Эндрю Миллер: «И внезапно героями времени стали такие темные скользкие личности»

Эндрю Миллер: «…И внезапно героями времени стали такие темные скользкие личности»

© Paul Rider

Британский журналист Эндрю Миллер провел в Москве несколько лет в середине двухтысячных, работая корреспондентом журнала «Экономист». Этот опыт лег в основу его дебютного романа «Подснежники», который попал в шорт-лист британского Букера-2011. Главный герой, молодой адвокат, приезжает в Москву, влюбляется в голубоглазую девушку Машу и становится жертвой сложной аферы с недвижимостью. Москва в романе — город-обманка, куда приезжают за легкими деньгами и приключениями, а находят лишь холод, страх и любовь. Название романа — ключ к прочтению: только в Москве подснежниками называют не только нежные первоцветы, но и оттаивающие по весне трупы. Финалист The Man Booker Prize приехал в Россию на презентацию своей книги и рассказал корреспонденту «Московских новостей» Наталье Бабинцевой о том, чем Москва отличается от прочих городов.

— Москва — один из главных героев вашего романа. И мне очень жаль, что русскому переводу «Подснежников» не предшествует ваше вступление. Потому что мне кажется, что русского читателя необходимо подготовить к восприятию этого текста.

— На самом деле этот роман не о Москве и не о России, как многие считают. Книга вообще о рассказчике, а не о городе. Да, действие происходит в Москве — это правда. Но нужно помнить, что тот уголок социальной жизни, в котором живет герой романа, — это только маленькая часть мегаполиса. Читатели хотят, чтобы им нравился главный герой романа, но в своем герое я не уверен. И я хочу, чтобы читатель подумал и осудил его взгляды на женщин, деньги и Москву тоже.

— С вашим героем в романе происходят метаморфозы. Он одновременно и главный участник событий, и собиратель деталей. Он сохранил массу бытовых подробностей о Москве, которую мы сами уже не помним. Его коллекция уникальна — в ней вся недавняя история города. Она очень узнаваема. Вы насытили роман таким количеством городских деталей и утверждаете, что он не о Москве?

— Знаете, в Британии этот роман тоже восприняли как роман о столице России. Я даже подозреваю, что именно поэтому и попал в финал Букера. Я начинил этот текст таким количеством подробностей, чтобы не было ощущения, что это где-то абстрактно происходит. Понимаете, мне хотелось написать историю, адекватную времени. Это ведь середина нулевых — как раз перед самым кризисом. В этот момент все, кажется, изрядно сошли с ума. Вещи, дела, чувства — все как-то девальвировалось, что ли, во всяком случае критерии оценки сильно поплыли. И внезапно героями времени стали такие темные скользкие личности — эдакие проныры, которым все легко дается и которые всегда выходят сухими из воды. И эта история могла бы произойти в Бангкоке или Будапеште, но мне кажется, что в нулевые именно Москва была главным городом, задающим этот странный и неприятный тренд.

Здесь в Москве так часто бывает: тебе кажется, что ты понимаешь, что происходит, и что ты в центре событий и рулишь миром, а потом выясняется, что ты ни черта не понимал и тобой хитро манипулировали

— В вашем романе вообще есть положительные герои? Не обнаружила. Вообще все это напоминает «Тамань» Лермонтова — никто по отдельности не хорош, но всех ужасно жалко.

— Приятное сравнение. Я думал про «Героя нашего времени», хотя в данном случае, конечно, больше ориентировался на британскую традицию. Потому что «Подснежники» на самом деле — такая тусклая история. Где в итоге никто не чувствует себя виноватым и никто не наказан. И вообще непонятно, что произошло. Здесь в Москве так часто бывает: тебе кажется, что ты понимаешь, что происходит, и что ты в центре событий и рулишь миром, а потом выясняется, что ты ни черта не понимал и тобой хитро манипулировали. Это не сильно утешающий роман. Тем, кто любит хеппи-энды, его лучше не читать. Я не считаю, что задача писателя — создавать героев, с которыми легко себя идентифицировать. Я не хочу, чтобы Ник Плат стал вашим другом. Но я хочу, чтобы мой читатель понял, почему он оказался в конце в такой печальной ситуации.

— Финальная фрустрация героя — его же, по сути, обманули, а сделать с этим ничего нельзя — насколько британский читатель воспринял этот провисающий «русский» финал?

— Очень редко бывает, что в конце истории вы приходите к какому-то аккуратному уютному выводу. Многие читатели хотят, чтобы я наказал своего героя в финале романа. Но на самом деле такие люди редко бывают наказаны в жизни. Мой герой лишь понимает, что какие-то вещи, про которые он думал, что они главные, — успех, деньги — оказались полной фигней. Но на самом деле его не сильно это интересует. Знаете, я не уверен, что он начнет новую жизнь.

— Тот уголок общества, который вы описываете в романе, где копошатся какие-то мошенники и прочие сомнительные личности, — он весьма специфичен и он явно не ваш. Насколько трудно было вам его обжить? Ваш герой там очень хорошо обустроился.

— Вы правы. Когда я жил в Москве, моя жизнь была принципиально иной. Я жил здесь с женой, я не пускался во все тяжкие, не искал приключений и не совершал тех поступков, которые совершает мой герой. Но на самом деле я часто видел знакомых, которые живут такой жизнью в Москве, и она их захватывает. Я на самом деле думаю, что описал типичный синдром экспата. Они очень часто ведут себя таким образом, как будто у их действия нет никаких последствий. Как будто они с Марса прилетели, а не из соседней страны.

— Да, они лишь используют место, но никогда не принадлежат ему. Головокружительная ситуация, потому что из нее всегда есть простой выход — просто уехать.

— Да, это такой моральный тест. Дурманящее чувство свободы. И что с ней делать дальше? Тут еще шутка в том, что не только мой герой эту ситуацию переживает, но и Москва тоже. Вспомните середину нулевых — здесь же все сошли с ума от ощущения, что все можно. И это то, ради чего я затеял этот роман. Чтобы описать этот странный и уже ушедший момент. 2008 год всех отрезвил. И нынешняя Москва другая, она уже не кружит голову.

— Объясните момент в романе: почему вы отправляете своего героя на Рождество из Москвы на родину? У него здесь любовь в разгаре Нелогично.

— Это важный психологический момент. Потому что мой герой только в Москве таким крутым кажется, на самом деле это такой снулый человек из пригорода, который изо всех сил пытается избежать той скучной жизни, которой живут его родители. И мне было важно объяснить читателю, что свою жизнь в Великобритании он считает убогой и поэтому едет в Москву. Многие люди между 30 и 40 оказываются в таком положении, когда они задаются вопросом: и это она — моя жизнь? И это все?

Беседовала Наталья Бабинцева