16820
Президент РФ Владимир Путин подписал закон, дающий авиакомпаниям право продавать билеты на самолет по невозвратным тарифам, что должно способствовать снижению стоимости авиаперелета, сообщает агентство Прайм со ссылкой на пресс-службу Кремля
19269
Президент РФ Владимир Путин подписал закон об упрощенной выдаче российского гражданства соотечественникам, которые свободно владеют русским языком и живут либо проживали на территории СССР или Российской империи в границах современной РФ, сообщает РИА Новости
10123
Комиссия Госдумы по этике по поручению спикера Сергея Нарышкина, предположительно, на следующей неделе рассмотрит инцидент с участием лидера ЛДПР Владимира Жириновского, который оскорбил журналистку МИА «Россия Сегодня», сообщает РИА Новости.
3179
Парламент Крыма утвердил назначение экс-главы самообороны вице-премьером республики
6399
Роспотребнадзор не ожидает проблем с прохождением летнего оздоровительного сезона в Крыму, сообщает РИА Новости со ссылкой на главу ведомства Анну Попову
5535
Крымские отряды самообороны уберут все заборы, незаконно преграждающие проход к пляжам, сообщило правительство региона в своем микроблоге в Twitter.
3381
Высшая школа экономики продолжает цикл лекций в музеях Москвы. 24 апреля в Центре современной культуры «Гараж» состоится лекция «Истинная роль брендов в обществе постмодерна».
2486
Министр природных ресурсов: Природные пожары в этом году застали Россию врасплох
9674
Сотрудники столичной Госавтоинспекции ограничат движение в центре Москвы в понедельник из-за репетиции военного парада, который пройдет на Красной площади 9 мая, сообщает РИА Новости
7945
Власти Москвы могут отказаться от строительства одной станции на «зеленой» ветке метро
6142
Военную технику для участия в Параде Победы этой ночью перебросят на Ходынское поле
6621
Федеральное агентство по туризму (Ростуризм) выражает озабоченность вмешательством политики в туристическую отрасль на примере отказа чешского отеля принять российских туристов в знак протеста против присоединения Крыма к РФ, сообщила РИА Новости руководитель пресс-службы ведомства Ирина Щеголькова.
4409
МВД Украины утверждает, что телевышки в Донецке никто не захватывал, и каналы транслируются в обычном режиме, сообщает РИА Новости со ссылкой на сайт ведомства.
3376
В украинском Славянске неизвестные обесточили телецентр, транслирующий российские каналы
2689
Компромисс по ситуации на Украине должен быть найден внутри нее, а не между третьими игроками, например между РФ и США, заявил президент РФ Владимир Путин во время прямой линии с россиянами
2620
ЦБ РФ с 17 апреля отозвал лицензию у дагестанского банка «Каспий»
3318
Торговый дом «Шатер» рассматривает возможность строительства сафари-парка в Подмосковье
2418
Лоукост-авиакомпания «Добролет», созданная «Аэрофлотом», будет базироваться в Шереметьево
2435
«Ростелеком» построил линию связи с Крымом по дну Керченского пролива
3759
Павел Дуров: Мы не будем удалять ни антикоррупционное сообщество Навального, ни сотни других сообществ
3292
Google не раскрывает данные о первом дне продаж «умных» очков в США
2404
Чиновники бронируют адреса в новых доменах .москва и .moscow
2081
Компания Google отделила Крым от Украины на своих картах
3683
Суд отклонил иск мордовской колонии к Толоконниковой из-за ее письма об условиях труда
3655
Мировой суд в Москве рассмотрит дело Алексея Навального о клевете
2424
Глава Мосгорсуда Ольга Егорова подала документы в квалификационную коллегию на повторное занятие этой должности; таким образом, Егорова не претендует на занятие вакантного места председателя объединенного Верховного суда РФ
2455
Прокуроры заинтересовались художником, приковавшим гениталии к Красной площади
2798
Здания в центре Москвы украсят репродукциями знаменитых картин
2643
Фильм о русской Жанне Д'Арк покажут на открытии киномарафона в Крыму
2481
Харуки Мураками впервые за девять лет выпустил сборник новелл
2660
В Мексике скончался писатель Габриэль Гарсиа Маркес, его тело будет кремировано
4811
Менеджер Шумахера сообщила, что его состояние немного улучшилось
3455
Олимпийские кольца из Сочи подарят Греции
3151
Новый логотип чемпионата России по футболу будут выбирать болельщики
2653
Официальную песню чемпионата мира-2014 по футболу представили на YouTube
00:01 07/12/2012 Алена Солнцева 0 36

