А может, не надо вовсе обращать внимания на чужие танки у тебя под окном? Подумаешь, свобода, независимость там разная — лучше футбольчик посмотреть, так?
А может, скоро и забывать ничего не надо будет. Набрать за границей побольше тренеров и игроков, они и слова такого знать не будут — Польша. Или там Россия. И будет чистый спорт. Спорт типа посол мира.
Также в разделе
