Они хотят перемен—2

Две недели назад я написал колонку о чувашских строителях, которых нанял для ремонта на даче. Строители ретиво взялись за дело, рассказывали о том, как на заработанные деньги будут обустраивать будущее детей.

Я удивился тому, что сельские жители из глухих чувашских деревень рискнули махнуть на работу в столичный регион. Обычно их калачом не выманишь не то что в Москву, а даже в райцентр. Удивился и тому, как они разумно рассуждали о тех шансах, котрые дадут их детям, высокие для Чувашии московские доходы. Ну и порадовался, понятное дело. Вон как самосознание у народа выросло. Поняли, что можно зарабатывать, а не просить, не боятся ехать вдаль от родных полей. Радовался я и тому, что работники мои не пили горькую, не пропадали с «объекта» на сутки и, если им что-то было нужно в доме, вежливо спрашивали, можно ли взять.

Зря я радовался. С каждым днем строители работали все медленнее, мусора от них становилось все больше, а их бригадир все чаще жаловался на тяжелую жизнь и просил деньги то на материалы, то на еду, то на помощь родственникам, страдавшим в далекой деревне.

Я пытался сохранить первоначальный добродушно-участливый настрой. Когда видел огрехи и недоделки, спокойно просил поправить. Сохранял все признаки понимающего и разумного хозяина.

Меж тем количество брака, недоделок и халтуры росло. Строители неправильно замерили окно, в итоге, чтобы поставить его на положенное место, пришлось выпиливать кусок стены. Только что сделанные выключатели перестали работать как надо и стали включаться, только если по ним хорошенько приложиться всей ладонью.

Я постепенно начинал злиться, но все время пытался найти работникам оправдания.

А ремонт продолжался. Строители взялись обшивать панелями стены в ванной. Гордо предъявили мне свою работу. На свежих панелях виднелись царапины и вмятины, а в одном месте торчал кусок непонятно чего. «Это, хозяин, жидкий гвоздь, не переживай, уберем!» — успокаивали меня рабочие. «А этот дырка видно не будет, тут потому что дверной наличник стоять станет», — умиротворяли меня дальше.

Я терпел изо всех сил, но мой отпуск в отличие от ремонта закончился. Надо было выходить на работу, и я оставил бригаду на сутки наедине с ванной комнатой, дверью, плиткой и пр. Когда через сутки мы вместе с женой прибыли принимать работу, то сдерживаться больше не было ни сил, ни смысла.

«Жидкий гвоздь», который торчал из новой панели, оказался заплаткой. Ею сметливые чуваши решили прикрыть дыру в стене, которую сами же и проделали. Дверной косяк отвалился через пять минут после того, как мы приехали. Стены пестрели новыми царапинами. В дополнение ко всему выяснилось, что бригадир утащил из дома часть сантехники, срезал сколько-то метров нового электрокабеля и с дачи моей удрал. На растерзание нам был оставлен электрик Сергей. Он пытался дозвониться до бригадира, соглашался со всеми замечаниями, с видом побитой собаки говорил, что «штрафовать надо за такое».

«Сергей, вы зачем брались делать дверь, если не умеете?» — спрашивал я. «Не знаю, надо же сделать было», — тихо отвечал он.

«Вы на кой хрен делали все тяп-ляп? Вы что, не понимали, что я у вас работу не приму? — сотрясал воздух я. — Вы угробили две недели своего времени, чтобы ни черта не заработать?!»

Ни электрик, ни бригадир, который на следующий день позвонил мне сам, видимо, не понимали.

Они попробовали сделать все вкривь и вкось, авось прокатит. Не прокатило. Ну и ладно. Попробуют еще раз. Дач в Подмосковье много, глядишь, на какой-то и прокатит. А то, что две недели потеряли и ничего не заработали, так и ладно, времени много, на их век хватит.