Виталий Манский: Хочешь снимать позитивное православное кино — отлично, только пусть православные позитивные люди хотят его смотреть

Директор фестиваля «Артдокфест» Виталий Манский о газовой трубе, билетах в кино, которые должны быть платными, и о романтике

Кирилл Каллиников

Во всем мире документальное кино становится все более значимым, выходит в прокат, срастается с современным видеоартом, проникает в игровое кино. Но в России до сих пор чуть ли не единственной сферой бытования остается для него телевидение. Документалист, продюсер и директор фестиваля «Артдокфест» и премии «Лавровая ветвь» Виталий Манский — один из самых активных борцов за расширение пространства документального кино. Накануне фестиваля Виталий Манский рассказал МН об искусстве документального кино, о его возможностях для понимания современного мира, о газовой трубе и нехватке романтики.

— Фильмы«Артдокфеста» каждый год предлагают свою картину современного мира. Что отличает нынешнюю?

— Документальное кино всегда немного запаздывает, и вот сейчас мы словно бы оказались в декабре прошлого года. И по сюжетам, и по настроению. Состояние, как у вулкана перед извержением, набухающее предреволюционным напряжением. Фильмы могут быть не о политике, в них почти нет лидеров оппозиции, но ощущение, что сейчас грянет гром очень сильное. А мы ведь знаем, что гром-то не грянул! Это, пожалуй, впервые — такое непопадание. Потому что набухало-то долго, и каждый раз общее направление наших ожиданий и настроение фильмов совпадали. А сейчас, на мой взгляд, зрители, которые будут смотреть этот большой объем картин, испытают чувство удивления.

— То есть реальность поменялась очень быстро.

—Не то слово. Мгновенно. Я думаю, очень интересен будет «Артдокфест-2013», потому что тогда появится завершенная картина реальности. Сейчас произошел фальстарт. Общество прозевало шанс на радикальные преобразования. Не проиграло даже, а просто отказалось бороться.

Виталий Манский

— А шанс был?

— Да, безусловно. На мой взгляд, август 1991-го был куда менее важным поводом для перемен. Тогда была локальная война элит, но в результате мы получили другую страну, другую историю. А тут в стране не было, кажется, ни одного человека, не то что из голосовавших против, но и из тех, кто голосовал за «Единую Россию», даже из ее лидеров, ни одного председателя счетной комиссии, который бы не знал, что выборы сфальсифицированы. Кто-то говорил, что чуть-чуть, кто-то — что тотально. Но это знали все. И это знание должно было привести к радикальному изменению. Но ничего не произошло, напряжение пошло на спад, а фильмы сделаны еще в другом направлении. И эти две волны, идущие навстречу друг другу, столкнулись.

— Ты считаешь, что все кончилось?

—В хоррор-фильмах есть два момента, когда страшно. Когда собственно появляется чудовище и когда ты ждешь его появления. Ожидание страшнее. Мы сейчас находимся в состоянии ожидания, и поэтому нам очень некомфортно. А потом, может быть, появится нечто и не такое страшное, но неопределенность пугает. Я не знаю, к чему мы вернемся, диапазон ожиданий очень широк. Может быть, белорусский, китайский, кубинский варианты. Они мне все не близки, я не стану выбирать, хотя по мне лучше кубинский, потому что там ты понимаешь, что конец режима близок и неизбежен. А вот белорусский... Один белорус, герой моей новой картины, он с чувством глубокого удовлетворения произнес: «Чем мы хуже Северной Кореи? Там правил отец, потом сын, потом внук. И все нормально». И человек говорит это в здравом уме. Что должно произойти в его сознании?

— А что уж там такого, в Белоруссии, чем она тебя не устраивает?

— Формально я не могу сказать, что там плохо. Я был там всего неделю, и у меня в кармане были деньги, и было где жить, и я знал, что въехал в Бресте и выеду под Смоленском. Но когда нужно войти в интернет в разных местах и оказывается, что везде ты должен регистрироваться и получать пришивку кода к паспортным данным Соответственно, все сайты, которые ты посетишь, могут быть отмечены. И нигде нет Wi-Fi, а везде только почтовые отделения, где стоят компьютеры, и в очереди толпятся девочки, чтобы войти «вконтакт»... Но вопрос не в интернете. Хотя я проехал от Европы до Полярного круга и могу сказать, что интернет сегодня стал принадлежностью современного человека — как зубная щетка. Но вот когда въезжаешь в Белоруссию из Европы, что-то сразу бьет в глаза, это трудно не заметить. Ну или как приезжаешь в Уренгой и обнаруживаешь, что ни на месторождении, ни в вахтовом поселке, где есть баня, бассейн, спортзал, кафе, нет интернета. Не то что нет вышки, не пробивает сигнал, а просто руководство «Газпрома» запретило.

