Василий Кандинский. Маленькие миры I. 1922
Натан Альтман. Иллюстрация к стихотворению Владимира Маяковского «Кем быть?». 1936
Давид Бурлюк. Обнаженная женская фигура. 1910-е
Контекст
В галерее «Ковчег» проходит выставка к 75-летию Государственного музея В.В. Маяковского «Общественный просмотр. Графика начала XX века из собрания музея» — около полутора сотен камерных работ крупнейших российских художников первой половины прошлого столетия.
Музей Маяковского свой юбилей празднует как-то совсем необычно, демонстрируя раритеты из своих запасников не в родных стенах, а в столичных галереях.
Агитационные плакаты, обложки альбомов, журнальные иллюстрации советских авангардистов 1920-х годов — Александра Родченко, Густава Клуциса, Лазаря Лисицкого и Сергея Сенькина — показывала на выставке «Даешь!» галерея «Проун» на «Винзаводе» (см. «МН» от 9 апреля). Эстафету перехватил «Ковчег», который специализируется на «периферийных» слоях атмосферы нашего довоенного искусства и любит малый формат. Назвать «периферийным» состав участников «Общественного просмотра» язык не поднимается — музей достал из закромов графику классиков, от ранних почеркушек самого Маяковского до рисунков Василия Кандинского, Казимира Малевича, Петра Кончаловского, Александра Родченко, Павла Филонова и т.д. Но формат остался прежний, то есть «неформат». Как пишет во вступительной статье в каталоге директор Государственного музея В.В. Маяковского Светлана Стрижнева, «многие работы никогда не украсили бы главные залы Третьяковки или Русского музея». Но ведь экспонаты этих главных залов знатоки и так помнят наизусть, а тут в самом деле музейные редкости, которые не вошли из-за своей хрупкости даже в постоянную музейную экспозицию.
Основная часть вещей приобретена у выдающегося собирателя и исследователя авангарда Николая Харджиева, устраивавшего еще в 5060е годы полуподпольные выставки в тогда еще Библиотеке-музее им. Маяковского. Покупать полузапретное авангардное искусство, к тому же в «нищем» камерном исполнении, было подвигом музейщиков. Я не знаю, как эти финансовые операции проходили через Минкульт, но зато маяковцы располагают несколькими подлинными шедеврами — будь то эскизы костюмов к спектаклю «Баня», придуманные ранним Александром Дейнекой, автолитографии позднего Марка Шагала, созданные к вечеру памяти Маяковского в Париже, или графический диалог Петра Митурича и Льва Бруни, в 1918 году учивших азам прекрасного крестьянских ребятишек.
Мне могут возразить: это выставка для знатоков. Но пейзажи Максимилиана Волошина и Василия Каменского столь мирно хороши, что ими может наслаждаться и самый случайный посетитель. А увидеть подлинник линогравюры Юрия Могилевского «Владимир Маяковский» (1959), ставшей эмблемой знаменитого московского театра и мозаикой на станции метро в Питере, — это ли не удивительная возможность, которую предоставляют музей и галерея в юбилейный год? «Ковчег» ведь осенью тоже будет праздновать день рождения — ему исполняется 25 лет.
Конечно, у выставки нет цельной концепции, а всякие заигрывания в духе соц-арта с названием — «Общественный просмотр» — и с пригласительным билетом, оформленным в качестве совдеповского пропуска с лозунгом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», дела не меняют. Но эти «крохотки» по стенам настолько выразительны и самодостаточны, что юбилярам все можно простить. В галерее царит не кичливый революционный дух, а внимание к мелочам и деталям. Очень полезно по нынешним временам.
- Контекст