Уловка 159

Власти и бизнес ищут способы защитить предпринимателей

© РИА Новости. Михаил Циммеринг

Резиновая дубинка

Ст. 159 «Мошенничество» УК, грозящая тюремным сроком до десяти лет, среди предпринимателей и юристов уже давно получила название «резиновой». По словам вице-президента «Деловой России» и сопредседателя центра «Бизнес против коррупции» Андрея Назарова, эту статью, которая фактически не изменилась с 1960 года, «всегда можно применить в гражданско-правовом споре, в любом хозяйственно-правовом споре». Особенно если в этих спорах задействованы «криминал, коррумпированное чиновничество, бюрократия, недобросовестные правоохранители».

Для срока в шесть лет достаточно мошенничества на сумму 250 тыс. руб., а для десяти лет — 1 млн руб. Но даже если дело не дойдет до тюрьмы, то по этой статье легко можно посадить в СИЗО на время следствия, а бизнес в это время захватывают, говорят предприниматели.

В докладе центра «Бизнес против коррупции», который этим летом был представлен президенту Владимиру Путину бизнес-омбудсменом Борисом Титовым, делается вывод: ст. 159 УК «недобросовестные работники следственных органов используют как своеобразную дубинку для предпринимателей». Статистика подтверждает, что по сравнению с другими экономическими статьями 159-я лидирует в уголовных делах против предпринимателей. А председатель общественной организации «Бизнес-солидарность» Яна Яковлева утверждает, что использование данной статьи «пошло уже таким образом, что получение прибыли толкуется правоохранительными органами как извлечение корыстного интереса».

В поисках потерпевших

Еще весной эксперты и предприниматели предложили Дмитрию Медведеву внести ряд изменений вУголовный кодекс. Во-первых, выделить в статье отдельные составы мошенничества (например, в кредитовании, строительстве и т.д.), установив для них четкие сроки, чтобы по любому поводу бизнесменам не грозил десятилетний срок. Во-вторых, прекратить возбуждать уголовные дела по этой статье без наличия потерпевших (сейчас порядка 98% дел по ней возбуждается самими правоохранительными органами). Тогда же Минюсту по этим предложениям было поручено подготовить необходимые поправки.

А Владимир Путин одним из первых указов в мае поручил до 1 декабря откорректировать законодательство «в целях исключения возможности решения хозяйственного спора посредством уголовного преследования».

Любопытно, что еще в апреле Верховный суд (ВС) внес в Думу поправки, вводящие в ст. 159 шесть дополнительных составов мошенничества: «в сфере кредитования», «при получении выплат», «с платежными картами», «при осуществлении инвестиционной деятельности», «в сфере страхования» и «в сфере компьютерной графики». Однако они совсем не отвечали предложениям бизнес-сообщества: все они предлагают те же сроки наказания — до десяти лет.

23 октября проект ВС был принят Госдумой в первом чтении, однако в правительстве по поручению президента создали рабочую группу, чтобы во втором чтении учесть предложения предпринимателей и юристов. Кроме того, само правительство внесло в Думу предложение: ввести в УПК запрет на возбуждение уголовных дел по экономическим статьям (в том числе и по 159-й) без заявления потерпевших. За правоохранителями сохраняется право возбуждать дела, только если причинен вред государственным или муниципальным предприятиям.

Сумма имеет значение

На прошлой неделе в ходе парламентских слушаний бизнес-сообщество и юристы конкретизировали свои предложения ко второму чтению. Одно из самых важных — увеличить размер «крупного ущерба» с 250 тыс. до 1,5 млн руб. и «особо крупного ущерба» — с 1 млн до 6 млн рублей.

«Больше 85% людей, которые сидят по заказу и которым следователи «набирали» ущерб в 1 млн, чтобы посадить на семь, восемь, девять лет, выйдут на свободу», — заявил в ходе слушаний замглавы «Бизнес-солидарности» Владимир Осечкин, сам отсидевший по ст. 159 и потерявший бизнес. По его мнению, увеличение пределов ущерба «автоматически закроет часть возможностей для следователей».

