Иногда чтобы выжить, нужно не просто бороться, нужно ещё верить, что выход есть.
После перенесенного в 2005 году инсульта Тони полностью утратил контроль над своим телом, но при этом сохранил здравый рассудок и чувства. Врачи называют такое состояние синдромом «запертого человека» или «бодрствующей комой». Единственным способом общения с внешним миром для Никлинсона оставался адаптированный компьютер, который отслеживал движения его глазного яблока по алфавиту и преобразовывал их в слова и предложения.
Тони не хотел такой жизни. Поддерживаемый женой и двумя взрослыми дочерями, он долгое время добивался в суде права на законную смерть. «Почему я должен переносить эти унижения? Мне нужна помощь практически постоянно. Если у меня что-то чешется, я не в силах самостоятельно почесаться. Я не могу сморкаться, а ем, только если меня кормят, как ребенка. Но в отличие от ребенка, я не вырасту из этого состояния. Моя жизнь скучная, убогая, унизительная, недостойная и невыносимая», - апеллировал Тони к британскому правосудию, но так и не был услышан.
У Тони была возможность добровольно уйти из жизни в швейцарском Цюрихе, где с 1941 года ежегодно подвергаются законной эвтаназии около 200 европейцев. Но британец хотел умереть на родине, в своем доме, в кругу близких. Кроме того, добившись эвтаназии в Великобритании, он создал бы прецедент для сотен других подобных ему больных, мечтающих об освобождении.
Выслушав решение суда, Тони Никлинсон отказался от приема пищи, заболел пневмонией и вскоре умер в своем доме в окружении жены и дочерей. После его смерти одна из них оставила в микроблоге отца его последние слова: «Прощай мир, пришло время, порой здесь бывало весело».
Узнав о смерти Тони, я наткнулся в сети на историю другого «запертого человека». Подававший большие надежды в регби, новозеландец Ник Чисхольм в 2000 году на тренировке неудачно выкрутил шею и повредил позвоночную артерию. Образовавшийся на месте крошечного разрыва тромб блокировал приток крови к головному мозгу. Врачи в больнице привели Ника в чувства, но спустя три дня новый тромб превратил парня в овощ. На этот раз доктора заподозрили, что мозг Чисхольма погиб, и спросили у его матери, не хочет ли она, чтобы они отключили аппарат искусственного дыхания. Она отказалась.
Через несколько месяцев во время планового обхода один из докторов заметил, что глаза Ника внимательно смотрят на него. Врач попросил парня подвигать зрачками и убедился в том, что Ник Чисхольм находится в сознании и здравом уме. Спустя несколько недель в реабилитационном центре врачи выяснили, какие мышцы Ника вышли из строя полностью, а какие еще можно восстановить. Еще через какое-то время он смог пошевелить большим пальцем левой ноги, а затем указательным пальцем левой руки.
Несколько раз Ник подумывал о самоубийстве. Ближайший друг даже предложил помочь ему свести счеты с жизнью, если тот почувствует, что больше не может.
С тех пор прошло 10 лет. Ник научился самостоятельно дышать и улыбаться, двигать ногами, руками, бедрами, пальцами рук и ног. Он так и не научился снова ходить, но способен выжать ногами 220-килограмовую штангу.
Речь тоже не вернулась. Для общения с врачами и близкими Чисхольм использует лист прозрачного пластика, на котором выложен алфавит. Когда ее держат перед ним, он глазами указывает на отдельные буквы, формируя слова. Сегодня Ник продолжает восстанавливать работу мышц, ежедневно занимаясь в тренажерном зале. Его жизнь сложно назвать нормальной, но в качественном отношении она стала заметно лучше той, которую вынужден был терпеть британец Тони Никлинсон.
К чему я все это рассказываю. Сравнивая Тони Никлинсона и Ника Чисхольма, легко соблазниться противопоставлением. Умница Ник Чисхольм мог бы стать наилучшим примером жизнелюбия для упавшего духом Никлинсона. Уверен даже, они друг о друге читали. Но мне почему-то не хочется их сравнивать. Не хочется приуменьшать борьбы Никлинскона. Он тоже боролся. Как и Чисхольм, он пытался выбраться из черной комнаты, в которой случайно оказался. И выбрался. Просто через другую дверь.
Также в разделе
