Спасти котенка

Инвалиды в Америке — обычные члены общества. Людей на колясках можно встретить повсюду. Это норма, которая не вызывает ни у кого ни отторжения, ни удивления, ни даже какого-то интереса.

© Московские новости. Павел Пахомов

И в России, где за конфетно-букетным периодом 90-х и первым знакомством с заграничным потребительским  раем последовало отрезвление, мнения о США часто звучат самые нелицеприятные. И небезосновательно: Америку действительно есть, в чем упрекнуть — в том, что касается и ее внутренней политики, и внешней.

Но каждый раз, когда при мне начинают на все лады костерить победившую нас в холодной войне сверхдержаву, я думаю об Эйми Маллинз.

Она модель,  по версии журнала People входит в число 50 самых красивых людей в мире. Как многие модели, она попробовала себя в качестве актрисы, в частности, снялась в нескольких сериях «Пуаро Агаты Кристи». И еще она бегает — в 1996 году участвовала в паралимпийских играх в Атланте. Паралимпийских — потому что у Эйми с детства ампутированы ноги.

Разумеется, она смогла достичь всего этого благодаря многим факторам — собственному сильному характеру, родителям, удаче, наконец. 

Но каждому, кто побывал в США, очевидно, что в том, что такое может быть в принципе возможно, огромную роль сыграло государство.

Это видно невооруженным глазом — когда ты идешь  в магазин, в музей, в парк, в любое официальное учреждение, когда просто гуляешь по улице. Людей на колясках можно встретить повсюду. В магазинах на кассе и в почтовом отделении работают люди с синдромом Дауна. Это норма, это не вызывает ни у кого ни отторжения, ни удивления, ни даже  какого-то интереса. Инвалиды в Америке — обычные члены общества.

Их права на равноправие обеспечены Законом об инвалидах, а также некоторым дополнительным документами, такими как Акт об устранении архитектурных барьеров и Акт о реабилитации. Законы эти были не всегда, они появились сравнительно недавно, но они на самом деле действуют — архитектурные барьеры устранены, возможности для образования и трудоустройства предоставлены, люди с ограниченными возможностями успешно интегрированы в общество.

Никогда не забуду, как в 2008 году, когда в Москве проходил финал Лиги чемпионов, по одному (а может, и не по одному) федеральному каналу бравурно отрапортовали, что на общественном транспорте  в Москве установят специальные пандусы для инвалидов — ведь среди английских болельщиков «Манчестер Юнайтед» и «Челси», которые к нам приедут, есть и инвалиды!

То есть среди москвичей, которые живут здесь постоянно, инвалидов, видимо, нет.

Я, конечно, не против того, чтобы хотя бы в связи с приездом болельщиков установили пандусы. Больше всего меня тогда расстроила та гордость, с которой мне об этих пандусах сообщили, — как будто ни у отчитывающихся чиновников, ни у авторов сюжета, ни у режиссеров, ни у продюсеров даже мысли не мелькнуло, что здесь что-то не так. Как будто никто из них не замечает практически полного отсутствия отечественных инвалидов на улицах, в магазинах, музеях и других общественных местах или думает, что этот факт  — результат успешной работы отечественной медицины.

Я далека от того, чтобы идеализировать Америку. У нее действительно масса проблем — и во внутренней политике, и во внешней. И жизнь инвалидов там не так уж безоблачна. Но государство заботится о своих гражданах. Оно, может быть, мало заботится о гражданах других государств, в которые отправляет свои войска, объясняя это борьбой за демократию.

Оно, может быть вообще мало заботится обо всем остальном мире и мало им интересуется.

Я сама видела программу новостей на одном американском канале, где большая часть выпуска была посвящена сюжету о том, как местная бригада пожарных спасла застрявшего на дереве котенка. При этом новости о войнах, катастрофах и переворотах во всем остальном мире сообщались бегущей строкой, когда ведущий прощался со зрителями. Это действительно так, и это не очень, конечно, правильно.

Но хорошо, что хотя бы котенка спасли…