Король и шут

Самый частый вопрос, который мне задавали во время последнего приезда в Москву: «Как там ваш Сильвио, что поделывает?» Не скрою, после пятого подобного вопроса возникло непреодолимое желание сказать нечто в стиле знаменитого путинского ответа Ларри Кингу. Что-нибудь вроде: «Его посадили». И только твердое знание того, как функционирует итальянская юстиция, остановило меня от столь опрометчивого шага.

Берлускони будут предъявлять обвинения, бесконечно мурыжить в СМИ, присылать повестки в суд, но… не посадят никогда!

Казнить нельзя помиловать

Возьмем для примера решение Миланского суда от 25 февраля по скандальному «делу Миллса», в рамках которого мультимиллионер обвинялся в коррупции. После пяти лет разбирательства судьи вынесли вердикт о ненаказуемости экс-премьера за давностью совершенного преступления. Согласно действующей в Италии судебной практике, такое решение не является оправдательным приговором, вынесения которого адвокаты Берлускони требовали «за отсутствием факта преступления». Но одновременно оно означает фактическое закрытие дела и неподсудность обвиняемого. Таким образом, в известной нам с детства формуле «Казнить нельзя помиловать» итальянские судьи вопреки формальной логике просто отказались поставить запятую. 

Вообще-то эта знаковая история началась еще в 1990-е годы, когда британский адвокат Дэвид Миллс был одним из доверенных консультантов «медиа-короля» Италии. По данным прокуратуры, в 2000 году Берлускони через одного из топ-менеджеров своей группы Fininvest перевел на счет Миллса в Швейцарии 600 тысяч долларов. Следователи считают эти деньги взяткой за то, что, выступая свидетелем на судебных процессах по делу о «черных фондах» Fininvest, Миллс умолчал о масштабных финансовых махинациях в компании. 

В 2009 году Миллс был признан итальянским судом виновным в коррупции и приговорен к 4,5 года тюрьмы. Однако в феврале 2010 года Кассационный (верховный) суд Италии вынес решение о ненаказуемости Миллса за давностью совершенного преступления. По этой же нехитрой схеме теперь вынесли приговор и Берлускони.

А что сделало возможным решение о ненаказуемости? Закон о сроках рассмотрения дел в суде, разработанный сторонниками премьера. Поняв однажды, что его политическая и личная судьба отныне может быть решена в зале суда, премьер перенес партию непосредственно в стены парламента, где он тогда располагал солидным большинством. И верные ему депутаты из самой многочисленной парламентской фракции «Народ Свободы» немедленно начали выдавать на гора законы в соответствии с латинской формулой ad personam. Иными словами, законы при Берлускони писались для единственного обвиняемого, как советские фильмы при Сталине снимались для единственного зрителя.

Скверный анекдот

Сейчас в отношении Берлускони в Италии идут еще три судебных процесса, в том числе по так называемому «делу Руби», где 75-летнего политика обвиняют в использовании сексуальных услуг несовершеннолетних проституток…

Когда речь заходит об этом деле, не могу отделаться от одного странноватого воспоминания. 29 октября прошлого года Берлускони, известный своей страстью рассказывать анекдоты, выступал в Риме перед членами собственной партии «Народ Свободы». Неожиданно он посоветовал всем присутствующим в рамках борьбы с кризисом травить веселые байки, потому как они «очищают от пессимизма и грустных мыслей».

В качестве удачного примера премьер привел анекдот о самом себе, который, по его словам, рассказал ему Владимир Путин. «Берлускони падает с небоскреба. «А-а-а-а-а!» — кричит он, понимая, что приближается верная смерть. Но пролетая на уровне десятого этажа, он неожиданно видит в окне очень красивую девушку, которая раздевается. «О-о-о-о-о!» — кричит Берлускони». Его сторонники радостно хохотали.

А ровно через две недели поздним вечером 12 ноября премьер-министр, передавший президенту Республики Джорджо Наполитано прошение об отставке, фактически бежал от стихийно собравшейся у Квиринальского дворца толпы, почти как Александр Керенский из Зимнего. Бронированная машина уносила его во тьму из резиденции гаранта Конституции, а охваченные радостью люди на площади пили невесть откуда взявшееся просекко, обнимались, целовались и даже водили хороводы.

Эпоха Берлускони, бурно начавшаяся в самом конце 1993 года, бесславно завершилась. Искренне жалели об этом разве что многочисленные местные комики, для которых сама  фигура любвеобильного парвеню стала поистине золотой жилой. Более того, самые чуткие из них давно поняли, что этот рассказчик старых анекдотов с плутоватой улыбкой на лице чем-то им бесконечно близок. Ну, скажите, кто еще будет прятаться за фонарным столбом, чтобы крикнуть «ку-ку» Ангеле Меркель, или строить рожки коллеге во время официальной фотосъемки? Недаром недоброжелатели Берлускони обычно кричали ему из толпы: «Шут! Паяц! Клоун!» А как сделать пародию на клоуна или нарисовать шарж на карикатурного персонажа?

Возвращение президента

«Берлусконизм» (как выражаются итальянцы) — умер, но сам Берлускони жив и совсем неплохо себя чувствует. В первое время после отставки он, правда, иногда забывался и даже грозился «выключить из розетки» своего преемника Марио Монти. Но такое бывает с вчерашними лидерами: вот и Борис Ельцин иной раз порывался ехать в Кремль, где работал уже совсем другой президент…

Говоря с Берлускони, в Италии обычно используют обращение Presidente. Он действительно — президент партии «Народ Свободы», почетный президент футбольного клуба «Милан» и, главное, недавний президент (председатель) Совета министров. Но есть на Апеннинах еще один пост — президента Республики, который должен освободиться в мае будущего года. Не раз в последнее время мне приходилось слышать, что семилетний мандат главы государства очень устроил бы нашего героя.

А пока он без лишнего шума, но весьма активно взялся за обновление своей партии, явно держа в уме новый политический проект. В Риме поговаривают, что новоявленным гуру президента стала 40-летняя депутат Мария Розария Росси, принимавшая участие в нашумевших ночных вечеринках, которые привнесли в мировой политический лексикон экзотическое понятие «бунга-бунга».

Но все это детали. А главное состоит в том, что Берлускони знает: Италии сегодня, как никогда прежде, нужен спаситель. Так уж устроены многие итальянцы, они согласны идти на большие лишения и жестокие испытания, лишь бы не принимать самим тяжелых решений, а делегировать это право национальному лидеру.

Сегодня на роль спасителя Отечества претендует Монти, главный декрет правительства которого так и назывался «Спасти Италию». Но, похоже, его «медовый месяц» в отношениях с народом уже прошел. Берлускони же за 18 лет своей политической карьеры научился ждать. Он ждет момента и чает вернуться на вожделенный олимп власти.