В России я был в местах, где люди всю жизнь живут в режиме стихийного бедствия

— Почему?

— Да я не могу ответить на этот вопрос, так же как не могу объяснить, почему в Белоруссии, чтобы войти в интернет, нужно сделать скан паспорта. Я могу только зафиксировать — это так. Может быть, есть весьма объективные причины.

— А что у тебя за проект?

— Я решил проехать вдоль газовой трубы и посмотреть, как живут люди, мимо которых проносится большая часть бюджета Российской Федерации. Мы реально проехали весь путь в трейлере, выехали из Кельна, добрались до Полярного круга и вернулись в Берлин.

— На немецкие деньги снимали?

— Нет, это совместный проект России, Германии, Чехии, и вот, может, поляки присоединятся. Большой проект, называется «Труба».

— В одном смысле?

— Мучительно ищем в английском языке аналогичное слово. Не находим.

— Ну и что ты увидел? Ангажированным мировой закулисой взглядом.

— Увидел много хороших людей, тяжело живущих. Вот недавно был в Нью-Йорке, где как раз стихийное бедствие, ураган, конец света. Президент выезжает к людям, мэр выражает сочувствие. Так вот, в России я был в местах спокойных, без всякого чрезвычайного положения, где люди всю жизнь живут в режиме такого стихийного бедствия. По-хорошему, надо проводить войсковую операцию по их эвакуации из этих мест. Там, например, нет газа.

— А труба проходит мимо?

— Ну да, я снимал городок в Вологодской области, там пятиэтажки стоят, магазины, школа, нормальный городок, труба прямо под ним идет, а до крупнейшего стыковочного центра, города Грязовец, который на карте «Газпрома» крупнее Москвы, потому что это такая столица, газовое сердце России, час езды. Так вот, этот город отапливается дровами. И в котельную, построенную еще до революции, все время привозят этакие кряжи. Я там разговаривал с одной женщиной, которая рассказала, что ее муж работает вальщиком. Что это значит? Он в семь утра приходит на пункт сбора, в эту котельную, они там заливают два больших бидона горячей водой и едут в лес. Там они работают с девяти до шести вечера на делянке, где нет электричества, кипяток через час остывает, но до обеда не превращается в лед, поэтому воду можно пить. Там же минус 43. И в восемь вечера он приезжает к котельной, в половине девятого — домой. С собой он берет хлеб с салом, потому что их там не кормят, и одежду они покупают сами. И это проблема, потому что сапоги снашиваются за два месяца, специфика работы такая. А теперь внимание: он получает за это восемь с половиной тысяч рублей. И он, и его жена счастливы, у него очень хорошая работа, он обеспечивает семью, хотя, жалуется жена, ест он слишком много. При этом она четко знает, сколько в месяц на еду, сколько на сапоги, сколько на дрова — две машины на сезон, и им хватает. На трех человек.

 Дома на Рублевке напоминают Брестскую крепость — противотанковые рвы, заборы

— Фильм про то, как все эти люди живут на «трубе»?

—Я рассказываю истории разных людей, живущих вдоль трубы, никто из них с газовой отраслью не связан, по сути дела, это семнадцать историй, объединенных в один фильм, из них восемь сюжетов — российские. Знаешь, у меня вот появились наивные детские вопросы. Например, почему Польша, в которой нет ни газа, ни нефти, живет очевидно лучше, достойней России. Почему в польской деревне дома могут быть скромные, но дороги и прочее общее пространство выглядит лучше, чем на Рублевке?

— Зато у нас на Рублевке дома лучше.

— Дома на Рублевке напоминают Брестскую крепость — противотанковые рвы, заборы, а там как-то все открыто, и у людей не напряжены мускулы лица. Человек везде бывает несчастен, жизнь требует напряжения, это закон. В той же Польше, о которой я говорю, один из наших знакомцев-фермеров, как выяснилось на обратном пути, покончил с собой. Нет идеальной жизни, но там люди спокойны и свободны, хотя реально много работают, это да.

Виталий Манский

— Мне кажется, идея проехать мимо газопровода очень хороша. Но на «Артдокфесте» таких остроумных фильмов очень мало. Почему?

