Денис Иванов тоже был участковым. Работал в 75-м отделении полиции Невского района Санкт-Петербурга. Теперь находится под следствием. В ночь на 22 января 2012 года он задержал 15-летнего Никиту Леонтьева. По версии следствия, во время допроса участковый избивал подростка черенком от швабры, после чего тот скончался.
Это только два резонансных случая. На самом деле очередной участковый появляется на лентах информационных агентств чуть ли не раз в неделю: то на взятке погорел, то в крышевании замечен, то в пьяном виде разъезжал на машине по вверенной территории и сбил пенсионера/школьника. Полицейской уголовщины много, доля «участковых» дел в них значительная. Не все они становятся резонансными. А их фигуранты хотя и расстаются со службой, чаще всего отделываются условным наказанием.
Почему представители полиции, которые по идее должны ближе всех быть к народу, так часто противопоставляют себя и населению, и закону? Видимо, потому что среднестатистический участковый видит свою задачу лишь в том, чтобы «работать» с социально неблагополучным контингентом. Преодолеть этот разрыв между полицией и народом уже пытались административно. В августе 2011 года министр внутренних дел подписал приказ «Об организации и проведении отчетов должностных лиц территориальных органов МВД России».
Попросту говоря, участковым предписали выступать перед гражданами с отчетом о проделанной работе. Причем отчитываться они должны на собрании и не реже одного раза в полугодие («согласно утвержденному графику»). В апреле начнется волна таких встреч-собраний. В рекомендациях министерства говорится: «Участковый рассказывает о складывающейся оперативной обстановке на участке и принимаемых мерах по ее нормализации».
Представьте, что на подъезде вы увидите объявление о таком собрании. И что? Будете отпрашиваться с работы? Перекраивать планы на вечер? Не верю. Собрания, если и будут, то в большинстве своем формальные, как и отчеты об их проведении. Рискну утверждать, что они никак не скажутся ни на криминогенной ситуации в районе, ни на имидже самих участковых. Реально изменить ситуацию могло бы введение института выборности участковых инспекторов, а впоследствии и начальников УВД района.
Мне возразят: мафия тут же рассадит своих людей. Но почему мы исходим из того, что сейчас мафия не контролирует, к примеру, начальников УВД напрямую или через вышестоящие структуры? Примеров такой связи более чем достаточно. Наоборот, поддержанный снизу голосами избирателей полицейский чин будет более независим и в отношениях с начальством. Кроме того, можно придумать систему фильтра, при которой люди с темными пятнами в биографии вообще не попадали бы в кандидаты.
И кое-что из личного опыта. Восемь лет назад я жил по другому адресу и знал участкового по имени-отчеству. Он раз в два-три месяца наведывался в каждую квартиру: все ли в порядке, как соседи, что беспокоит? Делал это ненавязчиво и предельно корректно. А для старушек и консьержек это было даже некой формой психологической поддержки. Последние восемь лет я живу в другом районе и не знаю, кто мой участковый, хотя вопросы к нему есть. Так вот за первого я бы проголосовал.
Также в разделе
