По сути, вся наша планета — памперс.
Лицевая его часть — как бы обычный телефон. Только слишком большой. Вот экран, вот клавиши. Но это только крышка. Откинешь ее, а там еще один экран, четыре дюйма, кстати, побольше, чем у айфона. И настоящая предметная клавиатура. Компьютер, только маленький, как бы для Барби-переростка.
Разъем для USB, слот для карты — все как положено. Батарейка бешеная — раньше на неделю хватало, а сейчас еле два дня тянет, побила ее жизнь. Да, легко рекламировать вещи, которых нет уж на рынке и не будет. Не надейтесь, свой раритет я вам не продам.
Чем его заменить?
Увидев в прессе где-то с год назад новости о финансовых проблемах Nokia, о падении ее рейтинга, я задумался. И кое-что понял, оглядывая свой старый, битый, царапанный телефон. Конечно, что ж это за бизнес, когда фирма выпускает вечные телефоны! Этак она в полном составе пойдет на паперть побираться. Износа нет, а интернет или, к примеру, GPS есть. Каким надо быть продвинутым парнем, чтобы выкинуть эту неутомимую железяку и пойти покупать модную игрушку!
Однако годы идут. Я начал присматриваться к аппаратам, чтобы в случае чего новый купить. Зашел в магазин Nokia, думая, вот сейчас таким чудом техники меня удивят. Ан нет — оказалось, у них теперь все как у всех. Легкое, невесомое, быстротечное, как будто специально для офисного юного планктона. Купил — выкинул. Таков он, наш современный бизнес. Это вам не бабушкин «Зингер», который сегодня стрекочет как миленький и берет кожу, из какой давно уж ничего не шьют.
И то сказать, если б я (и со мной еще пара миллиардов граждан) шил на бабушкином «Зингере», передавал бы мобильные телефоны внукам и читал бы Льва Толстого вместо того, чтобы смотреть федеральные каналы, потребляя их убогую рекламу, изготовленную для целевой аудитории — прыщавых пэтэушников, дедушек с Альцгеймером и силиконовых жадных девиц, — то, конечно, современный рынок рухнул бы, и все общество вслед за ним, и мы бы с вами, кому повезло бы, жили бы в лесу в шалашах и ловили силками сусликов на бизнес-ланч.
Хотя что такое телефоны и швейные машинки? Обошлись бы без них. Не то автомобили. Гонки на антикварных машинах, в которых нет ни одной новодельной детали, — это реальность. Сто лет не возраст. Но с таким же успехом наш брат ведется на разводку, что менять авто надо каждые три года.
Досылом к неубиваемой Nokia дам еще такую историю. Как-то, когда автостраховка еще не покорила нашу бедную страну, сзади в мой железный советский бампер (еще не снятого с производства автомобиля, так что обойдемся без подробностей) въехало современное авто, обтекаемое и сверкающее, как жук, и настолько же хрупкое. Оно снесло себе всю свою хитиновую морду о мой заводской типовой швеллер. Оставив на нем едва заметную царапину, которую я хмуро рассматривал, недобро косясь на виновника ДТП. Тот был явно не в себе от страшной картины разрушений. «Ко мне есть претензии?» — спрашиваю. — «Нету, откуда ж».— «Впредь поосторожнее. Счастливого пути!»
Проехал я как-то по Италии, по швейным и обувным фабрикам. Хозяева плакались: «Накупили все столько пиджаков и ботинок наших, что на десять лет хватит. Что ж нам, банкротиться и за пособиями в очередь становиться?» Нет, выдумывают новые фасоны и убеждают простодушных покупателей выкинуть прошлогоднее — стыдно ж в нем на приличной улице показаться.
Мимолетность, легкость, быстротечность, беспечность, беззаботность, одноразовость сразила нашу цивилизацию. Но символ сегодняшнего мира — все-таки не презерватив, а предмет не менее веселый и даже более жизнеутверждающий — памперс. Да, все в дерьме, но зато удобно, смотрите, как малыш улыбается, тепло и сухо же. А взрослые могут отвлечься и заняться наконец своими делами. Комфорт и даже счастье — как с этим спорить? Не стоит, хотя бы потому, что обратной дороги нет, отступление невозможно — как будто кто-то выставил заградотряды.
Новая мода добралась и до политики, которая конечно же никак не могла спастись, — ничем она не лучше других областей человеческой жизни. Вместо старого доброго бородатого, что твой Дед Мороз, царя-батюшки какой веселый многолюдный карнавал, Ноздревы так и носятся взад-вперед! Тут и овощи, и красавцы, и дебелые дамы, и спортивные попрыгуньи. На любой вкус. Иногда предпринимаются попытки из стандартного политика, из расходного материала, срок службы (см. срок годности) которого строго ограничен, сделать монарха. Что про это сказать? Фарш, конечно, можно провернуть назад, и мы помним, как пластиковые пакеты, какие сейчас после разового использования идут на помойку, прежде продавались по цене двух бутылок водки, которая была страшной ценностью. Но получается совсем уж совок.
Эмблематичны в этом смысле секс-меньшинства, которые елозят каждый раз заведомо без всякого смысла, без конечного результата. Большинство — надеюсь, что все-таки большинство, которое склонно к традиционному сексу, тоже далеко не всегда смыслом богато, но иногда искра проскакивает, и вот вам эмбрион со всеми вытекающими.
Так иногда нежданно-негаданно на престол вскакивает гениальный царь. Чудо!
По сути, вся наша планета — памперс. Кажется, первым идею, что Земля — всего лишь колыбель человечества, выдвинул Циолковский. Загадим ее — полетим на другую. По-хорошему так уже и лететь бы, по пути оглядываясь и зажимая нос, — неплохо мы обделали свой старый памперс.
Было б куда.