— Рискую вызвать усмешку, но очень мало у нас в кино романтиков. В нашем кино при том, что оно не окупается, для многих из тех, кто его снимает, вопросы суточных важнее сути. Обсуждение будущего фильма слишком часто начинается с вопроса о гонораре, а про что кино — уже на пятом месте. Таких, как Александр Расторгуев, Любовь Аркус, Андрей Грязев, слишком мало.

Как может государство, которое не платит учителям и врачам, давать 100 млн на картину «Август. Восьмого» или «Утомленные солнцем-2», которые никто не посмотрит?

Минкульт поддерживает в год около 400 документальных фильмов. При этом я, хотя и директор фестиваля, большинство этих фильмов даже посмотреть не могу. Государство выделяет 70% бюджета на картину, а 30% находит продюсер. И права на показ находятся у продюсера. В Минкульт сдают не фильм, а отчет о том, что деньги потрачены правильно. Копия фильма идет в Красногорский архив, где хранится с пометкой: без разрешения продюсера не показывать. А многие фильмы такого качества, что авторы вовсе не жаждут, чтобы это кто-то увидел.

Его Рассветы/Закаты

Виталий Манский — один из самых известных режиссеров-документалистов в современной России. Президент московского фестиваля документального кино «Артдокфест», академик киноакадемии «Ника», член Российской телевизионной академии «ТЭФИ». Издатель старейшего интернет-журнала о документальном кино Vertov.ru. Автор манифеста реального кино. Генеральный продюсер национальной премии «Лавр». Один из основателей Гильдии неигрового кино и телевидения России.

Обладатель более 50 премий и призов в России и за рубежом. С 1996 года осуществляет проект по архивированию любительских съемок, производимых на территории СССР в период с 1930-х по 1990-е годы, в результате чего создан единственный в своем роде архив уникальных киносвидетельств частной жизни советского общества.

Три его фильма, десять лет назад показанные на РТР, — о Горбачеве, Ельцине и Путине — имели громкий резонанс. Среди наиболее известных работ последних лет картина «Родина или смерть» — о том, как более 50 лет живут под этим лозунгом граждане Кубы; «Николина гора» — о реалиях известного места на Рублевке; «Рассвет/Закат» — беседы с далай-ламой о сути мироздания и месте человека и религии в современном обществе; «Девственность» — о трех девочках из провинции, каждая из которых мечтает покорить Москву на свой лад.

— Но ведь ты сейчас входишь в экспертный совет при Минкульте, сам же участвуешь в распределении денег, и что?

— Грешен

— Взятки берешь?

— Понимаешь, как это происходит. Видишь знакомую фамилию, знаешь режиссера, ну думаешь, особой же лажи он не сделает, ну и ладно. Но были бы это мои собственные деньги — ни копейки бы не дал. По-честному, я бы ничего из этого не запускал, это же какая-то богадельня. Кроме того, мое мнение никак не влияет на результат. Там внутри как-то все само происходит. Пишешь «нет» и ставишь три восклицательных знака. Или напротив, ставишь плюс и пишешь «обязательно». Ну и как ты думаешь, кто в результате получает? Голосование тайное. Нас, экспертов, много. И каким образом в результате складывается решение, непонятно. При этом на тайном голосовании настаивали сами эксперты. Потому что им иначе перед товарищами объясняться неудобно.

— То есть против дружеских отношений нет приема? Это ведь не результат давления власти. Это обстоятельства нашего патриархального уклада, где все решается между своими, где нет конкуренции.

— Я считаю, что спасти ситуацию может только реальная открытость всех процедур — представление проектов, принятие решений, потому что открыто подлости делать сложнее. Хотя мы уже близки к ситуации, когда подлость будет нормой. Я ведь помню советское время, когда подлость была непременным атрибутом любого общественного проявления. Теперь, мне кажется, ценность честного имени, порядочности, общественного резонанса стала ощущаться. Хотя молодые кинематографисты уже пишут подметные письма, что их не берут на западные фестивали, потому что они снимают позитивное кино, и под них тут же выстилают ковровую дорожку в виде государственного финансирования. И такое поведение вполне может скоро стать обычным.

Или вот в Министерстве культуры предложили систему обсуждений экспертными группами, мы обсуждаем, спорим, а потом выходит мой товарищ Иван Демидов и сообщает, что в результате обсуждения принято решение запускать документальные фильмы только при наличии договора либо с фестивалем, либо с телеканалом. Я сейчас не о сути, может, это и правильно, но эксперты не только не принимали такого решения, они голосовали против. Сообщество путем сложнейших обсуждений выработало некую стратегию, в которой этих пунктов не существует. А руководители отрасли от нее отмахнулись, принимая решения как будто от нашего имени.