Сам проект Верховного суда большинство участников слушаний раскритиковало. «При всем уважении к Верховному суду данный законопроект, наоборот, по сути предлагает преследовать предпринимателя», — заявил Андрей Назаров.

Впрочем, приглашенные на слушания адвокаты высказали практически единое мнение, что не только предложения ВС, но и бизнес-сообщества окажутся не слишком эффективны для защиты предпринимателей от заказных уголовных дел, если не будет изменена правоприменительная практика. «Мне кажется, нужны дополнительные гарантии, чтобы никто, в том числе и предприниматели, не мог быть арестован потому, что так захотелось следователю», — заявил президент федеральной палаты адвокатов Евгений Семеняко.

«Предприниматели находятся в группе повышенного риска»

Андрей Назаров, вице-президент «Деловой России», сопредседатель центра «Бизнес против коррупции»

«То, что мы предлагаем, поможет бороться с заказными делами. Обязательно надо увеличить сумму ущерба по статье 159 в шесть раз. Это декриминализирует в шесть раз статью и будет соответствовать суммам ущерба, которые действуют для предпринимателей по экономическим статьям другой, главы 22 УК. Это восстановит справедливость. Второе — уголовные дела по мошенничеству должны возбуждаться только по заявлению потерпевшего. Это существенно снизит незаконные уголовные преследования. Человек должен заявить, что его обманули. К тому же если кто-то написал заявление, а потом оно не подтвердится, можно привлечь за заведомо ложный донос. Чего нельзя сделать с оперативником, который просто составил рапорт. Третье — надо отредактировать предложенные Верховным судом новые составы, чтобы они не могли совокупно увеличивать срок наказания. Нужно также дифференцировать наказание — сроки максимальные по новым составам должны быть разными и меньше, чем предложено. Ведь степень общественной опасности деяний разная. Вообще надо выделить в отдельный состав мошенничество в сфере предпринимательской деятельности. Это позволит предпринимателей по отдельной специальной статье осуждать с меньшим наказанием. У многих предпринимателей тысячи договоров ежедневно, они находятся в группе повышенного риска. Кроме этого, надо вводить уголовное наказание для правоохранителей за необоснованное возбуждение уголовных дел (сейчас можно наказать только за незаконное привлечение к уголовной ответственности). Возбуждение уголовного дела — это для предпринимателя как раз та дубинка, которой постоянно машут. Возбуждение дела позволяет не привлекать к ответственности, зато обыски проводить и т.д. Но МВД пока это предложение не поддерживает».

Евгений Семеняко, президент федеральной палаты адвокатов

«Прекратить кошмарить бизнес — это значит принять законодательные и другие меры, не допускающие возможность заказных дел, необоснованных посадок… Решать ее исключительно мерами совершенствования уголовного законодательства? Думаю, что нет. Мне кажется, что нужны дополнительные гарантии, чтобы никто, в том числе и предприниматель, не мог быть арестован, потому что так захотелось следователю, который имеет сегодня практически ничем не ограниченные возможности возбуждения уголовного дела, избрания меры пресечения как содержание под стражей. В УК можно, конечно, предусмотреть составы в отношении предпринимателей, которые бы исключали возможность необоснованного заключения под стражу. Но ведь на практике запреты обходятся элементарно. Достаточно просто применить некий другой состав, который не обладает священной способностью защищать от необоснованного заключения под стражу, — и все вопросы решены. Сегодня прокуратура практически лишена полномочий надзора. Сама прокуратура сегодня говорит, что меры пресечения в виде заключения под стражу применяются значительно шире, чем это было прежде. Сегодня и судебные органы должного контроля за применением меры заключения под стражу не обеспечивают. Вот, мне кажется, и надо думать над этим».