Не военное преступление

Россия не рассматривает расстрел польских граждан в Катыни в 1940 году как военное преступление. Поэтому об их реабилитации не может быть и речи. Такой вывод следует из заявлений российского представителя в Страсбургском суде Георгия Матюшкина 6 октября на слушаниях по иску группы родственников жертв катынского расстрела.

Пятнадцать граждан Польши обратились в Европейский суд по правам человека с жалобой на Россию (дело получило название «Яновец и другие против РФ»). Родственники офицеров и гражданских лиц, расстрелянных в Катыни и Медном под Тверью, требуют от российских властей полностью рассекретить материалы уголовного дела о событиях 70-летней давности и реабилитировать погибших. Но предметом жалоб в Страсбургский суд могут быть только права и свободы, перечисленные в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Поэтому юристы, представляющие интересы польских граждан (включая двух российских адвокатов, Романа Карпинского и Анну Ставицкую), ссылаются на статьи этой конвенции, в том числе о гарантии права на жизнь, о запрещении пыток и бесчеловечного обращения и о праве на справедливый суд.

О том, что слушание очередного катынского дела в Страсбурге имеет и политическое значение, свидетельствует внимание, которое проявило к процессу польское руководство. Накануне слушаний (и незадолго до парламентских выборов 9 октября) премьер-министр Польши Дональд Туск выразил надежду, что «усилия как отдельных лиц, так и государства рано или поздно позволят, с одной стороны, получить моральное удовлетворение, а с другой — приведут к тому, что эта тема перестанет быть в будущем камнем преткновения в польско-российских отношениях».

Основная претензия родственников расстрелянных польских военнопленных: расследование, начатое Главной военной прокуратурой России в 90-е годы, прекращено в связи с тем, что тела поляков якобы не были идентифицированы. Однако, по словам истцов, имена их родственников были внесены в списки расстрелянных заключенных советских лагерей в Осташкове, Козельске и Старобельске. Кроме того, жалобщики ссылались на результаты работы немецкой комиссии 1943 года — тогда оккупационные власти вскрыли захоронение в присутствии представителей Красного Креста. Один из польских адвокатов обвинил российские власти в том, что они не смогли провести «объективное и адекватное расследование» обстоятельств гибели поляков.

Российская сторона этот упрек отвергает, в частности глава аппарата полпреда России при ЕСПЧ Андрей Федоров полагает: действия отечественных правоохранителей, отказавших родственникам жертв в продолжении расследования, законны и обоснованны. Жалобы польской стороны на качество следствия были поданы «после того, как собственно дело было официально прекращено в 2004 году Главной военной прокуратурой России», заявил Федоров Интерфаксу. «Соответственно мы не имели процессуальной возможности ни признать их потерпевшими, ни разрешить допуск к материалам дела, — настаивает он. — Кроме этого по той же причине не представлялось возможным провести генетическую экспертизу для подтверждения родственных связей заявителей».

Представитель России при ЕСПЧ, замминистра юстиции Георгий Матюшкин отверг один из основных доводов поляков: что расстрел офицеров и гражданских лиц по приговору троек НКВД был военным преступлением. Ведь де-юре в 1940 году СССР и Польша не находились в состоянии войны. И наконец, по мнению российской стороны, ЕСПЧ вообще не должен был принимать иск: катынский расстрел имел место в 1940 году, а РФ стала признавать юрисдикцию Страсбургского суда только в 1998-м.

«Если Европейский суд по правам человека будет следовать исключительно букве закона, то, вынося решение, он может и принять аргументы российской стороны», — сказал «МН» руководитель польской программы общества «Мемориал» Александр Гурьянов. Действительно, напоминает он, Конвенция о защите прав человека была принята только в 1950 году, а Россия ратифицировала ее 48 лет спустя. Но у родственников жертв Катыни остаются шансы выиграть дело, полагает Гурьянов.

«Польские граждане в своей жалобе в том числе ведут речь о нарушении их права на справедливый суд, — отмечает он. — Это право, с их точки зрения, было нарушено российскими судами, отказавшими в реабилитации жертвам катынского расстрела. Если ЕСПЧ в ходе процесса будет оценивать решения российских судов, то он должен обратиться и к обстоятельствам самого катынского дела. А адвокат Анна Ставицкая утверждает, что родственники жертв Катыни не ожидают материальной компенсации: «Им вполне достаточно, если это возмещение будет обеспечено путем допуска к уголовному делу».

Вчера Страсбургский суд лишь заслушал мнения сторон. Ожидается, что вердикт должен быть оглашен в течение года.