Мне доподлинно известно, что идея министра состоит в том, чтобы заменить документальное кино так называемыми телевизионными фильмами и даже сериалами, что, в сущности, уничтожает документальное кино как искусство. Но я не слышал, чтобы кто-то вслух протестовал.

— Ну если это самих документалистов не волнует, кто должен об этом заботиться? Тем более что вкусы у всех разные, и многим нравится именно телекино. Какие критерии, если нет публики, нет зависимости от кассы, а когда есть — все в ужасе.

— На наш фестиваль«Артдокфест» не бывает бесплатных билетов. Мы делаем низкие цены, но все-таки человек должен заплатить за сеанс, хотя если бы мы открыли вход для всех, у нас было бы гораздо больше народа в залах, но какого? Я могу обидеть кого-то, но если человек не заплатил свои сто рублей, он не зритель, он пришел погреться в зал.

— Ты думаешь, вся беда в том, что кино снимается на государственные деньги, которые не надо возвращать?

— Как может государство, которое не платит учителям и врачам, давать 100 млн на картину «Август. Восьмого» или «Утомленные солнцем-2», которые никто не посмотрит? Это я еще называю фильмы, которые хоть на слуху благодаря рекламе. А сколько таких, о которых никто не слышал? В это же время есть сто художников, вообще не снимающих фильмы, потому что им не досталось поддержки. В конкурсе «Артдокфеста» каждый год появляются в лучшем случае одна-две картины из поддержанных Министерством культуры. Получается, что те 420 картин, снятые при участии бюджетных денег, — это одно измерение, а искусство — совсем другое, и оно не финансируется.

Виталий Манский

— А что бы ты предложил?

— Очень просто —контроль не на входе, а на выходе. Получил деньги на картину — принеси справочку: где фильм показали, сколько народу посмотрело, на какие фестивали взяли, сколько статей написали, какие премии. И вот, пожалуйста, пусть покажут, что фильм был на фестивалях «Волоколамский рубеж», «Лучезарный ангел», «Золотой витязь», «Золотой подсвечник» — неважно, там ведь все равно люди, зрители, кому-то он был нужен. Я не говорю про Канн, Венецию, Берлин, пусть мы всех уравняем в качестве, тем более что бюджет «Лучезарного ангела», возможно, не меньше, чем у Берлинале. Ради бога. Хочешь снимать позитивное православное кино — отлично, только пусть православные позитивные люди его хотят смотреть. А нет зрителя, никто не смотрел, картина отлежала год в Красногорске без движения — ну и не будет тебе поддержки. Снимай следующий фильм за свой счет. Хоть как-то должно быть заметно, что фильм появился. А так, «алё, Степашин, Счетная палата, где вы?» Я понимаю, одна свая в Сочи стоит больше, чем вся поддержка документального кино за год. Но все же обратить внимание не мешает.

— Но ведь для того, чтобы смотрели, нужно много усилий. Вот вашему «Артдокфесту» много приходится на это тратить сил и денег?

— Да нет. Мы просто стараемся, чтобы был доступ к информации. Мы регулярно выкладываем в соцсетях фильмы фестиваля, обновляем сайт, сообщаем обо всем заранее. У нас же нет бюджета на рекламу. У нас вообще с финансированием негусто. От государства мы получаем 2 млн руб. Только полиграфия съедает треть. Каждый год хожу по друзьям, знакомым, прошу денег. А ведь это иллюзия, что богатые люди у нас свободны. Чем богаче, тем зависимей. Вот Лебедев каждый год давал приз дебютанту от «Новой газеты» — так в этом году его не будет.

— Московское правительство активно ищет партнеров для реорганизации старых муниципальных кинотеатров и вроде бы очень ценит энтузиастов. Почему «Артдокфест» не стал под его знамена?

— Московское правительство, видимо, провело какой-то закрытый тендер, в котором выиграл Центр документального кино при РИА Новости, они и получили деньги Москвы. Я поддерживаю этот проект, ничего не имею против, все хорошо. Что же касается нас, то для меня позиция Капкова абсолютно непонятна. Я уверен, что любое новое начинание со стороны Москвы в области документального кино имеет моральное право на существование только после того, как будет оказана помощь «Артдокфесту». Мне казалось, Капков должен быть в нас заинтересован. Но пока ничего